— Сладких снов, голубки! — провожает Стася, когда мы поднимаемся. Она слегка перебрала с вином, глаза блестят. На своего мужа смотрит с тоской, наверное, тоже хотела бы уйти с ним в ночь, но он увлечён и не обращает внимания на красноречивые взгляды. Семён, кажется, уснул, а Вика отчего-то грустно улыбается.

— Они хорошие, — говорю, когда заходим в домик.

— Угу, — кивает Руслан, разуваясь. Он тоже немного выпил лишнего, не до тоски — до задорного блеска в глазах. Обеими руками обнимает, мягко подталкивая к кровати.

— Интересные, — продолжаю, начиная расстёгивать молнию на его спортивной куртке.

— Очень, — выдыхает он, заставляя поднять руки, чтобы снять свитер.

— Иван — отличный рассказчик, — снимаю с него футболку, веду ладонями по горячей груди.

— Я сейчас начну ревновать, — приглушённо говорит Руслан, целуя в плечо.

— А ты знаешь, что Вика в тебя влюблена? — откидываюсь в его руках и прикрываю глаза.

— Семён тоже. Меня вообще сложно не любить, — говорит он между поцелуями. Зарываюсь в его волосы пальцами, заставляю посмотреть на себя.

— От скромности ты не умрёшь.

— Нет. Я надеюсь, что умру в глубокой старости в одной постели с тобой.

Руслан бережно подхватывает меня на руки и укладывает в постель. В тишине громко смеётся Иван, но мы совсем скоро забываем обо всём, кроме нас двоих.

Глава 4

Диана

Жара пришла внезапно. Просто упала на город, и тот превратился в раскалённую печку. Надеваю солнечные очки и выхожу из женской консультации, от спасительного кондиционера в самое пекло. До дома идти недолго, но с такой погодой у порога нашей квартиры я уже ощущаю себя растёкшимся желе. Скорее забраться под душ, а потом сделать холодный чай. Ещё и ноги иногда стали отекать, а лицо — расползаться. Иногда без слёз в зеркало на себя смотреть не могу. Руслан говорит, что я похожа на булочку с корицей, я отвечаю, что, скорее, на беляш.

— Что, Елисей? — спрашиваю тихо, заворачиваясь в полотенце. — Тебе тоже жарко? Нет, тебе, как раз, хорошо, температура всегда одинаковая. А вот мама задыхается от жары.

Руслан третьи сутки пропадает на работе, буквально безвылазно — один раз даже ночевать в участке остался. Они наконец вышли на банду воров, распутали практически всю цепочку, сейчас разрабатывают операцию по захвату одновременно с силовиками. Приходит домой и буквально падает, на нём лица нет. Понимаю — ему сейчас не до меня, но так хочется хотя бы поговорить! Глушу в себе раздражение, отращиваю дзен.

Наверное, это раздражение копится из-за обилия свободного времени. Сериалы надоели, из дома не выйти, я, как узник замка Иф, только без своего аббата за стенкой. Интернет советует сейчас запасаться силами, больше спать, потому что потом ребёнок займёт всё внимание. Но что делать, если в срок не наспишься, не наотдыхаешься?

Хватит ныть, муж на разрыв работает, а мне, видите ли, скучно. Сооружаю майонезный салат на скорую руку, складываю в контейнер тушёное мясо и овощи, из холодильника достаю бутылку холодного чёрного чая и вызываю такси. Если гора не идёт к Магомету…

Участок, в котором служит Руслан, находится во дворе жилого дома, прячется в густой зелени старых тополей. У входа стоит его машина, машинально думаю, что не мешало бы отвезти её на мойку.

— Скажите, где кабинет Дёмина? — спрашиваю у дежурного.

— Диана? Вот кого не ожидала тут увидеть! — восклицает Стася, подходя ко мне. В руках две пухлые папки, перевязанные потёртыми шнурками, волосы растрёпаны.

— Приехала мужа покормить, — с улыбкой показываю пакет с едой.

— Правильно. А то они тут скоро мхом зарастут. Моего вообще сейчас домой не вытащишь, там ему, видите ли, думать мешают.

У них с Иваном двое мальчишек по десять лет — вспоминаю.

— Знаешь, — вздыхает Стася, отводя глаза, — иногда я думаю, что мы давно стали чужими. Всё на себе тащу, зачем в таком случае мужик?

От её признания становится не по себе. Они ведь такими довольными друг другом выглядят! Неужели нас с Русланом тоже такое ждёт? Ну, нет.

