Эш следует моему примеру, шепча ей что-то, чего я не улавливаю.

— Мы ненадолго, — говорит Алисса.

Мы оба смотрим им вслед.

— У меня странное чувство, что я должна сказать им вернуться. Что мы не должны выпускать ее из виду, — шепчу я.

— Я тоже. Ты думаешь, так будет всегда? Может быть, это часть воспитания. Это чувство страха, когда ты наблюдаешь, как твоя дочь выходит в мир без тебя, — комментирует Эш.

— Возможно, но мне нужно, чтобы ты отвлек меня, чтобы я не выглядела сумасшедшей, каковой я и являюсь, и не следовала примеру наших матерей.

Эш ухмыляется мне. Он наклоняется к моему уху, и от его хриплого голоса по моему телу пробегают мурашки.

— У тебя есть тридцать секунд, чтобы оказаться на кровати, обнаженной, выставив свою киску на всеобщее обозрение. Готова дать мне мою ежедневную дозу.

Выпрямляясь, он начинает обратный отсчёт от тридцати. Я вбегаю в комнату, по пути срывая с себя платье.

Кто я такая, чтобы отказывать ему в удовольствии? Может, я и сумасшедшая, но не дура. Эш лижет мою киску каждый день с тех пор, как мы вместе, а иногда и дважды в день. Он действительно зависим. Но, честно говоря, это единственная зависимость, которую я не против поддерживать.

Стянув трусики, я прыгаю на кровать как раз в тот момент, когда он доходит до пяти. Я протягиваю руку назад, расстегиваю бюстгальтер и швыряю его через всю комнату. Он ловит его на первом.

— Впечатляет. Кто бы мог подумать, что ты можешь двигаться так быстро?

Эш стоит в изножье кровати и смотрит на меня сверху вниз. Ему нравится смотреть. Думаю, если бы он мог развесить повсюду фотографии моей киски, он бы так и сделал, просто чтобы смотреть на неё весь день.

Он не торопясь снимает пиджак, складывает его и кладет на один из диванов. Затем он снимает запонки и подходит к туалетному столику, бросая их на маленький поднос, который стоит сверху.

Он так мучительно медленно поворачивается ко мне и расстегивает свою белую рубашку. Мне хочется встать и просто разорвать эту рубашку.

— Ты знаешь, как чертовски идеально ты сейчас выглядишь? На твоем пальце нет ничего, кроме моего кольца.

Он наклоняет голову, пока его взгляд блуждает по моей наготе, оставляя за собой дорожку мурашек по коже.

— Я знаю, что ты будешь выглядеть гораздо лучше, если поторопишься и скинешь одежду, — я с вызовом поднимаю бровь.

— Ты торопишься? Мне нравится наслаждаться прекрасными вещами в жизни, и это… ты... лучшее, что есть в моей жизни, детка. А это значит, что я собираюсь не торопиться и наслаждаться каждой гребаной минутой, когда смогу утонуть в тебе.

Черт бы побрал его и его сладкие речи. Я больше не могу ждать. Его рубашка падает на пол, выставляя напоказ все эти загорелые, подтянутые мышцы. У меня слюнки текут от этого зрелища. Может быть, мне стоит сделать его скульптуру, это было бы самое прекрасное произведение искусства, которое когда-либо видел мир.

Моя левая рука скользит вниз по телу, и он следит за ней взглядом. Ему действительно нравится видеть свое кольцо на моем пальце. Моя рука опускается к киски и, используя только безымянный палец, я провожу круговыми движениями вокруг клитора.

— Черт, Бри, — ворчит Эш, снимая штаны и забираясь на кровать, устраиваясь между моих раздвинутых ног.

Я убираю палец. Теперь он здесь. Он может взять верх. Но он хватает меня за запястье и удерживает его на месте.

— Продолжай. Не останавливайся, пока я не скажу. — Он улыбается, прежде чем наклонить голову ближе к моей киски.

Пока я продолжаю описывать круги, его руки подхватывают меня под зад и приподнимают мои бедра, чтобы я встретилась с ним взглядом. Его язык кружит по моей заднице. Он делает это не в первый раз, но каждый раз это вызывает у меня не меньший шок. Это похоже на действие, которое настолько запретно, что становится чертовски возбуждающим. И тот факт, что от него во мне вспыхивают искры, только усиливает то, почему мне это начинает нравиться.

