Ильсан исчез за дверью.

Дамиан направился следом.

Я пошла за ним.

— Вы остаетесь.

— Я только что сказала, где рухнет стена. Если я ошиблась, вы сможете потом запереть меня в башне крепче. Если нет, то я нужна там.

— Вы отравлены.

— Я не собираюсь держать камень руками.

— Там разлом.

— Что такое разлом?

Вместо ответа издалека донесся звук, от которого у меня похолодела спина.

Не рев. Не вой.

Скорее треск пространства, если бы пространство могло рваться как ткань.

За окнами вспыхнул синий свет. Потом тень.

Люди во дворе закричали.

Дамиан посмотрел на меня так, будто решал сразу десять задач, и я была самой неудобной из них.

— Держитесь за мной. Не приближайтесь к синему огню. Если я скажу лечь, ляжете. Если скажу бежать, бежите к Ильсану. Не спорите.

— Это шестое правило?

— Это единственное, которое сейчас важно.

Мы вышли в коридор почти бегом.

Я быстро поняла, что мое тело еще слишком слабое для скорости. После второго пролета лестницы дыхание сбилось, сердце стучало неровно, метка пульсировала. Дамиан заметил, но не остановил. Только замедлился ровно настолько, чтобы я не упала, и это почему-то разозлило сильнее, чем если бы он снова приказал вернуться.

На внутреннем дворе был хаос, но не беспорядок.

Стражи бежали к воротам. Маги в серых плащах вставали у защитных линий. Рабочих отгоняли от стены. У северного пролета воздух дрожал, и в этой дрожи открывалась темная щель, внутри которой двигалось что-то без формы.

Теневые твари.

Я поняла это не из знаний Элиры. Просто другое название сюда не подходило.

Они вытекали из разлома, похожие на сгустки дыма и когтей. Одна ударилась о защитную линию, вспыхнула синим, отпрянула, но тут же снова бросилась вперед.

Дамиан изменился на ходу.

Не полностью. Не в огромного дракона, которого я видела над башней. Но кожа на его руках засветилась золотыми линиями, глаза стали ярче, и за его спиной на миг проступила тень крыльев. Воздух вокруг него стал горячее.

— Второй контур! — приказал он. — Не давить на арку!

Маги начали перестраиваться, но один из них ошибся. Поставил линию ближе к слабому месту.

Я увидела, как защитный свет пошел по земле не туда.

— Стойте! — крикнула я. — Не туда! Вы давите на трещину!

Маг даже не повернулся.

Конечно. Кто будет слушать новую жену в темно-синем платье, которая вчера приехала полумертвая?

Тогда я схватила с земли небольшой камень и бросила ему под ноги. Не в него. Рядом.

Он дернулся и обернулся.

— Линию к водостоку! — крикнула я. — К водостоку, не к арке! Иначе она ляжет на людей!

— Леди, отойдите!

Дамиан зарычал что-то короткое на языке, которого я не знала. Маг побледнел и переставил линию.

В этот момент стена дрогнула.

Камень наверху треснул. Двое рабочих все еще были на лестнице под аркой. Один спускался, второй помогал ему, но они не успевали. Я увидела, как над ними сдвинулся блок.

— Там! — крикнула я.

Дамиан уже двигался.

Он не бежал как человек. Он рванулся вперед слишком быстро, почти смазанно, а золотой свет вокруг его руки ударил в воздух. Блок замер на мгновение, но не остановился. Слишком тяжелый.

Я оглянулась, схватила брошенный крюк с веревкой и кинула ближайшему стражнику.

— Тяни лестницу в сторону! Не людей, лестницу!

Стражник не сразу понял.

— Тяни! — рявкнула я так, что сама себя не узнала.

Он зацепил крюком край лестницы. Еще один подбежал на помощь. Лестница с рабочими дернулась вбок ровно в тот момент, когда каменный блок сорвался вниз.

Удар.

Пыль.

Крики.

Меня отшвырнуло волной воздуха. Я упала на колени, больно ударилась ладонями о камень, но сразу подняла голову.

Рабочие были живы.

Один лежал на земле, второй кашлял, но оба шевелились. Стражники оттаскивали их к стене.

