— Страховка, говорите, — делаю пометку в блокноте. — Мне нужны координаты вашего страхового агента. И ещё, — делаю паузу, — сертификаты на драгоценные камни. На каждое пропавшее изделие.

— Вам всё передадут, — скучающе тянет Лев и демонстративно смотрит на часы.

— Это не всё, — продолжаю спокойно. — Я бы хотел получить сертификаты на всю продукцию вашей сети.

— Зачем? — он приподнимает бровь.

— Надо проверить кое-что, — отвечаю уклончиво. — Это детали следствия, не могу их разглашать.

— У меня ограбили только один салон. Не понимаю, зачем вам документация по всей сети.

Кажется, я что-то нащупал — он пытается показать, что не нервничает, но судорожно дёрнувшийся кадык выдаёт. Хотя Лев моментально подбирается, улыбается небрежно, разводит руками.

— Если это так необходимо, всё будет у вас не столе. Только, — он подаётся вперёд, — по отдельному запросу, конечно же.

Смогу ли я получить этот запрос? Только если предоставлю майору доказательства, что это необходимо. Иначе адвокат этого утырка не только меня — весь отдел по камушку разнесёт. Но интуиция редко меня подводит, я чувствую, что золотой лом и пропавшие камни, а также вереница краж простеньких ювелирок — звенья одной цепи. Может ли быть так, что сеть Льва отмывает украденное? Или он просто скупает по дешёвке товар, чтобы выдавать за элитку? Но едва ли его клиенты не разбираются в камнях…

— Будет вам запрос, — бросаю, откидываясь на спинку стула. Пристально рассматриваю, невольно гадая, когда он в последний раз видел Диану. Когда с ней спал.

— Вот и славно, — довольно улыбается Лев. — Я могу идти?

— Пока — да, — киваю.

— Что, даже руку не пожмёшь? — спрашивает он насмешливо.

— А должен? — склоняю голову набок. Да, сейчас ты чувствуешь себя победителем, но если я прав… Или же веду себя, как ревнивый мальчишка, и вижу то, чего нет, просто потому что хочу видеть?

— Если тебе интересно, у Дианы всё хорошо.

— Меня это не касается, — отвечаю холодно. С такой лёгкостью о ней говорит! Больно слышать.

— Правильно, потому что теперь она касается только меня.

Вывести пытается. Почти получилось, держусь, чтобы не схватить за грудки и не вмазать. За что только?

— Вы свободны, Лев Анатольевич. Я свяжусь с вами, когда появятся новые зацепки.

Он уходит, и сжатая пружина внутри с силой разжимается. Чувствую себя размазанным по асфальту, одного снисходительного взгляда хватило, чтобы напомнить, какой я, на самом деле, неудачник. И кого потерял. Открываю ящик стола, смотрю на фотографию, комок дрожит в горле.

— Это не потому что ты выбрала его, — шепчу, глядя ей в глаза. Только бы не решила, что таким образом собираюсь ей мстить. Нет. Наоборот, буду рад, если все подозрения окажутся ложными. Пусть только она будет счастлива.

Глава 25

Лев

Нет, я, конечно, всегда знал, что Москва — большая деревня, но, чтобы настолько… Ни разу не спрашивал у Дианы, кем работает её бывший. Сказать, что в шоке — ничего не сказать. Стоит ли рассчитывать на его непредвзятость? Скорее нет, чем да. В его глазах хорошего для себя не увидел, впрочем, сам такой — не собираюсь делать вид, что мне всё равно. После того, что рассказала Диана, взглянул на него иначе. Их связывает не только несколько лет брака, но и не родившийся ребёнок. Как представлю, мурашки по коже, неприятные такие.

За то, что он начнёт копать слишком глубоко, не переживаю. У меня достаточно подвязок, чтобы сбить эту птицу на подлёте. Да ему даже допуск не дадут, пусть расследует кражу, а внутрь не лезет. Нечего ему там делать. А ведь это всё Улька, будь она неладна! Зачем повёлся на уговоры, ведь и так у салонов дела хорошо шли, отлично даже. Но она убедила, что камни, которые могут поставить её друзья, чистые, только без документов. Где был мой мозг, когда соглашался⁈ Понял, что с ними что-то не то при первом же взгляде, но отказываться было поздно. Не знаю, откуда у Ульки появился выход на таких людей, но им лучше не перечить.

