- Да, идем?

- Пошли, сейчас быстро согреемся, - произносит муж и ведет меня в сторону академии.

Ректор лишь качает головой, поглядывая на меня неодобрительно и мне не по себе от этого взгляда.

- Я дам вам обоим освобождение от оставшихся сегодня занятий, - произносит хмуро ректор, тем не мене не ругая меня, - постарайтесь быстрее согреться и не заболеть.

- Спасибо, - произношу громко, перекрикивая шум дождя, он стал чуть тише, но ветер все равно достаточно сильный, - извините.

Ректор лишь хмыкает и идет вперед.

Мне неловко и я опускаю голову, смотря, как мои ноги в размякших балетках хлюпают по лужам.

И видимо поэтому, я не успеваю ничего заметить, когда Дан резко дергает меня в бок так, что падаю на колени и больно счесываю ладони.

- В сторону!! – это последнее, что я услышала, потому что следом, обернувшись, я с ужасом замерла, а уже через секунду кинулась к Дану, что лежал на земле в полубессознательном состоянии. Рядом с ним валялась внушительная ветка с обломанной стороной.

- Давиан! – к нам подскакивает ректор, и тут же начинает ощупывать голову Дана.

Муж мычит что-то, его глаза закрыты, но сам он жмурится.

- Черт! – шепчет ректор, - Ксения бегом в академию и вызывайте скорую!! – рыкает он мне и я перепуганная несусь куда сказали, а у самой все внутри умирает от страха.

Влетев в академию, трижды поскользнувшись в мокрой обуви, я хватаю за руки первого встретившегося студента.

- Телефон, быстро! Нужна скорая! – тараторю в панике сквозь слезы, чем явно пугаю студента.

И тем не менее, он быстро ориентируется, выуживает телефон, ведь свой я предусмотрительно оставила в комнате, вместе с сумкой, и набирает номер скорой. Меня же бегом ведет в сторону медицинского кабинета.

По пути попадаются еще студенты, ведь сейчас закончилась пара и даже преподаватели, которые увидев меня, выслушав сбивчивые объяснения, уже берут все в свои руки.

Я рвусь обратно к Дану, но меня удерживают, что-то говоря о том, что я сама в шоке и мне нужна помощь. Но я не слушаюсь, потому что меня затапливает паника. Особенно, когда слышу звуки мачков скорой помощи.

В какой-то момент, я попадаю в руки к Майну. Слышу его строгий голос и четкие команды и кажется, прихожу в себя.

- Ксения, смотрите на меня, - произносит Кощей, по-моему, не в первый раз и я, наконец, фокусируюсь на его лице.

Чувствую, как меня трясет и еще, теплые руки на своих локтях. На мне каким-то образом уже оказывается плед, явно одолженный кем-то из студентов, а я сама стою среди коридора недалеко от медицинского кабинета.

- Давиан, - шепчу дрожащими губами.

- С ним скорая и ректор, Ксения. Смотрите на меня, - продолжает отдавать команды Майн, - Вы ранены?

Быстро качаю головой. Про руки даже не думаю.

- Хорошо. Сейчас, Вы идете в комнату, переодеваетесь и пытаетесь согреться. Я пришлю к Вам кого-то из одногруппниц.

- Нет, пожалуйста! Я хочу к Дану, - я вновь пытаюсь вырваться и Кощей, тяжело выдохнув, берет меня под локоть и ведет на выход.

На улице уже почти закончился дождь и увидев на территории академии яркие маячки скорой и толпу народа, я почти вырвалась из крепкой хватки Майна.

Но меня не пустили.

Когда мы подошли, я увидела, что Давиан в сознании, он сидит, привалившись к стенке внутри скорой и вокруг него работают фельдшеры.

- Дан, - кричу, но понимаю, что голос мой сел.

И снова, как когда-то, Кощей берет в свои руки, даже спорит с ректором, который ругается на то, что я тут. В итоге, я все же узнаю, что Дана заберут в больницу, потому что у него точно есть сотрясение.

- Я поеду с ним, - впиваюсь в ректора умоляющим взглядом.

- Ксения! Нет смысла ехать еще и Вам! - ректор раздражен, но больше не ругается.

Но меня дергают за руку, уверенно разворачивая в сторону скорой, где Дана уже уложили и собирались увозить.

- Жена, она едет с ним, - бескомпромиссно заявляет Майн, подсаживая меня и практически отправляя в салон скорой.