— Ладно, пойду я своего кормить. Где его кабинет?

Перед дверью выдыхаю, тихо стучу, дожидаюсь разрешения войти, заглядываю. Сколько его кабинетов перевидала? Все одинаковые и неразличимо разные. Стол Руслана у окна, ещё три вдоль стен, все завалены папками и бумагами, мониторы компьютеров едва видны.

— Диана? — Руслан отрывается от компьютера, удивлённо смотрит на меня. Вика, стоящая рядом, тут же натягивает улыбку. Именно натягивает — видно, что ей почему-то неприятно меня видеть. Или это я просто себе от жары надумала, а девочка просто устала. Больше в кабинете никого нет.

— Не помешаю? — ставлю пакет на стол, едва найдя свободное место.

— Нет, — улыбается Руслан, сдвигая бумаги в одну кучу. — Ты была у врача сегодня?

Не забыл. Вся его забота проявляется в таких вот коротких вопросах, когда ты понимаешь — происходящее в твоей жизни ему по-настоящему важно.

— Была.

— Я пойду, — вклинивается Вика. Не глядя на неё, Руслан кивает.

— Семён и Иваныч пошли за бургерами, — поясняет, когда мы остаёмся одни.

— Лучше домашнее поешь, а то так и до язвы недалеко.

Пока он ест, смотрю на него, уставшего, осунувшегося. Скорее бы это всё кончилось. Он взял отпуск на первый месяц после родов, ещё почти три месяца в таком темпе ишачить. Провожу по его волосам, вздыхаю.

— Ты хоть искупаться приедь.

— Приеду, — хмыкает Руслан с набитым ртом. Хитро смотрит: — Вообще-то я сегодня собирался уйти пораньше. Надо выспаться перед завтрашним днём.

— Завтра день икс? — спрашиваю серьёзно. Он так же серьёзно кивает. Подробности обязательно расскажет, когда всё закончится, всегда так делает, а пока не будет лишний раз волновать.

— Стася завтра позвала посидеть вдвоём. Договорилась со свекровью, что она с детьми побудет. Ты не против?

— Почему я должен быть против? Ты и так одна постоянно, хоть развеешься. А когда мы закроем дело, возьму три выходных, поедем в Питер. Или в Выборг. Или вообще никуда не поедем, будем лежать под кондиционером целыми днями.

— Последнее предложение звучит как план, — треплю его волосы. — Не хочу никуда ехать, только лежать рядом с тобой.

— Значит, договорились. — Руслан отставляет в сторону пустой контейнер, допивает чай и тянет меня на себя. Удобно устраиваюсь на его коленях, кладу голову на плечо.

— Я сейчас Стасю видела, — бормочу в его шею. От кожи слабо пахнет потом, так и дышала бы этим запахом. — У них проблемы с Иваном, или мне показалось?

— Не знаю, он не говорил, — его широкие ладони неторопливо блуждают по спине. — Не все такие терпеливые, как ты.

— Подхалим, — поднимаю голову.

— Какой есть, — кивает он, целуя.

— Упс, мы, кажется, не вовремя! — восклицает Иван, входя в кабинет. За ним Семён, за его спиной маячит Вика, запах фаст-фуда вызывает волну протеста в желудке. Со времени беременности не съела ни одного кусочка картошки-фри — тошнит.

— Я лучше пойду, — слезаю с коленей Руслана, он тут же поднимается.

— Я провожу.

— Ах, молодость! — закатывает глаза Иван.

— У нас всего пять лет разницы, — хмыкает Руслан. Кладёт руку мне на спину, подталкивая к выходу.

— Это целая пропасть! Вот, скажи, Викусь, в твои двадцать пять я не кажусь тебе глубоким стариком?

Ответ мы уже не слышим — выходим в коридор.

— Вике двадцать пять? Я думала, меньше.

— Меньше, наверное, — равнодушно пожимает плечами Руслан. — Они с Семёном только в прошлом году Академию закончили.

— Мы познакомились, когда мне было двадцать пять.

— Как вчера было. Ты в зелёном платье с подсолнухами в руках и пьяной улыбкой.

— Эй, вообще-то это был мой день рождения! — толкаю его в плечо. Руслан добродушно усмехается, открывая передо мной дверь. На улице моментально накатывает духота, даже дышать тяжело.

— Это была самая очаровательная улыбка, которую я видел, — продолжает он, выключая сигнализацию на машине.