— Кто в здравом уме откажется от такого приглашения? — отвечаю хрипло и нехотя отпускаю. Идя к двери, она несколько раз оборачивается, и каждый раз сердце пропускает удар. Хочется кричать от восторга, чтобы все вокруг слышали, как я сейчас счастлив.

Диана

Наше сближение с Русланом неотвратимо, понимаю это и оттягиваю его, чтобы продлить это чувство эйфории и томительного ожидания. Я будто заново влюбляюсь, снова открывая для себя человека. Трепет при встрече, его улыбки, голос, тепло, нарастающее в груди — я погружаюсь в эти чувства, как в облако, пушистое и мягкое. Пусть впереди Восьмое марта, женский день, хочу устроить для нас романтический ужин, даже если придётся полдня стоять у плиты.

Седьмого марта наш магазин утопает в живых цветах. Постоянные клиенты заходят за подарками для своих женщин и неизменно оставляют нам букеты. Когда курьер приносит большую корзину роз и называет моё имя, сразу понимаю, от кого. Лев больше не показывался, и я надеялась, что понял — мы окончательно расстались. Зачем эти красивые жесты?

Равнодушно открываю карточку, приподнимаю бровь — цветы от Ульяны. «На счастье. У.» Желание выбросить корзину такое сильное, что я с силой стискиваю плетёную ручку, представляя, как прямо сейчас отнесу её на мусорку. Но Алина восхищённо выдыхает:

— Какая красотища!

— Нравится? Забирай, — протягиваю ей цветы.

— Что, от бывшего? — понятливо хмыкает она.

— Можно и так сказать.

Дома распустились тюльпаны, и никаких других цветов мне не надо. День укороченный, Камилла, весь день порхавшая по магазину бабочкой, предлагает немного посидеть, отметить праздник. Утром приезжал Марк, они опять помирились, и улыбка весь день не уходит с её лица.

— За нас, девочки! — Камилла поднимает бокал. — Пусть мы все будем счастливы!

Я уже счастлива. Когда готовлю вкусняшки, которые не готовила очень давно, накрываю стол и надеваю новое платье. Когда вижу Руслана на пороге, робкого, с букетом ярко-жёлтой мимозы. Кожей ощущаю его взгляд, скользящий по лицу.

— С праздником.

Он протягивает цветы, зарываюсь в них носом. Меня вдруг тоже охватывает смущение и, пока он раздевается, убегаю на кухню, пытаюсь унять волнение. Но оно вспыхивает, как только Руслан останавливается за спиной и кладёт руки на талию. Утыкается носом в волосы, касается губами шеи.

— Не думай, что я сдамся так просто, — шепчу, а руки дрожат.

— Даже не надеюсь, — низко тянет он, оставляя ещё один поцелуй.

Этой ночью всё, как в первый раз: нетерпеливые касания, сменяющиеся неторопливой лаской, вкус губ, тяжесть его тела, тихие стоны. А потом — молчание и всепоглощающая нежность.

Мы не спешим съезжаться, но встречи становятся чаще. Каждый раз, просыпаясь в объятиях Руслана, понимаю, что не хочу его отпускать. Вижу схожую тоску в его глазах, но боюсь, что всё испортим, эти страхи проговариваю с психологом, которого посоветовала Камилла. Женщина приятная, чуткая, и постепенно я раскрываюсь перед ней. На одном из приёмов срываюсь, плачу над потерянным малышом и окончательно отпускаю все обиды на Руслана и судьбу. Так случилось, это жизнь, в которой ничего нельзя предсказать.

— Переезжай ко мне, — просит Руслан в один из вечеров. Лето постепенно приближается, окна открыты, занавески слабо колышутся. Поцеловав в плечо, Руслан трётся носом о висок. — Хватит нам бегать туда-сюда.

— Хватит, — соглашаюсь без тени сомнения.

Три года спустя

Март звенит капелью, морозы наконец отступают. Обещала встретить Руслана после работы, неторопливо качу коляску по парковой дорожке. Машуля крепко спит, набегалась, пока гуляли на детской площадке. Нашему солнышку скоро исполнится два года, предвкушаю праздник, который она, конечно, не запомнит, но зато запомним мы.

Руслан перевёлся в Реутов, небольшой городок, который, хоть и считается Москвой, но сильно отличается от неё по темпу жизни. Мне нравится, правда, уходить от девочек было жалко, но я бы всё равно ушла в декрет, так что… Ни о чём не жалею, когда Машуля подрастёт и пойдёт в садик, устроюсь на работу, пока наслаждаюсь материнством.

Казалось, счастья больше не бывает, но с рождением дочки оно затопило нас до предела и постоянно выплёскивается нежностью и любовью. Мы расписались за месяц до её появления под понимающую улыбку работницы ЗАГСа, которая конечно же видела предыдущие штампы о браке и разводе.

Выйдя из отдела, Руслан тут же замечает нас, подходит, первым делом склоняется над коляской. Не устану умиляться от того, как он относится к дочке. Она уже из него верёвки вьёт, а дальше будет больше.

— Какой она ангелок, когда спит. — Руслан целует меня и забирает коляску.

— Зато бесёнок, когда бодрствует, — беззлобно ворчу.

Солнце уже село, мы неторопливо идём по парку. Я не знаю, что ждёт нас завтра, но точно знаю, что сейчас я абсолютно счастлива.

Конец