— Боже, уверен, это будет утешением для Фейт, когда она подрастёт, и мне придётся объяснять ей, что её родная мать пропала без вести, потому что бросила её с этим чёртовым швейцаром.

— Я не об этом. Это не имеет смысла. Почему бы просто не прийти к тебе и не попросить о помощи? Ни для кого не секрет, что ты при деньгах, приятель. Любой, кто от тебя залетел, будет обеспечен на всю жизнь выплатой алиментов. Чего она от этого хочет?

— А может, она просто никчёмное существо и не хочет быть матерью? — предполагаю я.

— Или… может, у неё послеродовая депрессия или что-то в этом роде, и однажды она одумается и пожалеет о содеянном.

Голос Брианны заставляет меня вскинуть голову. Я обвожу взглядом её тело. Она стоит в одной из моих футболок. Я знаю, что под ней она голая. Сквозь хлопок я вижу её соски. Взгляд скользит по Чейзу, который тоже смотрит на неё.

Обойдя свой стол, я шлепаю его по затылку.

— Перестань, блядь, пялиться на нее, — рычу я. — Чейз, уходи отсюда. Я возвращаюсь в постель.

Я направляюсь к Бреанне, потому что сон — последнее, о чем я, блядь, думаю.

— Ага, конечно. Увидимся сегодня, — говорит Чейз мне в спину.

Я беру Бреанну за руку и тащу её в свою спальню. Останавливаюсь в гостевой комнате, заглядываю внутрь и вижу, как мама и папа смотрят на Фейт, которая спит посередине кровати между ними. Надо бы взять её с собой. Меня гложет лёгкое чувство вины.

— Хотите, я её заберу? — тихо спрашиваю я, не желая её беспокоить.

Отец поднимает взгляд и качает головой:

— Нет, иди в душ и всё такое. День будет долгим.

— Хорошо, спасибо.

Я задерживаюсь в дверях, прежде чем продолжить путь в свою спальню. Затаскиваю очень тихую Бреанну в ванную, включаю душ и позволяю пару наполнить комнату.

Я поворачиваюсь к Бреанне, которая ещё не произнесла ни слова, она молча смотрит на меня, кусая губу. Я веду её назад, пока её пятки не упираются в стену, и держу её взаперти, упираясь руками в плитку по обе стороны от её головы.

— Что случилось?

— Ничего.

— Что случилось? — снова спрашиваю я.

Знаю, что она о чём-то думает.

— Что, если она вернётся, Эш? Мать Фейт… Что, если она передумает? Что, если… то есть, ты захочешь быть с ней?

Я ошеломлён её вопросом.

— Конечно, нет. Бреанна, мне больше ни с кем не хочется быть. Ты единственная.

Я наклоняюсь к её губам, мой язык проникает ей в рот.

Её руки прижимаются к моей груди.

— Ты не раз говорил мне уйти прошлой ночью, Эш. Извини, если мне сейчас трудно тебе поверить.

Бреанна никогда не бывает такой неуверенной, никогда не бывает такой уязвимой. Тот факт, что я посеял в её голове эти сомнения, просто сокрушает меня.

— Прости, если заставил тебя усомниться в том, как сильно я, блядь, тебя люблю. Я люблю тебя больше жизни, Бри. Знаю, я эгоистичный мудак, но без тебя я не могу. Тебе нужно уйти, тебе нужно бежать к чертям. Но, честно говоря, я бы, наверное, только погнался за тобой, если бы ты это сделала. Ты мне нужна.

— Ты владеешь мной, — говорит она, обнимая меня за шею.

— Я тебя не заслуживаю. Я запутался, Бреанна. Я не знаю, как со всем этим справиться… что мне нужно сделать…

— Я тоже, но мы можем разобраться вместе.

— Спасибо, — шепчу я, прежде чем снова завладеть её губами.

Мои руки опускаются на её задницу, я поднимаю её. Её ноги обхватывают мою талию, и я прижимаю её к стене, вжимаясь своим твёрдым членом в её голую киску.

— О Боже, Эш, может, нам не стоит этого делать сейчас. Твои родители в соседней комнате.

— Тогда, наверное, тебе стоит помолчать. Потому что мы этим занимаемся. Мой член твёрд, как камень, а твоя киска вся мокрая. Это самая выигрышная комбинация, какую я когда-либо видел.

— Ну, конечно, я мокрая. Я обнимаю тебя. И, ну, ты чертовски горячий. Если ты не заметил — бормочет она.

— Хм, а я-то думал, что нравлюсь тебе за свою личность. — Одной рукой я спускаю спортивные штаны, освобождая член.

