— Я за рулём.

Я обхожу машину и прыгаю на водительское место, она не спорит, садясь на пассажирское.

Как только я вижу, что ремень безопасности у неё пристёгнут, я жму на газ и вылетаю из гаража на улицу. Слава богу, в это время суток пробки не такие уж и сильные. Я лавирую между полосами, словно репетирую гонку Bathurst 1000.

Я бы с удовольствием проехал ещё больше, если бы не был так одержим желанием добраться до больницы и до дочери. Бреанна никогда раньше не разрешала мне садиться за руль этой штуковины.

Десять минут спустя мы въезжаем на парковку отделения неотложной помощи в больнице. Мы с Бреанной забегаем внутрь, и я сразу же замечаю маму, разговаривающую с врачом.

— Мам, где она?

— Эш, успокойся. Фейт в палате с Эмили. Я отведу тебя туда. Врач только что рассказывал мне последние новости. Они не знают, что её укусило, но отёк спадает. Мы можем забрать её домой.

— Хорошо, пойдём за ней. — Я киваю, оглядываясь.

— Спасибо, доктор, — говорит мама, поворачивается ко мне и берёт за руку. — Пошли. — Затем она ведёт нас в смотровую.

— Что-то не так, — тихо говорит Бреанна рядом со мной.

Не хочется признавать, но у меня всё ещё щемит в животе. Мне просто нужно увидеть Фейт. Как только я увижу её сам, увижу, что с ней всё в порядке, я смогу расслабиться.

— Она в той палате. Мне нужно перезвонить твоему отцу.

Мама указывает на дверь, и я ускоряю шаг, подходя и открывая её. Сзади меня слышится ах Бреанны, а затем её крик пронзает мою душу.

— Мама!

Бреанна протискивается мимо двери и падает на пол, где сейчас лежит её мать. Я осматриваю палату; там, где, чёрт возьми, должна быть Фейт, пустая больничная люлька.

— Где, чёрт возьми, моя дочь? — кричу я, кружась на месте, осматривая каждый угол.

— Мам, просыпайся. — Бреанна смотрит на меня. — Эш, я не могу её разбудить.

Я в растерянности. Я стою здесь, чертовски бесполезный для всех.

Мама вбегает в палату, смотрит на пол, нажимает кнопку на стене и опускается на колени рядом с Эмили.

— Бреанна, с ней всё в порядке. Она дышит, пульс стабильный.

Следующее, что я помню, — это толпа больничного персонала, которая врывается в комнату и пытается помочь Эмили.

— Что, блядь, происходит? — рычит Джош, стоя на пороге позади меня. У меня нет слов.

Его взгляд метнулся к Бреанне, которую удерживает какой-то гребаный санитар. Эта картинка вырывает меня из моей собственной головы.

— Убери свои гребаные руки от неё сейчас же! — рявкаю я, вырывая Бри из его хватки и прижимая её к своей груди. Рыдания вырываются из её тела, когда она падает на меня.

— Эмми! Кто-нибудь, лучше скажите мне, что, блядь, случилось с моей женой. Сейчас же! — кричит Джош, отталкивая врачей и медсестёр от Эмили, которую переложили на кровать.

— Сэр, вам нужно успокоиться. Кто-нибудь, вызовите охрану, — приказывает один из врачей.

— Отвали со своей охраной. Это моя гребаная жена — моя жизнь — лежит без сознания на этой кровати. Что. Блядь. Случилось. С. Ней!! — Рёв, который он издает, просто звериный.

Я оглядываю комнату, погружаюсь в хаос, пытаясь понять, где, чёрт, моя дочь. И тут замечаю маленький конверт в теперь уже в пустой колыбельке.

Как бы мне ни хотелось бушевать и кричать, как Джош, это не заставит Фейт снова появиться. Я тащу Бреанну к кроватке и поднимаю письмо. Прежде чем я успеваю его открыть, она вырывает его у меня из рук и вытаскивает листок бумаги.

— Я убью эту суку, нахуй, — кипит она, протягивая мне письмо.

Я перечитываю слова. Дважды. Чтобы убедиться, что прочитал правильно.

Извини, Эш,

Я передумала. Я забираю Фейт обратно. Если ты хочешь оставить ее у себя, я готова к переговорам на сумму в пять миллионов долларов. Мне нужны деньги наличными, мелкими купюрами.

У вас есть сорок восемь часов, чтобы договориться о доставке, или я позабочусь о том, чтобы ты больше никогда не увидел свою дочь. Завтра я пришлю текстовое сообщение с указанием местонахождения.

