Это ничего не значило. Мужчины по сути своей были визуалами. Но она могла считать это еще одной победой в деле своего исцеления. Конечно, в целом она чувствовала себя в безопасности рядом с ним — своим телохранителем, — но он все равно был больше ее, сильнее. И все еще мужчина. Тот факт, что она была рада его вниманию, был... приятен.

— В доме сейчас только один работающий душ, — сказала она, повернувшись к основанию лестнице. — Я заново укладываю плитку в двух других. Они должны быть готовы на следующей неделе, а пока... — Она взмахнула рукой в воздухе. — В любом случае, если хочешь принять душ, пожалуйста. Наверху. Вторая дверь слева.

— Я принял душ дома, прежде чем приехать. Но спасибо. — Он улыбнулся, слегка наклонив голову, выглядя по-мальчишески очаровательно.

В животе у нее затрепетало, и она поднесла к нему руку, словно бабочки могли порхать по коже, безумно хлопая крошечными крылышками. Конечно же, он принял душ. Когда он приблизился к ней, от него так хорошо пахло. Джози прикусила нижнюю губу, и его взгляд метнулся к ее рту. Воздух наполнился... чем-то... и она отступила назад по лестнице, ее рука все еще сдерживала бабочек, нервы вибрировали, но в приятном смысле.

Джози издала небольшой смущенный смешок, который тут же оборвала. Он показался неуместным. Почему она смеялась? Боже, иногда она может быть такой неловкой.

— Увидимся утром, — пробормотала она. — Я сказала маме, что навещу ее завтра.

— В какое время?

— Пораньше. В семь? Я хочу вернуться сюда и заняться перекладкой плитки.

Зак кивнул.

— Я поеду с тобой. Джимми не будет здесь до десяти или около того.

Джози заколебалась. Ей совсем не хотелось показывать этому мужчине, откуда она родом, или знакомить со старой ведьмой, которая была ее матерью, но решила, что должна смириться с тем, что у нее временно есть вооруженная охрана. Ей еще предстояло жить своей жизнью. И когда они приедут туда, она просто попросит его подождать в машине.

— Хорошо. Спокойной ночи, Зак.

— Приятных снов.

— Джози? — тихо позвал Зак, стоя у ее двери. Он прождал внизу до семи пятнадцати, а когда девушка так и не появилась, поднялся наверх, чтобы убедиться, что с ней все в порядке.

Он услышал возню внутри комнаты, звуки трех открываемых замков, а затем дверь распахнулась. Джози стояла на пороге, моргая, взъерошенная со сна, одетая в спортивные штаны и майку.

— Боже, мне так жаль. — Оглянулась и схватила халат с края кровати. — Я проспала. Такого никогда не было, — пробормотала она.

Зак шагнул в комнату, его взгляд привлек стол у стены, доски объявлений над ним, увешанные статьями, списками, фотографиями... Он просмотрел все это, завороженный увиденным. Это было похоже на крошечную версию комнаты для расследований, которую, Зак был уверен, они создадут сегодня или завтра в участке, чтобы собрать в одном месте улики по обоим преступлениям, чтобы их можно было визуализировать, сравнить и, по возможности, установить связи. Так поступали детективы.

Его взгляд быстро перебегал с одного предмета на другой: названия агентств по усыновлению, больниц, отдельных частных лиц. Задержался на наброске младенца, линии были простыми, неумелыми. Мужчина замер, осознавая, что это такое. Боже, его чертово сердце готово было взорваться. Джози Стрэттон все еще искала своего сына. Она никогда не останавливалась. Это была ее версия командного пункта.

— Я не умею рисовать ничего... стоящего. — Зак повернулся, и Джози стояла позади него, водя пальцем по бортику кровати, ее щеки раскраснелись от смущения. Она избегала встречаться с ним взглядом, выглядела так, словно он застал ее обнаженной. В некотором смысле, возможно, так оно и было.

— Прости, я вторгаюсь в твою личную жизнь.

Она покачала головой, ее взгляд метнулся к нему, а затем в сторону.

— Наверное, это выглядит... — Джози облизала губы, явно подыскивая подходящее слово, чтобы описать то, что было перед ним. — Как-то безумно.

