— О господи, «лето любви», — бормочет Джесс, закатывая глаза.

Тим выпячивает нижнюю губу, делая вид, что смертельно обижен.

— Вообще-то ты напрочь забыл о своих предыдущих интрижках и с Томасом, и с Кортни, пока мы тебе о них не напомнили, — замечаю я, скрестив руки на груди и склонив голову набок.

— Ну, не все же у нас такие умные и организованные, как ты, — Тим тычет в меня пальцем. — Будь ты на моем месте, ты бы наверняка завела какую-нибудь картотеку, чтобы исключить риск двойных усилий на одном поле.

Джесс так и покатилась со смеху, а я зыркнула на неё как на предательницу.

— Ну а что, это правда, — откликнулась она, невинно приподняв брови. — Ты бы еще и по цветам всё рассортировала.

— Зеленый — для поцелуев, желтый — для орального, красный — для проникновения, — подхватил Тим, и его наглая ухмылка была единственным, что удержало меня от желания запустить в него чем-нибудь тяжелым.

В этот момент Хьюго запрыгнул Тиму на плечи, на секунду утянув его под воду, а затем уплыл обратно к бортику.

— Просто представь, приятель, в университете ты вообще никого не будешь знать. Целый новый курс, который ты сможешь щедро одарить хламидиозом! — СиСи взъерошила мокрые волосы Тима, проплывая мимо на своем надувном матрасе, после чего шустро погребла прочь.

— Эй! Я пропил антибиотики, инфекция ушла! Я проверялся! — прокричал Тим вслед её удаляющейся спине. — Я связался со всеми, с кем спал. Я поступил как ответственный гражданин. Прекратите этот слатшейминг10!

Хьюго уперся ладонями в кафельный бортик и с мощным всплеском легко вытолкнул свое тело из воды. Это было сродни какому-то религиозному откровению — словно Моисей, раздвигающий воды Красного моря. Он убрал темные волосы назад и зашагал ко мне; его мокрые ступни издавали едва слышный шлепающий звук по плитке, а промокшие плавательные шорты облепили пах так, что это выглядело почти неприлично. Мне срочно требовалось охлаждение, и он с радостью помог: подошел и демонстративно отряхнул воду с головы прямо на нас с Джесс, осыпав брызгами мое мгновенно ухнувшее в жар тело.

— Фу! Возьми полотенце, дикарь! — взвизгнула Джесс.

Тим, которому явно не хватало внимания, пулей выскочил из бассейна, легким движением сорвал с себя шорты, прикрыл руками член и, продемонстрировав нам свой голый зад, с разбегу прыгнул обратно в воду. Я почувствовала, как краска заливает мои щеки, пока Хьюго со смехом закрывал мне глаза ладонью.

— О ГОСПОДИ, ЧЛЕН В БАССЕЙНЕ! ЧЛЕН В БАССЕЙНЕ!!! — завопила СиСи, в рекордно короткие сроки скатываясь с матраса и вылетая из воды в сторону Джесс.

— Иди ко мне, моя сладкая, я защищу тебя от этого ядовитого брючного змея, — проворковала Джесс, раскрывая объятия.

— Я ЖЕ СКАЗАЛ, ЧТО ВЫЛЕЧИЛ ХЛАМИДИОЗ! — надрывался Тим.

— Никаких стручков в бассейне, Тимоти! — крикнула я через плечо.

Хьюго плюхнулся ко мне на шезлонг и улегся на бок, тесно прижавшись всем телом — он всё еще был абсолютно мокрым. От ощущения его насквозь пропитанных водой шорт, липнущих к моей ноге, по спине пробежал отчетливый разряд тока, стоило ему зарыться влажным лицом в мое плечо. Я очень надеялась, что оказалась единственным человеком, кто заметил его сырую и стремительно увеличивающуюся выпуклость.

— О господи! — вскрикивает Джесс, уставившись в телефон, который СиСи тут же выхватывает у неё из рук.

— Да ладно. Блять. Быть не может, — ахает СиСи.

— Что там?! — выкрикиваем мы с Хьюго почти одновременно.

СиСи сглатывает слюну:

— Кажется, нам больше не придется переживать из-за того, что Мадлен будет учиться в Кембридже. Да и вообще где бы то ни было.

— Она что, умерла? — спрашивает Хьюго.

— Считай, что так, — отвечает Джесс.

Мы с Хьюго испуганно утыкаемся в экран телефона Джесс. Там красуется фотография Мадлен, которая нюхает кокаин прямо со своего официального письма о зачислении в Кембриджский университет через свернутую в трубочку пятидесятифунтовую купюру.

