Даже живя в трущобах, я удивлялась некоторым местным контрастам. Люди здесь голодали. Воду пили из реки. Часто болели, ходили в лохмотьях. Но иногда и на этих улицах выпадали праздники. Невиданная щедрость аристократов и горожан, когда они выбрасывали что-то ценное — то, что им стало не нужно или вышло из моды. Люди трущоб тащили себе всё. Здесь не было самого понятия «моды». Здесь было одно чёткое и простое правило — выжить любой ценой. Ненужные вещи для одних становились спасением для других.

Что уж говорить, если сейчас мы находились в старом вагончике, который, судя по его внутренностям и лавочкам, пережил не одно поколение людей. Как в него протащили это кресло — оставалось загадкой.

В этом узком, замкнутом пространстве, наполненном людьми с сомнительной репутацией, мне становилось не по себе. Я старалась не выпускать из виду ни одного человека, но Дамиан, наоборот, выглядел подозрительно спокойно. Он шагнул ближе к Дону и продолжил.

– Вы вправе не желать с нами сотрудничать. Я не вправе вас заставить. Но подумайте вот над чем: сейчас я один, предлагаю мирную сделку. Вы выдаёте нам заказчика — и получаете соответствующую помощь для всех жителей трущоб на протяжении полугода от одного из знатных драконьих домов. Но если продолжите отказываться — уже завтра они не будут так же любезны.

– Это угроза?

– Предупреждение.

Собравшиеся возмущённо загудели. На кончиках моих пальцев начала собираться мана — чтобы успеть поставить барьер, если они вдруг решат напасть. Но мужчины ничего не предпринимали, лишь поглядывали на своего лидера. Ждали приказа. И в этом их бездействии крылась большая угроза, нежели если бы они прямо сейчас решились перерезать нам горло.

– Господин, – тихо позвала я, оглядываясь на выход и проверяя, не загородили ли его.

Но Дамиан не отреагировал.

– Ты либо смелый, либо чертовски глупый, – прокомментировал Дон. – Твоё высокомерие приведёт к краху. Мы здесь не приветствуем тех, кто относится к нам без уважения. Приводи своих ищеек — они встретят только град кинжалов и заклинаний.

Дон махнул рукой, показывая, чтобы мы убирались. Дамиан развёл руками на его слова.

– Свой выбор вы сделали, – хмыкнул наследный принц и бросил мне: – Идём.

Дамиан действительно развернулся и собирался уходить, когда Дон его окликнул.

– Девицу нам оставь, – рассмеялся он. – Хоть какая-то компенсация за потраченное время.

Моё сердце пропустило удар. Остальные поддержали своего лидера сальными смешками. Самый смелый даже попытался схватить меня за руку. Но я вырвалась и отступила назад, невольно прижавшись спиной к наследному принцу. Его руки опустились на мои плечи, сжимая. Пальцы слегка подрагивали. Всё говорило о том, что он еле сдерживает злость. Но, на удивление, голос его был спокойным. Даже в какой-то мере ленивым.

– Оставить вам мою горничную? А не слишком ли вы высокого мнения о себе, Дон?

– Не выше, чем ты о себе, мальчишка.

Дамиан рассмеялся.

– «Мальчишка»? Давненько меня так не называли. Будет о чём рассказать матушке на досуге.

Я перевела на него недоуменный взгляд. И от его горящих глаз, предвкушающих хорошую драку, по спине прошёлся морозец. Однако на меня он смотрел ласково, с некой заботой.

– Селена, хочешь посмотреть или закроешь глаза?

Я тут же зажмурилась и услышала его смешок. Восприятие сразу стало острее. Его руки горячее. Крики людей громче. Дамиан отпустил меня, уводя в сторону. И я услышала заклинание, которое он произнёс.

– Гори.

Даже через опущенные веки я заметила яркую вспышку рядом с собой. Не было запаха. Они все замолчали. В вагончике повисла гробовая тишина. Что-то осыпалось на пол мелкой пылью. И я зажмурилась только сильнее.

Всё произошло быстро. Практически за одно мгновение. Топот человека, что бросился в атаку. Звук ломающихся костей. Звон металла о металл. Вагончик заходил ходуном, и меня отбросило на одну из уцелевших лавочек.

