— Почти приехали.

Задираю голову — перед нами самое сердце столицы, несколько башен, подпирающих небо. Заезжаем на подземную парковку, в глазах рябит от машин, стоимость которых даже не пытаюсь оценить. Никогда не мечтала стать Золушкой и в будущем не планирую. Но одним глазком заглянуть можно.

— На каком этаже ты живёшь? — спрашиваю, когда мы входим в лифт.

— На сорок третьем. Не боишься высоты?

— Не боюсь.

Всё так, как я и представляла — огромный холл, уходящая на второй этаж лестница, дизайнерский ремонт. Ещё бы я в этом что-то понимала… А так не могу особо оценить. Да, красиво, да, дорого и стильно. Но никакого особенного трепета не вызывает. Но вид, открывающийся из панорамных, до пола, окон, завораживает. И кончики пальцев невольно поджимаются, когда подхожу и смотрю вниз. Пока долетишь, успеешь умереть от страха.

— Нравится? — Лев становится за спиной, кладёт руки на плечи.

— Очень, — признаюсь честно.

— Я эту квартиру именно из-за вида выбрал.

— Купил? — невольно задерживаю дыхание. До сих пор не знаю, сколько на самом деле он зарабатывает, и не хочу знать.

— Нет, конечно, — бархатисто смеётся. — Это апартаменты, тут только аренда. В ипотеку брать невыгодно, а такой суммы наличными у меня нет и не предвидится. Но, если тебе интересно, у меня есть дом в Подмосковье. В следующий раз можем поехать туда. Вокруг снежный лес, красиво.

— Ты хочешь заполнить собой все мои выходные? — поворачиваюсь к нему. Уже снял пальто, в то время как я до сих пор в куртке. Тёмно-серый свитер плотной вязки очень идёт его глазам, оттеняет.

— Я хочу заполнить тебя собой, — выдыхает Лев, целуя.

Меня смущает его предельная откровенность и вместе с тем возбуждает. Он помогает снять куртку, показывает, где ванная. И что мне делать? После душа надеть бельё, а сверху домашний комплект? Нелепо. Выйти в одном белье? Ну, какая из меня искусительница? Замотаться в полотенце? Считывая моё замешательство, Лев говорит:

— Я дам тебе халат.

Душ тут такой, что я сходу не понимаю, как им пользоваться. Как будто в кабину пилота попала. Не сразу разбираюсь, зато потом наслаждаюсь настоящими тропиками. Халат нахожу на полке, рядом — несколько полотенец. С сомнением смотрю на пакет с бельём. А оно вообще мне понадобится? Как-нибудь в другой раз.

Лев ждёт меня в холле, тоже в халате. Кто бы сомневался, что тут несколько ванных комнат.

— Идём, камин покажу, — говорит, протягивая руку.

— Настоящий? — распахиваю глаза.

— Нет, конечно. Кто бы позволил тут топить? Так, для атмосферы. Настоящий у меня в доме есть.

Пальцы переплетаются. Он проводит меня в большую комнату, которая сперва кажется холодной, но из-за искусственного пламени камина тут же становится уютной. Свет приглушён, только два низких светильника горят у дивана. Стол накрыт на двоих, даже свечи стоят.

— Так ты меня ждал? — приподнимаю бровь. — Был уверен, что соглашусь?

— Ну, — он смущённо улыбается, — надежда умирает последней. Надеюсь, ты голодная.

— Очень, — выдыхаю, понимая, что прямо сейчас никто на меня не набросится. Открытие приносит облегчение — как только вышла из ванной, не покидала нервная дрожь.

За ужином, как ни странно, завязывается лёгкий разговор, напряжение покинуло обоих. Мы едим, сидя прямо на полу, на подушках от дивана, тихо смеёмся. Но к концу ужина взгляды начинают сталкиваться чаще, паузы становятся длиннее.

Отставив бокал с вином, Лев говорит:

— Иди ко мне.

Какая у него горячая кожа! Глажу грудь, отвечая на поцелуи, и сама не понимаю, как оказываюсь на спине. Ладонь поднимается по моей ноге от колена вверх, его возбуждение более чем очевидно — упирается в мой живот.

— Какая же ты сладкая, — шепчет он, сбито дыша. Мы снова ныряем в поцелуи, халаты давно сброшены в сторону. Лев задыхается, глядя на меня. Медленно ведёт по талии, касается груди почти невесомо, чтобы тут же сжать, облизнуть сосок.