Его язык перемещается к следующему отверстию и скользит внутрь. Я теряюсь в ощущениях. Моя рука перестает ласкать клитор, вместо этого я хватаюсь за его волосы, чтобы удержать его голову на месте, пока я оседлала его рот. Следующее, что я помню, — он садится и кружит меня, ставя на четвереньки. Шлепок по моей заднице разносится по всей комнате.

— Я не говорил тебе, что ты можешь остановиться, — рычит Эш, буквально рычит, приподнимаясь навстречу моему входу.

Он медленно вводит свой член в мою киску, одновременно скользя большим пальцем по моей заднице. Я прижимаюсь к нему спиной. Мне нужно больше. Мне всегда нужно от него больше.

— Твоя киска — маленькая жадная штучка, не так ли, Бри? Скажите мне… чего жаждет твоя киска, детка? — Он замирает, как только его член оказывается внутри меня. Его большой палец продолжает скользить по моей заднице, и ощущение наполненности переполняет меня.

— Ты, всегда ты, Эш. Мне нужно, чтобы ты трахнул меня. Сейчас же! — Приказываю я.

Я сказала ему, что никогда не буду умолять, но, думаю, я могу просто сдаться, если он не сделает то, что мне нужно.

— О, я буду трахать тебя, Бри. Я буду трахать тебя каждый день до конца наших дней, — обещает он.

Я извиваюсь, пытаясь прижаться к нему еще сильнее. Я чертовски близка к тому, чтобы кончить вот так — его член пронзает мою киску, а его большой палец трахает мою задницу.

— О, Боже, Эш, я собираюсь... — Моя фраза обрывается, моя голова опускается на матрас подо мной.

— Нет, это не так. Ты подождешь, и мы кончим вместе.

Он вынимает свой член до тех пор, пока внутри не остается только кончик, затем снова проталкивается вперед. Он не сдерживается. Он трахает меня так, как мне нужно, двойное проникновение его члена и большого пальца сильное и безжалостное.

Я не знаю, смогу ли я и дальше сдерживать свой оргазм. Я вот-вот взорвусь.

— Сейчас, Бри. Кончай, блядь, сейчас. — Я чувствую, как пульсирует его член, когда он изливает себя в меня.

Эш

Перевернувшись, я обнимаю Брианну, и мы обе пытаемся восстановить дыхание. Звонок телефона раздаётся в тишине комнаты. Я бы переключился на голосовую почту, но это рингтон мамы.

Наклонившись через край кровати, я роюсь в штанах в поисках телефона. К тому времени, как я его достаю, звонок уже стих, но почти сразу же возобновляется.

— Что случилось? — Я встаю с кровати, иду в шкаф и натягиваю шорты, когда слова мамы наконец до меня доходят.

— Эш, я не хочу, чтобы ты паниковал, но ты должен встретиться со мной в больнице. Сейчас же. — Её голос слегка дрожит.

— Что случилось? С Фейт всё в порядке — спрашиваю я, снимая рубашку с полки. Когда я выхожу, Бреанна уже одета и берёт с комода связку ключей.

Я иду за ней из спальни прямо к лифту, слушая маму.

— С ней всё в порядке, Эш. У неё была аллергия на что-то, что её укусило. Несильно, просто небольшой отёк на ноге.

— Что, чёрт возьми, её укусило? — выдавливаю я из себя. — Чёрт, мам, я скоро приду, я вхожу в лифт. Буду через десять минут.

— Эш, не гони так безрассудно. С ней всё в порядке. Я просто привезла её на осмотр — вот и всё. Доза антигистаминного препарата всё исправит.

— Хорошо, я приеду, как только смогу.

Я вешаю трубку как раз в тот момент, когда двери закрываются. Бреанна хватает меня за руку.

— Что случилось? — Её обеспокоенный взгляд встречается с моим.

— Мама сказала, что у Фейт была аллергическая реакция на укус в ногу. Ничего страшного, но её отвезли в больницу на обследование. С ней всё в порядке. — Я сжимаю руку Брианны.

Я даже не уверен, пытаюсь ли я её успокоить… или себя.

— Аллергическая реакция? На что? Ох, чёрт, Эш, а если у неё анафилактический шок?

— Мама сказала, что просто небольшой отёк. Уверен, ничего серьёзного.

— Да, с ней всё в порядке. Должно быть.

Как только дверь открывается, Бреанна направляется к своему Bugatti.