— Ты удивительно быстро схватываешь суть, Джесс, — его негромкий голос в пустом зале прозвучал почти интимно. — Мне начинает казаться, что в этом проекте я — лишь твой ассистент.
Увидев его улыбку, лишенную обычной светской холодности, Джессика на мгновение забыла о «кузене» с его проделками и просто наслаждалась уединением с другом. Уютный шепот и общая идея согревали ее не хуже, чем теплое объятие или поцелуй.
Но идиллия длилась недолго. Когда за окнами потянулись первые синие тени вечера, в голове Джессики внезапно раздался бодрый, насмешливый голос, от которого она чуть не выронила ручку:
«Миллер, надеюсь, ты уже закончила строить глазки своему принцу? Мой желудок прозрачно намекает, что пора переходить от пищи духовной к чему-то более существенному. Собирайся. Нам нужно зайти за припасами, а потом… ты обещала мне пиццу, помнишь?»
Джессика невольно нахмурилась. Глупо было надеяться, что Феликс даст ей полноценный выходной. Но, если подумать, небольшое затишье тоже приятно.
Окончательным знаком, что пора на сегодня заканчивать, стало уведомление о входящем сообщении на смартфоне Стивена. Краем глаза Миллер увидела часть сообщения и имя отправителя. Похоже, Клэр очень хотела встречи…
— На сегодня, пожалуй, всё, Стив, — сказала она, закрыв ноутбук. — Мне пора. Нужно… помочь кузену освоиться, он совсем не знает города. Да и у тебя, как вижу, есть дела.
Стивен на мгновение посерьезнел, и в его взгляде промелькнула тень досады, но парень быстро взял себя в руки.
— Конечно. Понимаю. Семья прежде всего. Позволь мне хотя бы проводить тебя до выхода.
Они вышли на крыльцо, и Лэнгфорд, галантно придержав дверь, на прощание снова коснулся её руки.
— Помни, что Клэр и все эти официальные рауты — это всего лишь мой долг, дань фамилии, — он чуть наклонился к ней и понизил голос до доверительного шепота. — А здесь, с тобой, я нахожу то, что мне действительно дорого.
— Я помню, — кивнула Джесс. Сердце невольно сжималось от мысли, что приходится делить общество Стивена с кем-то еще, но и как-либо повлиять на происходящее было не в ее силах. — Спасибо.
— До завтра, Джессика. И… будь осторожнее с Феликсом. Есть в нем что-то… непредсказуемое.
«О, ты даже не представляешь, насколько! — хмыкнул демон у неё в голове. — Жду тебя за углом. Нужно хорошенько закупиться, иначе я съем твою „четыре сыра“ в один присест».
— Хорошо. Постараюсь.
Джесс проводила Стивена взглядом, и, вздохнув, коснулась отцовского кулона. Вечер обещал быть долгим: сначала набег на супермаркет с демоном-кузеном, а потом — уютная пиццерия Лиама, где Феликс явно не станет сидеть сложа руки.
— Бинго, смертная! Пять баллов за догадливость, — Фелинор вынырнул из тени ближайшей колонны с таким видом, будто он только что сошел с подиума. Ни капли усталости от навязчивого внимания толпы девушек, только хищный взгляд и горящие в предвкушении глаза. — Я уже составил список покупок. В нем вдоволь мяса, очень много специй и полное отсутствие всякой диетической чепухи. Демонам нужны калории, чтобы поддерживать этот… — он обвел рукой свою безупречную фигуру, — …божественно-греховный облик.
— Только не вздумай в магазине снова пускать в ход свое обаяние, — прошипела Джессика, стараясь не смотреть на то, как эффектно облегает плечи Феликса черный тренч. — Мы просто купим еду. Быстро. Без драм и обмороков у касс.
— Ничего не обещаю, — Фелинор лениво потянулся, и в его суставах что-то хрустнуло. — Твой мир такой пресный, что моё появление здесь — это акт милосердия. Ты ведь не хочешь, чтобы эти несчастные домохозяйки в отделе заморозки умерли от скуки?
Поход в супермаркет превратился в изощренную пытку. Феликс не просто выбирал продукты — он показывал свое превосходство перед смертными. Пока Джессика судорожно сверялась с ценами, демон с видом истинного ценителя перебирал стейки, ворчал из-за расположения продуктов на полках или по-хозяйски отпихивал тележкой зазевавшихся покупателей.
