- Идите, ночуете вдвоем, - даже усмехается, нарочито бодро, но я знаю, ему сложно оставлять меня с Миром.
Обняв мужа и поцеловав в губы, я быстро схватила вещи, в том числе и форму на завтра, зарядку для телефона, помахала усмехнувшемуся Стасу и схватив Мира за руку, быстро поспешила на выход.
Сердце колотилось как бешеное, ведь мне еще не приходилось ночевать с Миром лишь вдвоем.
И теперь, меня волновало главное. Случится ли что-то между нами или нет.
Муж пропускает меня в свою комнату и я осматриваюсь. Схожая с нами обстановка, даже большая кровать имеется, подозреваю, ему отдали тоже семейную комнату.
Муж спокойно опускает свой телефон на комод, подходит, от чего внутри все замирает в волнении и забирает из моих рук сперва одежду, вешая ее в собственный шкаф, а затем и зарядку вместе с телефоном.
Хмурится, действительно обнаружив полностью разряженный телефон, но ничего не говоря мне, ставит на заряжаться.
- Хочешь что-нибудь? – спрашивает мягко муж, пока я рассматриваю, как смягчаются черты лица.
- Нет, спасибо, - улыбаюсь, стискивая пальцы. Не думала, что это так волнительно, прийти, можно сказать домой к собственному парню. Пусть он уже и муж. Но обычно, наедине мы бывали когда Дан куда-то уезжал днем или утром, или когда уходил в душ. А тут…
- А ты хоть ужинал? – спрашиваю несколько взволнованно.
- Да, только вернулся из столовой, - произносит Мир спокойно, подходя ко мне вплотную и рассматривая мое лицо.
- И какие мысли бродят в твоей голове, Ксюш? – хмурится.
Морщусь немного. Мне неловко за них и я даже почти вру, но одергиваю себя.
- Пытаюсь понять, случится ли между нами сегодня что-то или нет, - произношу тихо.
Муж игриво вздергивает бровь и чуть склоняет голову в бок.
- Это зависит от нашего обоюдного желания, но никто из нас не может его предугадать сейчас. Я тебя позвал к себе, чтобы дать возможность Давиану отвлечь Стаса, так как ему это нужно, а не для того, чтобы найти повод остаться с тобой наедине, хотя последнее и весьма радует меня.
Улыбаюсь, облизав губы и качнувшись, утыкаюсь в грудь мужа. От него пахнет так приятно.
- Меня тоже. Но мыслей в голове целый рой и они все упорно сводятся к тому, что могло бы случиться между нами, - признаюсь, краснея.
Но тем не менее, как оказалось, мне уже намного легче признаваться ему в этом. Видимо то, что мы сдвинули барьеры и я перестала мучиться вопросом, а что чувствует он, помогло.
Поднимаю голову и тут же тянусь к губам, что сейчас так близко.
Мир не медлит, тут же отвечая мне, и вот уже наши языки сплетаются воедино. Внутри все начинает гореть, пульсировать и это сперва пугает. Потому что я не думала, что после этого поцелуя тело охватит желанием.
Но я не отстраняюсь, я напротив, сильнее прижимаюсь к мужу, глажу его сквозь ткань футболки, в которой он был и это распаляет. Кажется, не только меня. Потому что руки Мира теперь не просто удерживают меня за талию, они тоже неспешно скользят по моему телу, посылая табуны мурашек по коже, что то и дело покрывается гусиной кожей.
И именно сейчас я осознаю, я не буду останавливаться. Я давно хотела, чтобы это случилось, но было слишком много барьеров. Сейчас же, я не ощущаю ни одного их них. Чувствую себя комфортно, хотя некоторая робость и присутствует.
Опускаю ладони вниз, очерчивая подушечками пальцев мышцы живота. Я никогда так откровенно не гладила его. Только когда обнимала, могла мимолетно опустить руку. И сейчас, мне безумно нравились эти ощущения, особенно, когда я запустила ладони под плотную ткань, столкнувшись с голой кожей, покрытой немного волосками в районе пупка и ниже.
Мышцы живота под моими пальцами тут же напряглись, а я чувствовала лишь эйфорию и разгорающийся огонь внутри.
Но вопреки желанию, Мир неожиданно разрывает поцелуй. Осоловело и непонимающе концентрируюсь на его лицо. Хмуром лице и серых глазах, в которых затаилось желание. Такое же сильное, как и мое. Муж бережно приподнимает мою голову за подбородок, поглаживая большим пальцем линию челюсти, как делал за последние дни довольно часто, и всматривается, будто ища ответ на вопрос.
