Мы двигались по главной дороге около десяти минут. Город оказался достаточно большим. А затем достигли высоченного каменного забора, за которым виднелись наблюдательные вышки. Прежде чем выпустить нас, стражник отдал приказ проверить безопасность. В итоге нашу карету окружили местные солдаты. Выстроились стеной, закрыв нас от лишних глаз. Мы с Агатой выбрались из кареты и направились в уже открытые ворота.

Поместье лорда тоже отличалось от тех, что я видел. Хотя, видел я не многие. Само по себе здание было вполне обычным, если не считать башни, расположенные у левого и правого краев. Внешняя территория так же была занята палатками и длинными помещениями, которые, скорее всего, отходили под тренировочные залы.

Стражники сопровождали нас до самого входа. Уже здесь, стоило дверям открыться, показались служанки. Сначала прием показался мне достаточно теплым, но стоило приглядеться, как все встало на свои места. Служанки пытались улыбаться, но на меня смотрели пустыми глазами. Все они знали, что произошло, и имели право на ненависть.

Поднявшись по ступеням и переступив порог, мы с Агатой остановились в центральном зале. Нас уже встречали. У дальней лестницы расположились несколько десятков солдат. Все они стояли у стен, но сразу было ясно, что готовы кинуться на нас и разорвать в любой миг. По центру же — трое высоких мужчин в одинаковых костюмах и маленькая девочка. Она была одета в белоснежное платье с черным поясом. Кудрявые локоны лежали на плечах и спине. Пусть ростом она была и не велика, но по ее глазам я сразу понял — это и есть Лили. Она смотрела на меня, совсем не как ребенок. Это глаза, принадлежащие давно созревшему человеку.

Подумав об этом, я отринул лишние мысли и собрался. С этого момента мне предстоит отыгрывать роль сурового правителя, который прибыл сюда с конкретной целью.

Мы простояли друг напротив друга несколько секунд, а затем вперед вышел один из советников.

— Добро пожаловать в поместье семьи Мерсон, господин Мортейн, — он поклонился и снова выпрямился. Смотрел на меня, как на монстра, но тщательно пытался это скрыть. — Перед вами нынешняя правительница Кинуара, госпожа Лили Мерсон. А также трое ее главных советников. Думаю, нам представляться смысла нет.

— Ты прав, — ответил я спокойно. — Я приехал сюда не ради знакомства.

— Раз так, прошу, проследуйте за нами в переговорную. Ваша служанка может подождать нас в гостевой комнате.

Услышав его, я, конечно, оскорбился, но, в первую очередь, уловил в этом моменте выгоду для себя.

— Ты сказал, служанка? — повторил я грознее.

Все трое советников разом замерли. А вот у девочки, на мое удивление, совершенно не изменилось выражение лица.

В следующую секунду уже сама Агата коснулась моей руки, встав ближе.

— Эрик, прошу тебя…

— За оскорбление моей женщины, я могу потребовать твоей головы, — добавил я, не обращая на Агату внимания. — Думаю, так будет честно.

— Я… я приношу свои извинения! — советник поклонился. Было видно, как он задрожал. Каким бы напыщенным индюком не был, но вся его спесь держалась на одном — он был уверен, что здесь, в поместье родного дома, с ним ничего не случится.

— Ну да ладно. В знак признательности того, что ваша госпожа лично меня встретила, я прощу твою глупость.

Он выпрямился и отступил, встав к остальным. Советники развернулись и направились наверх вместе с девочкой. Мы пошли за ними следом. Стражники остались на своих местах. Сначала меня это удивило, но я быстро понял, почему нет необходимости в сопровождении. На каждом этаже здесь огромное количество солдат. Случись что, поможет только Кассия. Сам я только подставлю Агату под удар. Нужно оставаться начеку.

В итоге мы поднялись аж на четвертый этаж. Прошлись по длинному коридору и зашли в самую дальнюю комнату. Я примерно прикинул, где она расположена снаружи. Надо признать, подготовились в Кинуаре знатно. Если не ошибся, комната справа от главного входа. Там как раз палатки для солдат. Да и расположена она очень далеко от входа. Если начнется шумиха, нам придется либо пробиваться наружу силой, либо прыгать с окна, где уже будут поджидать. Отличная ловушка.