Дамиан стоял между разломом и людьми. Золотые линии на его коже разгорелись ярче, из пальцев сорвалось пламя. Не обычное. Почти белое в сердцевине, с синим краем. Оно ударило по теневой твари, которая уже прорвалась через первый контур, и та рассыпалась черным пеплом.

Остальные отступили к щели.

Маги наконец замкнули полукруглый щит. Не красиво, не идеально, но правильно. Давление ушло в землю, а не в арку. Разлом дернулся, сжался и захлопнулся с таким звуком, будто кто-то резко закрыл огромную каменную дверь.

На дворе осталось только дыхание людей, пыль и потрескивание защитных линий.

Я сидела на коленях посреди всего этого и понимала, что платье испачкано, ладони содраны, а Миретта, если увидит, точно выполнит обещание насчет кровати.

Дамиан подошел ко мне.

Медленно.

Теперь уже без огня в руках, но с золотом в глазах.

Он остановился рядом, протянул руку.

Я посмотрела на нее.

Вчера эта рука сделала меня женой. Сегодня той же рукой он удерживал камень, чтобы два человека не умерли.

Я приняла помощь.

Он поднял меня легко, но не отпустил сразу.

— Вы ранены?

— Гордость сильнее ладоней.

— Это не ответ.

— Ладони. Колени. Ничего смертельного.

Он взглянул на мои руки, и его лицо стало совсем нехорошим.

— Я велел не приближаться к синему огню.

— Я не приближалась к огню. Я бросала камни в ваших магов.

Где-то сбоку Ильсан коротко рассмеялся и тут же сделал вид, что кашляет.

Дамиан даже не посмотрел на него.

— Вы понимаете, что могли погибнуть?

— Понимаю. А те двое точно бы погибли, если бы мы спорили дольше.

Он молчал.

Рабочих уже уводили к лекарям. Один из них, хромая, обернулся ко мне и неловко поклонился. Не придворно. Просто по-человечески. Второй, совсем молодой, тоже попытался, но его удержали стражи.

Я вдруг почувствовала, что у меня дрожат руки.

Не от страха во время опасности. После. Так всегда бывает: пока действуешь, тело слушается, а потом предъявляет счет.

Дамиан заметил и снял с меня шаль, чтобы стряхнуть пыль. Сделал это спокойно, без лишнего внимания, но вокруг все равно смотрели.

— Хватит, — сказала я тихо. — Я могу сама.

— Можете. Но сейчас будете стоять спокойно.

— Это приказ?

— Это попытка не дать вам упасть на глазах у всего двора.

Я хотела ответить резко, но сил не хватило. К тому же он снова был прав, что бесило сильнее всего.

Ильсан подошел с докладом:

— Разлом закрыт. Двое рабочих ранены, оба живы. Арка повреждена, но основной пролет удержали. Маг Риан просит передать, что леди была права насчет полукруга.

— Он сам не мог подойти и сказать? — спросила я.

Ильсан посмотрел куда-то за мое плечо.

— Сейчас он занят тем, что переосмысливает отношение к камням, брошенным в его сторону.

Дамиан, кажется, выдохнул чуть резче обычного. Почти смех, но не совсем.

Потом его лицо снова стало серьезным.

— Леди Рагнарис возвращается в башню. Миретту к ней сразу. Капитану — список всех, кто работал у северной стены последние семь дней. Магов второго контура ко мне через час. И найдите мастера, который решил, что трещина у арки косметическая.

Ильсан поклонился.

— Будет сделано.

Дамиан повернулся ко мне.

— Идем.

— Я хочу посмотреть трещину ближе.

— Нет.

— Лорд Рагнарис...

— Нет, — повторил он. — Вы уже увидели достаточно, чтобы спасти двоих людей и почти упасть от истощения. Остальное посмотрят мои мастера.

— Те самые, которые уже посмотрели?

Его взгляд стал острым.

Я не отступила.

Потому что вопрос был не о моем упрямстве. Если повреждение стены связано с тем, что я слышала в башне, с разломами и защитой, ждать нельзя.

Дамиан понял это. Я увидела по его лицу.

— Хорошо, — сказал он. — Один взгляд. Отсюда.

Он подвел меня к безопасному расстоянию, откуда была видна северная арка. Теперь, когда пыль осела, трещина открылась полностью. Она шла не просто по камню. Она пересекала тонкую синюю линию защитного контура, а в месте пересечения темнел тот же знак: спираль с чертой.