- Это не потому, что мы наконец остались вдвоем. Я правда, хочу, - произношу почти шепотом, не отводя взгляда.
Муж тяжело дышит, и еще несколько секунд рассматривает, а потом, обрушивает на мои губы такой поцелуй, от которого в моей голове не остается ничего, кроме дикого желания.
Его ладони держат мое лицо, а губы зацеловывают мои, постепенно смещаясь вниз, вместе с ладонями, что теперь, уверенно скользнув к пояснице, задирают мою футболку, оголяя кожу, что тут же покрывается еще большими мурашками, но уже от прохладного воздуха.
Мир замечает это, и прижимает меня к себе ближе, уже даже не лаская, я растирая кожу спины большими теплыми ладонями, посылая тепло.
Его губы вновь находят мои, но сейчас, он целует уже более медленно, словно смакуя, но и от этого поцелуя у меня голова идет кругом и поэтому, я сильнее вцепляюсь пальцами в ткань футболки на груди мужа.
Я тоже хочу снять ее, хочу чувствовать его голой кожей, ведь муж никогда не переодевался при мне и максимум, что я видела, это обтянутые боксерами бедра, голые ноги и торс, который обегала майка.
И сейчас, я с волнением и одновременно, с удовольствием, потянула ткань вверх, стягивая через голову и откидывая в сторону, к моей футболке, что Мир легко и уверенно уже снял с меня.
На миг я замираю, рассматривая мужа. Его грудь с бледной кожей покрывает легкая поросль волос, ниже чистая кожа, под которой местами светятся вены, очертания пары кубиков мышц пресса, ярко выделенная талия, плоский живот и дорожка волос, идущая от пупка вниз, под джинсы.
Закусив губу, я рассматривала собственного мужа с видом ценителя, получившего в свои руки желанное. Мои ладони неспешно очерчивали траекторию по его плечам, вниз, вверх, а потом, скользнули по мужской груди и вниз, цепляясь пальцами за пряжку ремня.
Раздается мелодичный «дзынь» и ремень повисает на шлевках. Муж не препятствует, лишь в ответ так же неспешно поглаживает меня по спине, иногда склоняясь и оставляя ленивый поцелуй то на щеке, то на скуле, то на шее.
Расстегиваю джинсы и запускаю руки под них, скользя по бедрам, по ткани боксеров и когда руки проскальзываю по левой стороне бедра, я с удивлением обнаруживаю под тканью неровность. Твердую, бугристую. Старюсь не показывать заминки, но чувствую, как напрягается Мир.
- Можешь смотреть и спрашивать, Ксюш, - звучит над головой с выдохом.
Задираю голову, сталкиваясь с несколько напряженным взглядом. Хмурюсь и опустив взгляд, стягиваю частично с бедер джинсы, а следом и боксеры, оголяя широкий, частично неровный, довольно плотный шрам, идущий от кромки трусов почти на 10 сантиметров вниз. По сути, он полностью скрывается бельем и наверное, поэтому я ни разу его не заметила. Даже стеснение отходит на второй план, пока я вожу пальцами по этой неожиданно открывшейся детали. Пытаюсь понять, откуда он. Ведь такое ощущение, что ему в бедро вогнали что-то, а может быть, это был перелом.
Поднимаю вопросительный взгляд.
- Это после аварии?
- Да. Вспороло покореженным металлом от двери, - произносит сухо, но тем не мене, ласково поглаживая мое лицо пальцами.
Тело тут же омывает холодной волной и я даже вздрагиваю, понимая, что Мир напрягся.
И поэтому, я тут же тянусь к его губам, целуя отчаянно, вкладывая все свои чувства, все, что он для меня значит. Ласкаю его тело ладонями. Свободно, не стесняясь. Потому что это он со мной рядом. Настоящий, переживший многое и с не меньшим комплектом комплексов и травм, рядом с которыми все мои стеснения и ужимки сущая ерунда. Потому что вот он, легко открывается мне, честно говорит и искренне желает.
Тяну мужа за шею, прижимая ближе, целуя глубоко, жадно и муж отвечает тем же. Его руки уже не скромничают, ласкают грудь, цепляют бедра, а горячий язык касается обнаженных ключиц.