— Что это за жалкое подобие говядины? — бедняга мясник за прилавком вытянулся в струнку при виде возмущенного гостя. — Она выглядит так, будто умерла от депрессии, а не от ножа.
— Феликс, тише! — Джессика нервно вцепилась в ручку тележки, чувствуя на себе взгляды половины магазина.
— Миллер, не будь занудой. Если я собираюсь ужинать у твоего булочника, нужно взять с собой что-то достойное, иначе я рискую подавиться его «честным» хлебом.
Демон закинул в тележку пакет самого острого перца чили, который только смог найти, и упаковку дорогого вина, на которую Миллер даже боялась смотреть. Когда они подошли к кассе, очередь мгновенно расступилась. Девушка-кассир, заикаясь и путаясь в кнопках, пробивала покупки и не сводила глаз с «кузена де Валуа», который в это время лениво поглядывал на экран.
— С вас… двести сорок два доллара… — пропищала багровая от румянца работница кассы.
— Оставьте сдачу себе, милая, — Феликс одарил девушку такой дикой ухмылкой, что та едва не выронила чек. — И купите себе помаду поярче. Этот оттенок совершенно не подходит к вашим… — он сделал паузу, — испуганным глазам.
Нагруженная пакетами Джессика в ярости вытолкнула демона из магазина. Удивленные происходящим люди проводили хама с его спутницей недоуменным взглядом и облегченно вздохнули.
— Ты неисправим! Зачем ты это делаешь? — возмутилась Миллер.
— Я просто собираю жатву, смертная, — Фелинор легко перехватил продукты из рук подопечной, и его глаза на секунду вспыхнули тем самым янтарным огнем. — Их смущение — это как легкий аперитив перед основным блюдом. А основное блюдо у нас сегодня в «Crust Crumb». Поехали. Я уже чувствую запах разогретой печи, а может и не только…
В машине от Феликса тоже не было спасения. Из динамиков магнитолы так громко играл тяжелый рок, что Джесс удивлялась, как в «Понтиаке» стекла не повыпадали. Басы били в уши так, будто ей кастрюлю на голову надели и постучали сверху чем-то тяжелым. Не самая приятная поездка для человека, зато демону все нравилось…
Когда они переступили порог пиццерии, Лиам как раз вытирал стойку. Увидев Джессику, он привычно просиял, но его взгляд моментально зацепился за высокого, порочно-красивого незнакомца, который шел рядом с видом полноправного хозяина положения.
— Привет, Джесс, — Лиам выпрямился, и его рука, сжимавшая полотенце, непроизвольно напряглась. — Не знал, что ты придешь не одна.
— Лиам, привет! — Джессика поспешно подошла к стойке. — Это мой кузен, Феликс. Из Европы. Он только приехал и… я не могла не привести его сюда.
Лиам выпрямился, вытер руки о фартук и внимательно оглядел Феликса: его безупречную черную рубашку, ленивую позу и глаза, в которых словно прыгали чертенята. В воздухе мгновенно возникло то самое мужское напряжение, которое бывает, когда на одной территории встречаются два лидера: один — спокойный и надежный, а другой — дерзкий и непредсказуемый.
Феликс подошел к стойке, небрежно оперся на неё локтями и втянул носом воздух.
— Наслышан о твоем мастерстве, Лиам, — протянул он своим низким рокотом. — Моя кузина утверждает, что твое тесто способно исцелять душевные раны. Я, как человек искушенный, пришел проверить: это правда или просто девичьи восторги?
Бэйкер не отвел взгляда. Он почувствовал в этом «кузене» какую-то странную, почти животную силу, но лишь спокойно кивнул в ответ.
— Моё тесто просто делает людей сытыми и немного счастливее. Для остального есть другие специалисты. В любом случае рад знакомству, — Лиам протянул руку в знак приветствия. — Джессика не говорила, что у неё есть родственники в Европе.
Демон хитро покосился на красную от смущения подопечную.
— Она просто не любит обо мне рассказывать. Ничего, это пройдет.
— М-м-м, понятно… — задумчиво протянул Лиам и перевел взгляд на подругу. — Тебе как обычно, Джесс? «Четыре сыра»? Или «пепперони»?
— «Четыре сыра». И побольше базилика, — вставил Феликс, по-хозяйски притянув Джессику к себе за плечо. — Кузина сегодня много училась, ей нужно восстановить силы.