— У меня такое чувство, что после подобного её место в универе накрылось медным тазом, — злорадствует СиСи.

Хьюго так и сияет:

— Честно, я просто безумно рад за нее. Она это заслужила.

— Что там происходит? — Тим лениво выползает из бассейна и направляется к нам.

— ТРУСЫ СНАЧАЛА НАДЕНЬ! — орет Джесс, затем он покорно бредет обратно к своим брошенным шортам и, хвала небесам, натягивает их.

— ОФИГЕТЬ МОЖНО! — Он заглядывает через плечо Джесс прямо в экран. — Я знал, что на выпускном у кого-то были тяжелые наркотики, но никогда бы не подумал на неё!

— Кто это выложил? — спрашиваю я.

— Какой-то аккаунт под никомAnonymous24, — говорит СиСи. — У них в подписках ноль, зато фолловеров уже около двенадцати тысяч. Наверняка все набежали чисто из-за этой фотки, потому что больше там ничего не опубликовано. Ребята явно знают, что делают.

— Да Мадлен в жизни не знала стольких людей! — удивляется Хьюго.

— Ну да, но всем же нравится смотреть, как публично позорят богатую девочку, — резонно замечает Джесс. — Нам в том числе.

— Это даже лучше, чем Рождество! — восхищается Тим. — Никакой религии, зато есть жертвенная индейка!

— Ей конец. Она настолько пустая и заменяемая, прямо ходячее воплощение одноразового пластика, — выносит вердикт СиСи.

— Сайонара11, сучка, — Джесс машет рукой в сторону экрана.

— Я всегда говорил, что она получит по заслугам, — тихо произносит Хьюго, аккуратно проводя пальцем по моей спине вдоль позвоночника.

— Не знаю, ребят… по-моему, нам не стоит так этому радоваться, — говорю я.

Не могу сказать, что крах этой девицы не приносит мне удовольствия, — но я также верю в карму. Если я буду злорадствовать, какую ношу мне придется понести? Будда говорил:

«Прежде чем сказать что-то, пропусти это через трое врат: Истинно ли это? Необходимо ли это? Добро ли это?»

Назвать Мадлен пустым местом и смаковать её позор — это, пожалуй, истинно, но едва ли благородно или необходимо. Нужно найти способ отпустить эту ситуацию, тем более что Будда также говорил:

«Если хочешь летать, откажись от всего, что тянет тебя вниз».

И, откровенно говоря, Мадлен тянула нас вниз сильнее всех. По крайней мере, теперь мы можем навсегда вычеркнуть её из жизни.

— Это всё потому, что ты слишком хорошая, Иви, — заявляет Тим. — Так что я позлорадствую за нас двоих.

— И я! — подхватывает Джесс.

— И я, — соглашается Хьюго, пролистывая комментарии в телефоне Джесс с видом голодного барсука в поисках вкусняшек. — Боже, меня даже немного возбуждает её провал, понимаете?

Он утыкается лицом мне в шею, и я подставляюсь под его губы, пока он спускается поцелуями к ключице.

— Вообще-то здесь присутствуют и другие люди, — тактично покашливает СиСи со своего шезлонга, который делит с Джесс.

— На редкость грязное поведение для старосты школы, — поддакивает Джесс.

— Сколько раз повторять? Я больше не староста. Уже как… дня три, наверное. Всё кончено, забудьте. У меня началась эра плохой девчонки, — глухо отзываюсь я, уткнувшись в плечо Хьюго.

Джесс разражается громким саркастическим смехом, который меня слегка задевает, но я этого и не скрываю.

— Думаю, Мадлен на вечеринку можно не ждать! — замечает СиСи.

— Как и на любую другую вечеринку до конца её дней, — Джесс злодейски поигрывает бровями, словно какой-то мультяшный злодей.

— А что, если это она подбросила те головы? — внезапно спрашиваю я. — Что, если она всё знает, и теперь ей просто нечего терять?

Хьюго, Тим, СиСи и Джесс смотрят на меня с таким видом, словно я только что отвесила им коллективную пощечину. Наконец Хьюго кашляет, нарушая тишину:

— Ну, теперь-то ей точно никто не поверит. У неё нулевой кредит доверия. Кто станет слушать отчаявшуюся наркоманку? — чеканит он. — К тому же, я всё еще считаю, что у нее кишка тонка провернуть такое с головами.

— Хьюго прав, — как попугай, вторит Тим. — Думаю, тебе стоит просто расслабиться и получать удовольствие от её падения. Кончай быть унылой занудой.