Мне из-за этого и жалко его, и больно, и поделать уже ничего с собой не могу. Не в моих это силах.
Ничего у нас не осталось с ним общего...
Только дети...
-- Я хочу сесть, -- говорю ему, не скрывая раздражения. -- Не могу больше стоять.
Эти фуршеты, чтоб их...
Руку его сама с плеча своего убираю. Иду к диванчику, через весь зал, из последних сил сдерживаясь, чтобы не захромать, так ноги болят.
Он за мной следует по пятам.
До середины зала доходим. Резко останавливаюсь, возгласы заслышав.
Голову на возгласы поворачиваю, и про туфли забываю...
Евгений в зал влетает своей летящей походкой. В костюме...
Господи, красивый какой... Никогда его ещё таким не видела. Надо же, как одежда меняет людей. Даже дулька его, аккуратно причесанная, выглядит сейчас серьёзно и презентабельно. Засмотрелась.
Все, естественно, головы в его сторону развернули. Кох за локоть меня цепляет мёртвой хваткой.
А он, оглядывает нас с Кохом беглым взглядом, и, не задерживаясь ни на секунду, направляется в нашу сторону...в центр зала, где мы стоим.
Гадство...
И бежать поздно.
-- Нина, шикарно выглядишь, -- говорит мне и глаза его так горят в этот момент, что поверить ему готова.
Он не смотрит на Коха. Только на меня смотрит. Как будто и не видит его вовсе.
Вплотную ко мне подходит..
Кох очухивается, за спину свою широкую меня задвинуть пытается. Я сопротивляться начинаю. Не хочу я никуда прятаться. Получается не очень, начинаю пошатываться на своих копытцах. Рукой взмахиваю. Евгений мне локоть тут же галантно подставляет. Хватаюсь за него...
По залу шепоток пробегает...
-- Только попробуйте подраться, -- шиплю, глядя Евгению в глаза, повиснув на его руке. -- Обещай мне, пожалуйста, что вы не будете выяснять сейчас отношения,-- продолжаю на него смотреть. Коха не вижу.
-- Ниночка, нам нечего больше делить с твоим бывшим мужем, не переживай, -- говорит издевательски спокойно. -- Правда Иван? -- переводит взгляд на Коха.
Это он зря сейчас ему сказал...
... потому что, в следующий момент Кох швыряет меня в сторону так резко, что я отлетаю от него, спотыкаясь, и рискуя поцеловать носом пол...
И, судя по возгласам в зале, бросается на Евгения...
Боже...
-- Да сделай ты уже что-нибудь! -- ору на Любо, не позволившего мне растянуться, посреди зала.
«Мне жить негде,» -- успеваю подумать, зацепив на лету гневный взгляд дочери.
Эту свадьбу я запомню надолго. Больше своей, однозначно!
На моей свадьбе никто даже не подрался...
Глава 43
Кох
Злость обрушивается на меня с такой силой, что перестаю себя контролировать.
Немудрено...
Нервы у меня сейчас ни к чёрту!
Чего только стоило пережить, что они меня в гостиницу, как бедного родственника, заселили. Что ей в лом было со мной в одной комнате пожить?
Мы видите ли развелись?!
Ну и что, что развелись? Я что её голой никогда не видел?
И ведь, ни с кем-нибудь заселили, а рядышком с Марго. Знают прекрасно, что на дух её не переношу, и всё равно. Типа рядом, далеко ходить не надо...
Эта сучка вообще мимо меня спокойно пройти не может, и её: -- Доброе утро Ванюша, -- самое безобидное, что от неё можно услышать.
Выходил вечно, и оглядывался по сторонам, чтобы на неё ненароком не напороться. Как партизан, короткими перебежками, передвигался.
Если бы ещё с Айратом рядом, я бы, может, и согласился даже, слова не сказал -- кореш, как никак. А с ней...блядь...зла не хватает.
Этот мудило,значит, местный, может в любое время приходить и с сыном моим играть, а я, отец его родной, должен в гостинице жить?
В первые дни всё понять не мог, чего это она такая борзая стала? Причёску сделала. Похудела блядь. Спортом занялась. Вот никогда из дома не выходила, а тут по каким-то фитнесам с утра пораньше разгуливает в шортах в обтяжку через всю деревню.
И красивая стала. Дерзкая. Насмотрюсь на неё за день, заведусь, а потом пошёл нах...или, иди вон, за детьми присмотри, а я в клуб, с молодым ёбарем...