Когда я открыла глаза, большинство из тех, кто был в вагончике, лежали без сознания. Кто-то пытался встать, кто-то катался, держась за повреждённые кисти рук.

Дамиан же возвышался над Доном, держа в ладони огненный шар.

– Так что? – поинтересовался наследный принц приторно ласково. – Кого ещё тебе оставить, Дон? Или, может, ты всё-таки назовёшь имя заказчика?

– Гореть тебе в Разломе, трижды проклятый дракон! – прошипел Дон, зло сдвинув брови к переносице.

Дамиан обречённо вздохнул, закрыл ладонь в кулак, потушив пламя, и резко ударил Дона в переносицу. Тот сдавленно вскрикнул, схватившись за лицо. Принц схватил его за ворот прохудившейся, расстёгнутой рубашки и потащил за собой.

– За мной, Селена, – бросил Дамиан, не глядя на меня.

Я поднялась на дрожащих ногах, схватившись за спинку лавочки так сильно, что отломила кусок дерева.

Мы вышли на улицу. Прохладный ветерок тут же растрепал волосы. Вокруг собралась ещё толпа людей — несмотря на позднюю ночь. Здесь были и женщины, и дети, и старики.

Дамиан бросил Дона на середину улицы, словно ненужный мешок с вещами, и ледяным тоном приказал:

– Иди.

Дон поднялся и действительно пошёл.

– А куда вы его уводите? – спросила девочка лет семи.

Она вышла из толпы и дёрнула меня за подол платья. Я не сразу нашла, что ей ответить. Ведь и сама не представляла, куда наследный принц поведёт пленника. Но всё же присела на корточки, чтобы быть с ней на одном уровне.

– Мы лишь спросим у вашего Дона важную информацию, и он вернётся целым и невредимым, – пообещала я ей.

– Не возвращайте, – тут же проскрипел старик, опиравшийся на кривую клюку.

– Да, точно! – поддержал его парнишка с заплывшим от синяка глазом. – По делам ему будет.

Тут же люди оживились, принялись жаловаться, как им плохо живётся под гнётом этой банды. Что всё, что они находят или зарабатывают тяжёлым трудом, у них сразу отбиралось в пользу Дона.

Я растерялась от наплыва такого возмущения. Голоса словно слились в единый поток презрения. Дамиан едко улыбнулся и повернулся к Дону.

– Смотрю, тебя тут не жалуют, – ехидно заметил он.

Дон стиснул зубы, но продолжал идти дальше. Несколько раз ему в голову бросили мелкие камушки, но пока люди оставались на расстоянии, Дамиан никак не вмешивался.

Жителей трущоб я заверила, что мы со всем разберёмся и раз он творил такие бесчинства — Дон и его банда ответят по заслугам.

***

Ничего конкретного от Дона мы так и не добились. Он подтвердил слова того человека, которого мы поймали первым. Заказчик был в маске. Хорошо заплатил им за ограбление. А затем сам убил старого дракона. Но оставил Дону медную сувенирную монету с изображением завода и надписью «5 лет». Видимо, это была юбилейная монета.

Мы отдали её на экспертизу в Орден Ищеек. Дона тоже передали им. Он сопротивлялся. Устроил самый настоящий погром, пока его не сковали заклинанием «Цепи».

Ищейки работали несколько дней и ночей подряд, пока не обнаружили нужный нам завод под руководством господина Этторе Феранти. На удивление, он безоговорочно согласился с нами сотрудничать. И практически сразу выдал предполагаемого преступника. Однако Дамиану что-то не нравилось во всём этом.

– Слишком уж легко он согласился, – причитал наследный принц, просматривая бумаги и фотографию заказчика.

– Возможно, он просто не хотел проблем? – предположила я, чуть склонив голову.

– Откуда он узнал, что это именно тот пацан?

Тут я уже не нашла, что ответить. Феранти действительно слишком быстро определил виновника — словно отдал нам первого попавшегося работника своего завода. Мальчишка был излишне запуган, чтобы отрицать обвинения. Он мог стать просто удобной жертвой, чтобы скрыть что-то действительно важное.

– К тому же, – продолжил рассуждать Дамиан, – у него не тот запах маны. На заводе я вообще не обнаружил никого с нужным запахом. Всё-таки это был ложный след, – обречённо выдохнул он и откинулся на спинку кресла в своём кабинете.