— Эх, над личностью тебе не помешало бы немного поработать. Но над твоим телом? Как будто Бог забыл добавить изъяны, когда создавал тебя. — Её руки скользят по моей спине, ногти оставляют лёгкие отпечатки.

Я прижимаю свой член к её входу.

— Держись, детка. Это будет жесткая и быстрая поездка.

Я врезаюсь в неё. Её стенки мгновенно сжимаются вокруг меня, руки впиваются в мою спину, а зубы впиваются мне в плечо, и она кончает. Я медленно двигаюсь вперёд и назад, пока она не поднимает голову.

— Тебе хорошо? — Я знаю, что она в этом послеоргазменном блаженстве, так что, конечно же, ей чертовски хорошо.

— Мммм. — Она кивает головой с широкой улыбкой на лице.

— Блядь, я обожаю твою киску. Каждый раз, блядь, словно попадаю в рай. — Я ускоряюсь, сжимая ладонями её попку, наверняка оставляя вмятины на её бледной коже.

— Я почти уверена, что моя киска тоже тебя любит. — Она смеётся.

— Только почти уверена? — Я поднимаю одну руку, обхватываю её горло и удерживаю голову неподвижно. — Я буду продолжать трахать эту киску, пока ты не будешь на сто процентов уверена, что она любит мой член. Жаждет моего члена. Ей нужно, чтобы мой член её заполнил.

— Это может занять некоторое время. — Она ухмыляется.

— У нас есть всё время мира, — хрюкаю я, вбиваясь в неё сильнее. В тот момент, когда моя рука смыкается на её горле, её киска сжимается, и её соки хлынут на меня.

— Блядь, — рычу я, прижавшись к ее губам. Я полностью растворяюсь в ней, чувствуя, как напрягаются мои мышцы.

Бреанна

Из коридора доносится какой-то шум, пока мы с Эшем выходим из спальни после очередного жаркого душа, от которого мое лицо сразу же заливает краской, даже от одной мысли об этом.

— Они желают мне добра. Давайте просто помнить, что мы не можем убивать членов нашей семьи, — говорит Эш позади меня.

Повернувшись, я приподнимаю бровь.

— Ты, может, и не сможешь, но я смогу, и я бы не потеряла ни минуты сна. — Я пожимаю плечами.

— Детка, мы теперь родители. Нам нужно быть ответственными взрослыми, которые не будут калечить и мучить людей.

Я спотыкаюсь, и Эш врезается мне в спину.

— Что случилось? — спрашивает он, разворачивая меня к себе.

Я моргаю, глядя на него. Он только что сказал, что мы родители. То есть, мы с ним вместе.

— Я… ты это серьёзно? — спрашиваю я его.

— Чтобы не калечить и не мучить людей? Да, Бри, если только они этого действительно не заслуживают.

— Нет, не в этом. В том, что мы теперь родители.

— Эм, ты же помнишь ребёнка, которого вчера вечером подбросили к нам на порог, да?

— Да, но ты имеешь в виду: ты теперь родитель, а я всего лишь подружка, или что-то в этом роде? Или мы родители вместе? — Я затаила дыхание, ожидая его ответа.

— Бреанна, если ты хочешь сделать это со мной, то мы сделаем это вместе. Ты никому не подружка, детка. Ты, чёрт возьми, королева. Чего ты хочешь, Бри?

До сих пор я не осознавала, как сильно я хочу быть материю этого ребёнка.

— Я хочу сделать это вместе. Ты, я и Фейт.

— Ладно, ты, я и Фейт. А теперь пойдём посмотрим, почему, кажется, весь район собрался в нашем пентхаусе.

— Сегодня я собираюсь пройтись по магазинам. Я покупаю дом, ключей от которого больше ни у кого не будет. — Я улыбаюсь ему.

— Ты не покупаешь дом. Если ты хочешь новый дом, я могу купить тебе. — Я невольно закатываю глаза.

— Заткнись, Эш. На дворе двадцать первый век. Если я хочу купить нам дом, то я могу. И я это сделаю. К тому же, есть один маленький факт: моё состояние как минимум в десять раз больше твоего.

Я жду его реакции. Обычно мужчины именно в таких случаях пугаются богатства моей семьи. Эш ухмыляется.

— Чёрт возьми, я заполучил себе сахарную мамочку. А десять раз — это уже щедрость, мы оба знаем, что твоё состояние как минимум в сто раз больше моего. Давай, Ричи Рич, вышвырнем пару засранцев из нашего дома, а потом, может быть, вместе посмотрим недвижимость.