— Это не выглядит безумным, — сказал Зак несколько удивленный тем, что она не прекратила поиски, хотя все специалисты, призванные помочь ей, уже давно сдались.

«…ребенок, должно быть, мертв. Тот больной ублюдок? Не могу представить, чтобы он подбросил ребенка на порог какой-нибудь милой старушки… Нет, скорее всего он выбросил ребенка на какую-то помойку и обращался с ним примерно так же, как с его матерью…»

— Это выглядит мужественно. — Зак снова посмотрел на рисунок ребенка, которого она так недолго держала на руках. — Ты дала ему имя? — спросил он.

Джози подошла ближе к нему, сложив руки под грудью, с любопытством посмотрела на него, ее щеки все еще слегка пылали.

— За все эти годы никто никогда не спрашивал меня об этом, — тихо сказала она, повернула голову и посмотрела на нарисованную от руки картинку. — Калеб.

Зак кивнул.

— Хорошее имя.

Он взглянул на нее, и она слабо улыбнулась, застенчиво, все еще немного смущаясь.

— Спасибо. — Их взгляды встретились, и он почувствовал весомость этого слова. Она жестом указала на ванную. — Я быстро. Встретимся внизу?

— Да.

Мужчина направился к двери, оглянувшись на доказательство неиссякаемой надежды Джози Стрэттон, несмотря на огромную вероятность того, что она никогда больше не увидит своего сына. Была большая вероятность того, что он погиб от руки своего отца много-много лет назад. Калеб.

— Я буду ждать.

Зак еще раз проверил окна внизу, хотя сделал это всего несколько часов назад. В основном для того, чтобы занять себя, пока ждал ее. Его нервы были натянуты до предела по какой-то причине, которую он не мог точно сформулировать для себя, но знал, что это было настолько же личным, насколько и его работа по обеспечению безопасности Джози Стрэттон. Стоя у окна ее кухни, он сцепил руки на макушке. Черт. У него появились к ней чувства. И он ничего не мог с этим поделать. Наверное, было бы лучше — наиболее профессионально, — если бы он передал работу по защите девушки другому детективу или офицеру, но мысль об этом заставила его стиснуть зубы. Нет.

Нет, он не бросит Джози прямо сейчас, зная, что она начинает доверять ему. И он не был слепым, чувствовал, как между ними вибрирует напряжение, которое всегда заставляло ее выглядеть слегка любопытной и немного испуганной. Проклятье, ситуация была очень щекотливой.

— Готова, если ты готов.

Зак повернулся, опустив руки, досадуя, что так глубоко погрузился в свои мысли и не услышал, как девушка спускается по лестнице.

Если хочешь быть достойным стражем, Коупленд, нужно быть более внимательным.

— Да, готов.

Мать Джози жила в обветшалом доме в Эддистоне. Зак подъехал к обочине, его пикап работал на холостом ходу, пока он разглядывал маленький домик с облупившейся краской, одна ставня болталась, а другая полностью отсутствовала. Двор зарос сорняками, и, по сути, тот, кто здесь жил, либо был совсем неудачником, либо ему было просто наплевать. Он повернул ключ, выключив зажигание.

— Я ненадолго, — сказала Джози. — Подождешь здесь?

— Нет. Я зайду с тобой.

Девушка потянулась и положила руку на его руку. Ее кожа была прохладной и гладкой, и, черт возьми, даже это легкое прикосновение вызвало у Зака дрожь во всем теле.

— Это необязательно. Со мной все будет в порядке, и я быстро.

— Джози, это моя работа. Прости, но я должен держать тебя в поле зрения. — Это было не совсем так. Никто бы не стал его винить, если бы он подождал в машине, не сводя глаз с фасада дома, пока Джози заходила внутрь и навещала мать, но возле соседнего дома толпились какие-то парни, кто-то сидел в машине на другой стороне улицы и смотрел на них, и его режим защиты был поднят на самый высокий уровень.

Ее плечи опустились, и она прикусила губу.

— Хорошо, но моя мама... она... ну, она может быть очень... грубой.

— Я постою в стороне. Ты даже не заметишь моего присутствия.