Два года всё отлично было — я продаю через свою сеть, по факту отмывая деньги, о происхождении которых лучше не задумываться. А взамен получаю неплохой откат, и все довольны. Денег много не бывает, а к хорошему быстро привыкаешь. Я, конечно, не надеялся, что это будет длиться вечно, но, видимо, стоит встретиться с парой человек и намекнуть, что лавочку пора сворачивать…

На часах два, время обеда, еду к Диане, даже не задумываясь, почему и зачем. Просто чтобы её увидеть. Как она отреагирует, когда узнает новости?..

— Я тебя сегодня не ждала, — говорит, когда садится в машину. У нас час на перекусить где-нибудь поблизости, хотя лучше бы забрал её к себе, отвлёкся, забылся.

— Утром у следователя был, — отвечаю, глядя на неё. — Представляешь, им оказался твой бывший муж.

— Руслан⁈ — Диана распахивает глаза. Почти сразу улыбается: — Тогда тебе повезло, он — хороший следователь с почти сто процентной раскрываемостью, значит, скоро найдут твоих воров.

Да уж, не это я хотел услышать…

— Как забавно сложилось, что вы с ним пересеклись, — задумчиво тянет Диана. Мыслями точно к нему улетела, по глазам вижу. Ну, уж нет. Никакого третьего лишнего между нами быть не может, поэтому кладу ладонь на её затылок и тяну к себе, чтобы поцеловать и отвлечь.

Следующую ночь проводим у Дианы, хоть мне и не сильно нравится её квартира — тесновато для двоих. И кровать узкая. Хотел бы снять ей больше, но ведь не согласится. До сих пор с трудом подарки принимает. Недавно подвеску подарил, теперь представляю, как придётся уговаривать взять серьги и кольцо к ней. Подозреваю, даже такой повод, как Восьмое марта, не станет решающим аргументом… Хотя понятно, откуда растут ноги у этой скромности — много она видела от мужа с его нищенской зарплатой?

Диана сонно бормочет что-то, прижимаясь к моему боку, а у меня его лицо перед глазами. Что только в нём нашла? Видимо, много чего, раз столько лет вместе прожили. Почему я думал, что они были вместе от силы год? Нечто, слишком похожее на ревность, неприятно скребётся в груди, прямо за рёбрами. Нежно целую макушку, прижимаю с себе одной рукой — моя, никому не отдам!

Руслан умеет удивлять — звонит с утра и говорит, что достал разрешение на просмотр документов на камни. Что б его! Придётся задействовать связи посерьёзнее, чем считал в поначалу. Договариваемся о встрече в одном из салонов, не в том, который ограбили — на этом Руслан сделал особый упор. Надеется поймать на лжи или подлоге? Если бы всё было так просто, мою сеть давно бы федералы прикрыли, а тут какой-то следователь. Это даже смешно.

Смотрю на него снисходительно — какая-то дутая куртка, растянутый свитер, из-под него выглядывает воротничок голубой рубашки. И джинсы невнятные. Хоть ботинки догадался начистить. Жалкое зрелище. И рука, когда пожимаю, сухая и грубая.

— Спасибо, что не стали чинить препятствий следствию, — говорит спокойно.

— Чай, кофе? — спрашиваю и смотрю на помощницу. Мы расположились в моём кабинете, пока Руслан снимает куртку и садится на диван, не спускаю с него глаза. Рассматриваю, не упуская деталей: высокий, в хорошей форме, подбородок гладко выбрит — небось, каждое утро набривается. А вот волосы точно не знают, что такое хороший барбершоп. И снова на задворках сознания мысли о них с Дианой. Как она наглаживала ему рубашки, зарывалась в эти волосы пальцами, целовала заветренные губы…

— Я бы не хотел отнимать у вас слишком много времени, — начинает Руслан, доставая блокнот. Серьёзно, блокнот⁈ Кто-то ими сейчас пользуется, когда есть планшеты и смартфоны с приложениями для заметок? Смешно.

— Не волнуйтесь, у меня его полно. В отличие от вас, график свободный, могу себе позволить потратить лишние полчаса-час на светскую беседу.

— У нас не светская беседа, — замечает он прохладно. Надо же, решил зубы показать? Так я тоже умею.

— Да уж, не скажу, что эта встреча из тех, которые можно назвать приятными, — натягиваю улыбку. — Кстати, Диана очень удивилась, узнав, что вы ведёте моё дело. Она вас даже похвалила.