– Думаю, неправда, – сказал он твёрдо. – Вы не такой. Вы готовите, таверну ремонтируете. Зачем вам её жечь?

– Именно, – сказал я. – А теперь ускоряемся!

– А нам обязательно бежать? – прохрипел Сёма, спустя несколько минут интенсивного бега.

– Обязательно, – бодро ответил я. Мышцы крепче станут.

Хотя бежал я по другой причине. Времени не хватало катастрофически. Нужно успеть набрать трав и ягод, вернуться, разгрести завал в зале, чтобы Павел смог работать, забежать к Антонию за зельем, а ещё успеть приготовить ужин. И желательно не свалиться замертво до заката.

– Далеко эта твоя роща? – спросил я, не сбавляя темпа.

– За ручьём, – выдохнул Сёма, который уже был красный, как варёный рак. – Минут двадцать. Если бежать. Если идти – все сорок.

– Тогда бежим.

Ника сидела на плече, вцепившись в рубаху. Ветер трепал её рыжий мех, уши прижались к голове. Но на краю сознания я ощущал её азарт. Ей нравилась скорость. И ещё ей нравились запахи, которые мелькали по обочинам дороги, один аппетитнее другого. Панда крутила головой, как флюгер, и пару раз дёрнулась, порываясь спрыгнуть, но я придержал.

– Потерпи. Скоро будет, где разгуляться.

Дорога нырнула в лес. Тропинка сузилась, а под ногами захрустели сухие ветки. Солнечный свет рассеивался в кронах, воздух пах сырой землёй, хвоей и чем‑то сладким. Я невольно замедлился. Ника вытянула шею и принялась обнюхивать всё вокруг с удвоенным рвением.

Надписи вспыхивали по обеим сторонам тропы.

Живолист, собирал вчера, запасец ещё есть. Поэтому прошёл мимо. Какой‑то мох без названия – система молчала, панда не реагировала. Пропустил. Стебелёк с мелкими белыми цветами – Ника дёрнула ухом, и появилась надпись:

Петрелия горная. Специя.

Свойства: пряный вкус. Усиливает аппетит.

Скрытые свойства: при длительном употреблении повышает сопротивляемость простудным заболеваниям на 5%. В сочетании с мясом улучшает усвоение белка.

Я сорвал всё, до чего дотянулся, и сунул в мешок. По вкусу она как петрушка, её можно и побольше набрать!

Остролист жгучий. Растение.

Свойства.

Имеет острый вкус.

На короткий срок незначительно повышает сопротивление болезням.

Повышает бодрость на 4%.

А это похоже местный аналог перца. Это нам нужно! Мясные блюда без перца это как… ну, как таверна со сгоревшей крышей. Вроде и есть, но грустно.

– Вы зачем это берёте? – Сёма с подозрением косился на мой мешок. – Эту траву даже козы не жрут.

– Потому что козы не умеют готовить.

Сёма открыл было рот, но закрыл и решил больше не спрашивать.

Мы перебрались через ручей по скользким камням. Сёма прыгал с камня на камень привычно, я же чуть не навернулся, а Ника сиганула с моего плеча, перемахнула ручей одним прыжком и ждала на другом берегу с видом собственного превосходства над двуногими.

За ручьём открылась поляна, а за ней роща. Невысокие кривые деревья, увешанные мелкими зелёными плодами.

– Вот, – Сёма раскинул руки, как хозяин, демонстрирующий угодья. – Здесь яблоньки. А вон там, левее, грушовка. Плоды кислые пока, но если полежат пару дней, вполне сгодятся.

Я кивнул и отпустил Нику. Панда тут же рванула в заросли, и надписи замелькали, сменяя друг друга.

Пока Сёма обрывал яблоки и складывал в корзину, я двигался вдоль опушки, читая то, что показывала система.

Горчичник мелкий. Ягоды.

Свойства: горький вкус. Не употребляется в пищу в сыром виде.

Скрытые свойства: при высушивании и перетирании превращается в порошок, подходящий для изготовления острой приправы. В малых дозах усиливает кровообращение и ускоряет регенерацию. В больших дозах вызывает тошноту.

Сёма заметил, как я срываю мелкие бурые ягодки, и скривился.

– Эту гадость зачем? Их даже птицы не клюют.

