— Потанцуем? — вдруг спросил Ксев. — Как в старые добрые времена? Без обязательств, без подтекста. Просто танец.

Лия улыбнулась и протянула ему руку.

Они спустились в зал, и публика изумленно загудела, когда королева приняла приглашение от своего бывшего… кого? Соперника собственного брата? Друга? Теперь уже просто родственника. Ксев вел её легко, почти невесомо, и в этом танце не было ни капли прежней опасной игры. Только благодарность, только светлая память о том, что было, и радость от того, что стало.

— Спасибо тебе, конфетка, — сказал Ксев, кружа ее в плавном повороте. — За всё. За то, что не отвернулась. За то, что верила. За то, что научила меня, что можно быть разным и оставаться собой.

— Ты сам себя научил, — ответила Лия. — Я просто была рядом. Как и ты — рядом с нами.

Когда танец закончился, зал взорвался аплодисментами. Кто-то кричал «браво!», кто-то просто хлопал от души. А Лия, чуть смущаясь, присела в шутливом реверансе перед Ксевом, и тот галантно поклонился в ответ.

И тут произошло то, чего никто не ожидал.

Ксев, с хитринкой в глазах, повернулся к брату, который как раз подошел ближе, и, отвесив самый церемонный поклон на свете, произнес:

— Ваше величество, не окажете ли честь недостойному брату? Скромный танец? Подданные будут в восторге.

В зале воцарилась тишина. Придворные замерли с открытыми ртами. Дэриан замер тоже, и на его лице отразилась сложнейшая гамма чувств: от шока до едва сдерживаемого смеха.

— Ты с ума сошел. Тебя твоя ведьма беленой на обед кормит? — сказал он.

— Она да, ядом травит, брат. И я абсолютно ненормальный, — подтвердил Ксев. — Но когда это мне мешало?

И, не дожидаясь ответа, он схватил брата за руку и вытащил в центр зала. Оркестр, получив отчаянный знак Лии, грянул что-то весёлое, народное, что обычно играли на деревенских свадьбах.

То, что произошло дальше, вошло в легенды придворных сплетен. Два дракона, король и его легендарный брат, выделывали такие па, что даже опытные танцоры попадали в обморок от смеха. Дэриан, с брутальным видом короля, который предпочел бы сейчас сражаться с драконами дома Багрового когтя, с которыми пока назначено перемирие, чем плясать под эту дурацкую музыку, тем не менее послушно выполнял все кульбиты, которые выделывал Ксев. А Ксев, наслаждаясь моментом, кружил его, поднимал руку, заставлял приседать и даже, кажется, попытался изобразить что-то похожее на поддержку. Но Дэриан его быстро пнул.

Когда музыка стихла, зал лежал. В прямом смысле — некоторые дамы от смеха сползли по стульям, кавалеры держались за животы, и даже суровая стража у дверей утирала слёзы.

— Вы… вы… — Лия пыталась говорить, но её душил смех. — Это было прекрасно. Это было самое прекрасное, что я видела в жизни.

Дэриан стоял, пытаясь восстановить дыхание и достоинство одновременно. Ксев, напротив, раскланивался перед публикой, как заправский артист.

— Спасибо, спасибо, я старался! Особенно благодарен моему партнеру, который доказал, что даже ледяной дракон может танцевать, если его как следует попросить.

Дэриан посмотрел на него. Долго. Пристально. А потом шагнул вперед и обнял. Крепко, по-настоящему, прижав брата к груди так, что у того хрустнули рёбра.

— Я всегда любил тебя, олух, — прошептал он ему на ухо. — Даже когда ненавидел. Даже когда готов был убить. Ты — мой брат. И ты — часть меня. Всегда был. и будешь.

Ксев замер. А потом, очень осторожно, обнял в ответ.

— Я знаю, — сказал он тихо. — Я тоже. Всегда.

Они стояли так посреди зала, под изумленные взгляды придворных, и никто не смел нарушить эту тишину. Даже Лия, прижав руки к груди, смотрела на них со слезами на глазах.

— Ладно, — Дэриан отстранился первым, пряча смущение за привычной маской властителя. — Хватит сантиментов. У меня для тебя кое-что есть.

Он щелкнул пальцами, и один из советников поднес тяжелый свиток с королевской печатью.

— Что это? — Ксев подозрительно уставился на брата.

— Дарственная, — пожал плечами Дэриан. — Замок на восточном побережье. Старый, крепкий, с видом на море. Рядом — земли, леса, пара деревень. Нужно только привести в порядок, но это уже по твоей части.

Ксев замер.

— