— У меня небольшой вопрос о занятиях, которые Ария посещала перед тем, как пропала.

— О. Хорошо.

— Она ходила на занятия по вечерам в среду?

— Да. По понедельникам и средам.

— Вы случайно не помните, какие занятия она посещала?

Тесса вздохнула.

— Естествознание, это я знаю. Ария хотела когда-нибудь стать медсестрой, и они были частью требований.

Естествознание, а не английская литература. Тем не менее, она бывала в кампусе в те же вечера, что и Мириам Беланжер, даже если они не учились в одном семестре. У одной, возможно, был роман с профессором английской литературы, у другой — тайные отношения с кем-то, от кого она могла забеременеть.

Зак пытался соединить все кусочки головоломки, вертевшиеся у него в голове. Между двумя последними жертвами было слишком много сходства, чтобы это могло быть совпадением. Имеет ли все это какое-то отношение к делу Джози?

Зак еще раз быстро поискал информацию о Воне Меррике, открыв его профиль на веб-сайте колледжа. Профессор проработал в университете Цинциннати почти двадцать лет, и преподавал там, когда Джози посещала занятия.

Черт возьми.

Нужно было срочно поговорить с профессором Воном Мерриком.

А еще нужно было поговорить с Джози.

Зак постучал в дверь прекрасно отреставрированного старинного дома в Гайд-парке, где профессор Меррик жил со своей семьей. Он подождал, но внутри дома было тихо, и когда наклонился вперед, приложив ладони к стеклу, чтобы заглянуть в тусклое фойе, оказалось, что дом совершенно пуст. В замешательстве Зак отступил назад.

— Они там больше не живут, — услышал он сзади и обернувшись, заметил на подъездной дорожке к соседнему дому белокурую женщину, которая передавала пакет с продуктами симпатичной молодой чернокожей девушке, на вид лет двадцати с небольшим. Молодая женщина скрылась в доме, ее руки были нагружены продуктами, в то время как пожилая женщина, также державшая пару пакетов, нажала кнопку на брелоке, и задняя дверь ее внедорожника начала закрываться.

— Вы знаете, как давно они переехали? — спросил Зак, спустившись со ступенек дома, который, судя по всему, раньше был домом Мерриков, и подойдя к соседке.

Она поправила одну из сумок на бедре.

— Несколько недель назад.

— Вы хорошо их знали?

Женщина бросила на него подозрительный взгляд, явно недоумевая, почему он задает вопросы. Зак достал свой значок.

— Я из полицейского управления Цинциннати. У меня есть несколько вопросов к профессору Меррику.

— По поводу пропавших студентов?

— В связи с этим, да. Я надеялся, что он сможет пролить свет на несколько возникших вопросов.

— Ужасное дело. Надеюсь, Вон сможет помочь. В любом случае, отвечая на ваш вопрос, да, я знала их очень хорошо. Мы жили рядом друг с другом почти два десятилетия. Их девочки играли с моими. — Женщина кивнула в сторону своего дома, где на крыльце ее ждала молодая женщина.

— Мам, мне забрать пакеты? — спросила она.

— Все в порядке. — Она улыбнулась дочери. — Начинай распаковывать вещи, я поднимусь через минуту, чтобы помочь.

— Хорошо, — сказала дочь, улыбнулась Заку и скрылась в доме.

— Очень жаль, — сказала женщина, качая головой, и выражение ее лица внезапно стало серьезным.

— На счет чего, мэм?

— На счет их развода. Я знала, что у них были взлеты и падения, но мне казалось, что последние пару лет у них все наладилось. — Она повертела сумку в руках. — Их старшая дочь обручилась, младшая учится в колледже за пределами штата. Иногда они сидели на крыльце и пили коктейли. Я думала, что у них сейчас хороший период в жизни, понимаете? — Она вздохнула. — Думаю, никогда нельзя сказать наверняка, что происходит в чьем-то доме, пока сам в нем не побываешь. У вас есть дети, детектив?

Зак на секунду опешил от такой смены темы.

— Э-э, нет. Я не женат.

Женщина тепло улыбнулась.