Прикосновения приятные, даже очень, только непривычные. Закрываю глаза, зарываюсь в его волосы, отдаюсь ощущениям и приказываю себе не думать, не сравнивать, а просто наслаждаться моментом. Лев исследует моё тело: гладит, целует, облизывает, и постепенно я прогреваюсь до предела. Нетерпеливо раздвигаю ноги, трусь о него, забыв обо всём. Открываю глаза, когда он достаёт из кармана халата презерватив, вспыхиваю бенгальским огнём, чувствуя внутри. Обжигающе хорошо от каждого движения, но кончить не получается. Я, конечно, на чудо не рассчитывала, ведь секс был превосходным, но притворяться не умею.

Лев смотрит на меня, убирает волосы за уши, крепко обнимает одной рукой. До сих пор дрожит, до сих пор внутри.

— Не оправдал твоих ожиданий? — спрашивает серьёзно.

— Оправдал. Мне всё очень понравилось.

Несколько мгновений он размышляет, словно прикидывает: вру-не вру. Потом расслабленно улыбается.

— Спасибо.

— За что?

— За честность. По самолюбию бьёт сильнее, когда имитируют, причём, фальшиво. Но мы с тобой ещё сыграем одну мелодию на двоих.

— Обязательно.

Глава 22

Диана

Лев ушёл в душ, а я так и осталась сидеть на полу, посреди разворошённых подушек. Странное состояние. Вроде бы не сделала ничего плохого, но муторно на душе. Секс был хорош, правда, только никакого внутреннего удовлетворения нет. Поспешила? Однозначно. Жалею? Скорее нет, чем да. Заворачиваюсь, наконец, в халат, отщипываю виноградину из вазы с фруктами на столе, сладко потягиваюсь. Всё-таки хорошо. Падает снег за окном, потрескивает искусственное пламя в камине, я смотрю в окно и думаю, как сильно и резко поменялась жизнь. И продолжает меняться. Важный шаг, который сделала сегодня, раздрай на душе, ощущение чужого присутствия за спиной — ворох эмоций.

— Хочешь, проведу экскурсию по дому? — Лев неслышно останавливается за спиной, целует в шею. Запах морской свежести заполняет пространство.

— Хочу, — поворачиваю к нему голову. Мокрые волосы блестят, халат небрежно запахнут на груди, на губах играет лёгкая улыбка.

— Была когда-нибудь в таких квартирах? — спрашивает он, беря за руку и ведя к лестнице, уходящей наверх.

— Нет. Хотел впечатлить? Получилось.

Я уже успела понять, что Лев из тех мужчин, которые любят поражать и восхищать. Ищет следы восторга на лице, а я просто осматриваюсь. Почти не видно личных вещей, нет фотографий, каких-то мелочей, способных больше о нём рассказать.

— Давно тут живёшь? — вхожу в спальню. Тут тоже ничего лишнего, даже тумбочки у кровати пустые.

— Два года. — Он вдруг крепко обнимает и утыкается носом в затылок. — Знаешь, — тянет задумчиво, — если бы не необходимость постоянно быть в городе и на подхвате, жил бы на даче. Там мой настоящий дом. А тут… считай, тоже служебная квартира, только побольше, чем у тебя.

— Да уж, совсем немного побольше, — хмыкаю в ответ на сравнение.

— Этому месту не хватает женской руки, — продолжает он тихо. — Я в основном тут только ночую.

— Но у тебя же наверняка есть домработница, — поворачиваюсь.

— Ты знаешь, что я не это имею в виду, — Лев смотрит серьёзно.

— Ты слишком спешишь, — отвечаю, глядя в глаза.

— Может, потому что боюсь тебя упустить?

— Это ведь не признание, правда? — слабо улыбаюсь. Пора или нет рассказать настоящую причину моего расставания с мужем? Ведь я до сих пор не была с ним до конца откровенна и вовсе не так идеальна, как он себе представляет. Скелеты в моём шкафу могут оттолкнуть.

— Пока нет. Но ты продолжаешь покорять и удивлять с каждой новой встречей, даже не прикладывая особых усилий.

— Наверное, потому что с самого начала не думала о том, как тебя завоевать.

— И в этом твоя уникальность, — он ведёт костяшками пальцев по щеке. — Я столько лет был окружён хищницами, что до сих пор не верю в существование чудес. Ты — настоящее чудо.

— Ты меня смущаешь.

— Прости. С тобой хочется быть честным.