С-сука!
Был ведь уверен поначалу, что он, и правда, как друг ихний, там у них отирается с утра до вечера, а он блядь шашни с ней крутит...
Весь день ходил, как не в себе..
На взводе.
Перед глазами так и стояла картинка, как он её на руках до калитки несёт...
Завёлся не на шутку, когда он начал слюни на титьки её пускать...
А потом этот пиписькин врач нарисовался...
И всё...
Крышу сорвало...
Отталкиваю от себя Нинель, немного сильнее, чем планировал, бросаюсь на него...
Он, с-сука, юркий. Помнил это, но не ожидал, что он успеет отклониться. Я проваливаюсь в пустоту, спотыкаюсь, а он разворачивается и... отвешивает мне... пощёчину...
Бляха, не кулаком даже ...открытой ладонью, как бабе...
Кровь в башку ударяет мгновенно. Да так сильно, что, по ощущениям, линзы из глаз выпрыгивают. Мутнячки перед глазами, плывёт всё...не вижу никого, кроме него.
Только по голосу понимаю, что перед носом моим жених объявился. И ещё кто-то...
Шум, гам, визг дочери...
А этот хуесос стоит, руки в брюки, и лыбится...
Не помню, что дальше было...
***
Башка раскалывается. Во рту кошки насрали.
Кто-то бренчит посудой так, что зубы ломить начинает.
-- Потише можно? -- говорю, пытаясь разодрать глаза.
В ответ, -- тишина.
Глаза печёт. Значит, в линзах уснул. Смаргиваю, чтобы увлажнить слизистую, помогает не очень. Пытаюсь ещё раз...
-- Пей, -- раздаётся рядом, недобрый голос дочери.
Пытаюсь приподняться. Фокусирую взгляд: выражение лица её, не предвещает ничего хорошего.
Беру стакан из её рук, с брызгающейся в разные стороны, жидкость. Пью и события минувшего дня вспоминаю.
Правда, помню только до того момента, как нажрался.
Помню издевательскую пощёчину, на глазах у всех. Помню, как ... Нинель с этим долбоёбом куда-то свалила... Подошла к нему, взяла его за рукав и увела...
Подскакиваю с дивана, как ужаленный.
-- Где все?
-- Гулять ушли, вечер скоро..., -- отвечает сухо.
-- А вы разве не улетели? -- вспоминаю про свадебное путешествие.
-- Ночью вылетаем, -- садится в кресло напротив. -- Это правда? -- спрашивает серьёзно, зло даже.
-- Это матери своей вопрос задай. Это она устроила не пойми что. Я старался контролировать себя до последнего. Ты знаешь, я всегда, в каком бы состоянии ни был, пытаюсь ситуацию оценивать трезво, но вчера меня ... спровоцировали, -- подбираю, как мне кажется, правильное слово. -- И вы сами, поселили меня в гостиницу, я был расстроен, -- голову чуть отпускает, и я начинаю защиту с нападения...
-- Я вообще не про это, -- перебивает она меня. -- Это правда, что у тебя есть ещё одна дочь?
Во рту опять всё пересыхает...
-- Кто тебе сказал? -- присматриваюсь к ней, превозмогая резь в глазах.
-- Ты папа, ты сказал! Вчера. Всем. Не только мне, -- переходит на крик.
Морщусь.
Присматриваюсь к ней и понимаю, что нихрена ничего не понимаю...
-- Мало того, что ты завёл ребёнка на стороне, -- продолжает, и губы её начинают дрожать, -- устроил разборки на моей свадьбе, ты ещё и объявил во всеуслышание о своей дочери... всем. Всем! -- взвизгивает. -- Понимаешь, всем! Опозорил меня перед родственниками и друзьями... на моей свадьбе. Ненавижу тебя! -- подскакивает с места, и, с шумом отодвинув кресло, идёт прочь. Не оглядываясь.
Напрягаю память.
Пиздец просто...ничего не помню...
Так дерьмово мне ещё не было никогда. Так дерьмово, что провалиться сквозь землю хочется. Исчезнуть, и больше не появляться. Допился.
Откидываюсь опять на подушку. Глаза закрываю.
В голове пустота удивительная.
Негромкий звук закрывающейся двери и лёгкий шорох шагов -- Нинель. Я узнаю её шаги из тысячи. Шаги, которые никогда не мешают, не надоедают, а успокаивают. Так бесшумно не ходит больше никто.