— Ну что ж, когда у вас появятся дети, вы поймете, что семейная жизнь полна всевозможных сложностей и неожиданных испытаний. — Она снова нахмурилась. — Нужно работать над тем, чтобы расти вместе, а не порознь. — Она бросила разочарованный взгляд на то, что когда-то было домом семьи Меррик, а теперь превратилось в заброшенную развалюху, мало чем отличающуюся от их распавшейся семьи, или так это звучало.

— Мама, ты идешь? — крикнула дочь с крыльца.

Пожилая женщина помахала ей рукой и, обернувшись к Заку, тихонько рассмеялась, закатив глаза.

— У меня есть их пересылочная информация, так что давайте я сбегаю в дом и принесу ее вам.

— Было бы здорово, спасибо. — Он наблюдал, как женщина взбежала по ступенькам своего дома, сказав что-то, что рассмешило ее дочь, шутливо подталкивая к ней сумки.

Зак улыбнулся. Ему нравилась эта соседка Мерриков. Может, дело было в ее теплой улыбке, а может, он отождествлял себя с тем немногим, что знал об этой семье. Его тоже усыновили, и он знал, каково это — быть непохожим среди толпы блондинов и рыжих. Его родители, братья и сестры, которых Зак очень любил, никогда не заставляли его чувствовать себя лишним, но он был таким же ребенком, как и любой другой и тяжело пережил то неопределенное время, когда различия казались скорее ударами по тебе, чем преимуществами.

Даже стоя на подъездной дорожке, Зак чувствовал, как эти люди привязаны друг к другу, и это напоминало ему о его собственной семье. Волна благодарности захлестнула его, когда представил дом матери Джози. Он мало что знал о своей биологической матери, кроме того, что она была молода и бедна. И не знал, вырос бы он в таких условиях, как у Джози, но точно знал, что у него было бы меньше возможностей. И был благодарен всем, кто подарил ему жизнь, в том числе женщине, которая родила его и приняла решение отдать на воспитание.

Блондинка сбежала вниз по ступенькам, протягивая ему листок бумаги.

— Кстати, я Доун Парсонс. — Она улыбнулась. — Я также записала здесь и свой номер, если вам вдруг понадобится что-то еще. — Женщина пожала плечами.

— Я очень ценю это. Спасибо, что уделили мне время, мэм.

В кармане зажужжал телефон, и он махнул Доун рукой, поворачиваясь к машине, чтобы ответить на звонок.

— Коупленд.

Зак слушал, и в животе у него все сжималось, когда он схватился за ручку двери и резко потянул ее на себя.

— Буду через десять.

Когда отъехал от обочины, в голове у него все перемешалось.

Боже правый. Что, черт возьми, это значит?

**********

— Кто нашел тело?

— Соседка, — сказал полицейский, который первым прибыл на место происшествия. — Она сказала, что иногда приходит посидеть на крыльце и покурить вместе с покойной. Сегодня вечером никто не ответил, а когда она попробовала открыть дверь, та оказалась незапертой. Она вошла и нашла женщину распростертой в гостиной.

Значит, она кого-то ждала. Неужели она неосознанно впустила садиста-убийцу, когда тот постучал в ее дверь? Он кивнул в сторону дома, где на полу все еще лежало мертвое, изуродованное тело, которое ему описали. Мать Джози.

— Спасибо, — сказал Зак, увидев, что прибыл первый криминалист и надел перчатки, которые были у него в машине. — Вы не скажете соседке, чтобы она оставалась на месте? Мне нужно будет поговорить с ней перед отъездом.

— Конечно.

Зак подождал криминалиста, парня по имени Барри, с которым уже пару раз работал, и они оба надели на обувь бахилы, прежде чем вместе войти в дом. В доме пахло так же, как и утром, только теперь к этому добавился запах горелой плоти. Если не считать тела на полу, все выглядело примерно так же, как и раньше. Никаких следов борьбы. Ничего лишнего, кроме пульта от телевизора на полу, рядом с которым лежали батарейки, как будто его уронили. Зак подошел к телу, когда Барри начал открывать свой набор.

— Господи, — пробормотал он.

— Не самое приятное зрелище, — согласился Барри и, взяв в руки фотоаппарат, начал фотографировать тело под разными углами.