– Это не гадость, это сокровище, – ответил я, ссыпая ягоды в отдельный мешочек. – Поверь мне.

– Ну‑ну, – Сёма хмыкнул и вернулся к яблокам.

Дальше – ещё лучше. Под раскидистым кустом я нашёл дикий чеснок. Не тот, домашний, крупный, к которому я привык, а мелкий, злой, с резким запахом, от которого слезились глаза.

Система подтвердила:

Дикий чеснок. Специя.

Свойства: резкий острый вкус. Антисептик.

Скрытые свойства: усиливает вкус мясных блюд и бульонов. Повышает сопротивляемость болезням на 3% при регулярном употреблении.

Используется как ингредиент зелий.

Я выдернул полдюжины головок и бережно уложил в мешок. Чеснок, перец, горчица. Ещё бы лук найти, и у меня будет полноценный набор юного повара.

Ника тем временем забралась в густой подлесок, и оттуда доносился довольный хруст. Я подошёл ближе, раздвинул ветки и увидел, что панда обнюхивает куст с мелкими тёмно‑синими ягодами. Надпись горела тревожным красным:

Гадючий корень. Ядовитое растение.

Свойства: ягоды вызывают паралич конечностей при попадании внутрь. Действие наступает через 10–15 минут. Длительность – от 2 до 6 часов в зависимости от дозы.

Скрытые свойства: в микродозах снимает мышечные спазмы и судороги. Сок корня используется для изготовления парализующих ядов.

– Ника, стоп! – Я выдернул панду из куста. Она возмущённо пискнула, но ягоды, к счастью, попробовать не успела.

Я постоял с пандой на руках, разглядывая куст. Ядовитые ягоды, вызывающие паралич на несколько часов.

– Найди‑ка себе что‑нибудь другое, – сказал я и отправил её в другую сторону. Она не возражала.

Убедившись, что её внимание привлёк обычный живолист, я аккуратно набрал горсть ядовитых ягод. Завернул в широкий лист лопуха и убрал в отдельный карман мешка, подальше от остальных трав.

Не то чтобы я планировал кого‑то травить. Но в мире, где сорок вооружённых бандитов могут заявиться на ужин, иметь под рукой парализующее средство, не паранойя. Мне ли не знать, что можно спрятать в еде.

Отыскал шесть кустиков редкоцвета и десяток кустиков бодрянки. Считаю вылазку более чем успешной.

Приятно порадовал рост травничества. Мелочь, а прогресс капает и согревает душу.

Сёма набрал полную корзину. Яблоки мелкие, зелёные, даже на вид кислые, но через пару дней дойдут. Груши тоже жёсткие, скорее дичка, чем садовые, но для компота сгодятся. А если их запечь с мёдом, получится прекрасный десерт. Впрочем, мёда у меня пока нет.

Я огляделся, прикидывая, не пропустил ли чего. Взгляд зацепился за отпечатки на влажной земле у ручья. Мелкие, раздвоенные следы.

– Зайцы?

– Ага, – кивнул Сёма. – Тут их полно. Мы с отцом на них силки ставим, мать похлёбку варит, если удаётся их поймать.

Зайчатина. Свежее мясо, которое не нужно покупать. А мне, похоже, есть, чему поучиться у Симеона, славного охотника на зайцев.

Я присел, разглядывая следы, и уже собирался спросить у Сёмы, где лучше расставить ловушки, как вдруг из кустов выскочила Ника.

Шерсть на её загривке стояла дыбом, уши были прижаты к голове. На краю сознания я ощутил её страх, не похожий на обычное беспокойство.

Панда подскочила и вцепилась зубами в рукав моей рубахи. Упираясь лапками, Ника потянула меня в сторону ручья, откуда мы пришли.

– Ты чего? Местного петуха увидела? – попытался её успокоить.

Она отпустила рукав, настороженно зыркнула по сторонам и пронзительно взвизгнула.

– Тихо, тихо, – я погладил её по спине. – Да чего ты всполошилась?

Ника не слушала. Она снова схватила меня за рукав и потянула прочь от зарослей с такой силой, будто от этого зависела её жизнь. На сознание давило паническое «уходи‑уходи‑уходи», и я ощущал его так же ясно, как собственное сердцебиение.