Сама комната тоже оказалась длинной. По центру расположились два дивана, столик. У стен книжные шкафы и полки с безделушками и декоративным оружием. Статусное место, ничего не скажешь.

Советники встали за левым диваном. Девочка села по центру. Мы с Агатой расположились с правой стороны. Стоило одному из советников щелкнуть пальцами, как в комнату вбежала служанка. Она поставила на столик перед нами бутылку с каким-то алкоголем, две чашки чая и стеклянную бутылку с чем-то темным. Возможно, сок или другой похожий напиток. Именно его налили в чашку девочки. Нам же с Агатой предложили выпивку, но мы к бокалам не притронулись.

Когда дверь снова закрылась, Лили взяла чашку, сделала небольшой глоток и, вернув ее на стол, взглянула на меня.

— Наконец я могу поприветствовать вас лично, Эрик Мортейн. Меня зовут Лили Мерсон. Я рада нашей встрече.

— Это взаимно, Лили, — я намеренно опустил фамилию, насладившись реакцией советников. Они постарались не кривиться, сдерживаясь. — Ну что ж, давайте сразу к делу. Я приехал сюда, потому что вы сообщили, что готовы провести переговоры.

— Да, это так, — кивнула девочка. — Во-первых, позвольте принести свои извинения.

— Извинения?

— Мой отец поступил бесчестно, направив на ваш город армию и не сообщив об этом. Но даже так вы вернули нам его тело и часть солдат. Не передать словами, насколько я вам благодарна за доброту.

— Простите, Лили, но я руководствовался не добротой. Тело вашего отца послужило доказательством моих намерений, а солдаты, которых я отправил, добровольно отказались от продолжения битвы. Я не посчитал нужным казнить их.

— Вот как. Я вас поняла. И все же это не изменит моего мнения, лорд Мортейн.

— Прошу, просто Эрик.

Услышав меня, девочка наконец улыбнулась. Мне почему-то показалось, что она чувствует себя совершенно спокойно.

— Раз уж вы начали называть меня по имени, я приму ваше предложение и поступлю так же. Эрик, прошу, назовите мне ваши требования. Хотя, правильней будет выразиться намерения.

— Я не хочу продолжать эту бессмысленную войну. Мы лишь увеличим количество жертв.

— Здесь вы правы. Кинуар и так серьезно пострадал после…

— Прошу прощения! — один из советников внезапно вмешался, нагло перебив Лили. Но удивился я даже не этому. Девочка ничего ему не сказала, сжав губы. — Господин Мортейн, я бы хотел присоединиться к переговорам. Видите ли, госпожа Лили все еще юна и…

— Юна, говоришь? — я взглянул на него, нахмурившись. — Может и так, но у нее, в отличие от тебя, хватило ума вести себя достойно. Почему ты нагло вмешиваешься в нашу беседу?

— Простите, но я один из советников, и имею на это право. На данный момент, именно мы принимаем большинство решений.

— Вот как. Лили?

— Я… не могу спорить, — кивнула девочка.

В переговорах между лордами, как и между простыми торговцами, каждое брошенное слово имеет свой вес. Я бы посчитал, что Лили сказала «не могу» из-за юного возраста, но она совсем не кажется мне ребенком. К тому же, советник сам признался, что сейчас город держится именно на них. Догадка лишь подтверждается.

— Раз так, я не против.

Советник кивнул и, обойдя диван, сел рядом с девочкой. Он продолжил:

— Я бы хотел опустить формальности и перейти сразу к делу. Господин Мортейн, вы предлагаете нам мирный договор. Но на каких условиях он будет построен?

Сразу видно, ему не в первой вести подобные беседы.

— Условия простые. Мы заключим союз с уклоном в мою сторону. Кинуар будет поставлять нам оружие и броню. Мы в ответ готовы делиться другими материалами в меньших количествах. Это поможет вам восстановить город. Также следующие три года Кинуар будет выплачивать Норвеллу налог с общей суммой в шестимесячную прибыль города.

— Шести… — советник поперхнулся, начал краснеть от злости. — Вы хотите, чтобы мы отдавали вам половину от всего, что зарабатываем за год? Господин Мортейн, прошу вас, одумайтесь. Вы же видите, в каком положении наш город.