Фельдшера смеряют нас недовольными взглядами и указывают в угол, где я могу сесть.

Двери громко захлопываются, а я, положив руку на мокрое плечо Дана стараюсь не всхлипывать.

- Все с ним будет в порядке. Его по касательной задело, - произносит хмурая женщина фельдшер, - подлечится немного и будет как новенький.

- Спасибо, - произношу тихо, начиная согреваться, так как в салоне тепло.

Под вой сирен мы несемся прочь из академии, а я только сейчас осознаю, что мой телефон остался в комнате, а телефон Дана совершенно мокрый. Тянусь к карману его форменных брюк и с прискорбием обнаруживаю совершено бесполезный гаджет.

Ничего, справимся. В коне концов, я знаю телефон премной ректора. Сейчас, главное чтобы с мужем было все в порядке.

Пока ехали, пока принимали в приемном покое, я старалась быть собранной. На мне все еще был плед, который от моей мокрой одежды пропитался и стал бесполезен. Медсестры, видимо видя мой потерянный вид и панику в глазах, когда мужа увезли куда-то по коридорам, взяли меня в оборот, выдали какую-то одежду, предназначенную для пациентов, обработали ладони и что-то вкололи. Потом, напоили чаем, усадив где-то в сестринской, где находились еще медестры. Даже чая налили, сказав, что мне стоит согреться. Одежду мою унесли. Я не особо уже вникала, потому что мысли впервые начали формироваться в сторону того, что это из-за меня. Ведь теперь я понимала, что все это моя вина. Ведь Дан не просто так рывком откинул меня в сторону, он спас меня, приняв удар, а если бы я послушалась всех, то ничего бы не произошло, мы бы с Даном возможно сидели на паре или в комнате и грелись. Он бы рассказал мне, что там было в лесу и все было бы хорошо.

Всхлипнув, я позволила доброй медсестре, что словно взяла надо мной шефство похлопотать рядом. Она старательно заговаривала меня, отвлекала. Даже позвонила кому-то там и узнала, как дела у моего мужа.

- Все нормально с ним, Ксения, - улыбается женщина, - у него сотрясение, как и предполагали, голову ему разбило веткой, но его сейчас зашьют и отправят в палату отдыхать. Ты бы лучше сказала, как его родителям позвонить, документы ваши, как понимаю, в академии.

- Он не общается с родителями, а телефон мой в академии остался, а его промок.

Медсестра хмурится, но не задает вопросов.

Позже, я все-таки набираю номер приемной, общаюсь с ректором и прошу передать документы и хотя бы мой телефон. Ректор же уверяет, что все организует и просит не волноваться.

К вечеру, когда Дан спит в палате, а я сижу рядом, нам передают с академии вещи, нашу одежду, даже не представляю, кто ее собирал, и мой телефон с зарядкой.

Я созваниваюсь с отцом и рассказываю о происходящем и после разговора с ним, мне становится легче. Он подключает свои связи и мне разрешают остаться в палате, хотя ранее меня планировали отправить в академию вместе с водителем, что привез вещи.

Уснула я поздно, свернувшись калачиком на соседней кровати, недалеко от мужа, который все еще спал.

На утро сходила на пост, уточнила некоторые моменты относительно моего пребывания здесь и возвращаясь обратно в палату, увидела обеспокоенную пару, окруживших медсетстру Что-то такое было в них такое…

- Рагдар. 11 палата. Мы родители, - доносится до меня мужской поставленный голос и я чувствую, как во мне все ухает вниз. Все-таки кто-то позвонил им и сообщил. Скорее всего, ректор, ведь он обязан был сообщить, что с их сыном произошел несчастный случай.

Вижу, как медсестра ориентирует их, подсказывая куда идти, а я же скрываюсь за углом, так и не вернувшись к мужу. Наверное, мне не стоит сейчас туда идти.

Проследив взглядом, как высокий широкоплечий мужчина, с проседью в блондинистых, как у Дана волосах и наметившимся животом, в костюме и небрежно накинутом поверх одежды халатом и стройная женщина, одетая в классические легкие брюки и удлиненный жилет, с идеальной для раннего утра укладкой и на шпильках, уверенно идут к палате, где спал мой муж, я задумалась, а что мне делать. Пойти все же следом, но чуть позже или пока вообще не попадаться им на глаза?