Хейли

Черт. Эта чокнутая сучка. Я бы с радостью отдал пять миллионов, чтобы вернуть свою малышку. Однако я не думаю, что смогу получить доступ к таким деньгам за такой короткий промежуток времени. Блядь.

— Эш, я собираюсь вернуть нашу дочь, — тихо говорит Бреанна.

— Я верну ее. Это моя вина, Бри. Я не должен был позволять им забрать ее.

— Это не твоя вина, Эш. Мы вернем ее.

Бреанна подходит к своему отцу, который немного успокоился. Врачи рассказывают ему что-то об Эмили. Я не могу удержаться и иду за Бри. Я потерян, и сейчас она — то, что дает мне направление.

— Папа?

Она протягивает руку и берет его за одну из ладоней. Джош оборачивается и тут же обнимает ее, шепча что-то ей на ухо, чего я не расслышал.

Я достаю из кармана телефон и набираю Чейза. Я не знаю, к кому еще обратиться прямо сейчас.

— В чем дело? — он отвечает.

— Чейз, она... — Я задыхаюсь от слов. Я не могу их произнести.

— Эш, где ты? Что случилось?

— Я в больнице. Она забрала ее. Я должен вернуть ее, Чейз.

— Кто кого забрал?

— Хейли… она забрала Фейт из больницы. Мне нужно вернуть ее.

— Не двигайся. Я уже еду. Пока мы разговариваем, я запрыгиваю в машину. Бреанна с тобой?

Я моргаю от его вопроса. Какая разница, кто со мной? Моей дочери там нет... Хотя, черт возьми, она должна быть.

— Ах, да, но ее мама была без сознания, когда мы приехали сюда. Сейчас они с Джошем разговаривают с врачами.

Я выхожу из палаты, мама провожает меня обеспокоенным взглядом.

— Хорошо, никуда не уходи. Я буду там через пятнадцать минут.

Я вешаю трубку и кладу ее обратно в карман. Проводя рукой по волосам, я оглядываю коридор. В какую сторону она пошла? Достаточно ли у Фейт одежды? Подгузников? Детского питания? Собирается ли Хейли заботиться о ней должным образом? Она действительно причинит ей боль? Слишком много чертовых вопросов и слишком мало ответов.

Прислонившись к стене, я опускаюсь на пол. Моя голова падает на колени, и слезы текут по моему лицу. Не знаю, когда я плакал в последний раз, но я не помню, чтобы когда-нибудь чувствовал себя таким… беспомощным, испуганным, расстроенным и чертовски злым. Все это одновременно.

Я чувствую, как руки моей мамы обнимают меня, когда она садится рядом со мной.

— Эш, все будет хорошо. Мы вернем ее. Что бы нам ни пришлось сделать, мы вернем ее.

— Я не могу потерять ее, мама. Я только что обрел ее.

— Я знаю. Мы не потеряем ее.

— Что, черт возьми, случилось?

Голос моего отца заставляет меня поднять голову.

Он опускается передо мной на корточки, не обращая внимания на то, что находиться посреди прохода.

— Папа, она забрала ее. — Я передаю ему письмо, которое все еще сжимаю в руках. Его лицо каменеет, когда он читает его.

— Эш, я верну её. Никто не угрожает моей семье и выживет, чтобы рассказать об этом.

Папа встает и идет по коридору, продолжая разговаривать по телефону. Бреанна выходит из комнаты, прежде чем ее взгляд падает на меня. Она подходит и садится сбоку, напротив моей мамы.

— Как твоя мама? — Я спрашиваю ее.

— Она только что проснулась. Она в бешенстве. Но в остальном с ней все будет в порядке.

— Как ты?

Мой взгляд блуждает по ее лицу. Мне нужно быть сильнее прямо сейчас. Я не могу потерять самообладание, когда всем нужно, чтобы я держал себя в руках.

— Мне станет лучше, когда я верну нашу дочь, а я скормлю эту никудышную сучку свиньям моего отца. — По ее щекам текут слезы.

— Я помогу, детка, — обещаю я ей.

— Эш, я пойду выпью кофе. Ты чего-нибудь хочешь?

— Нет, я в порядке. Хочешь, я пойду с тобой? Я жду Чейза. Как только он придёт, мы разработаем план. Бри, это нельзя делать вполсилы. Нам нужно действовать умно. Узнать, где она прячется. Если до этого дойдет, я заплачу ей пять миллионов.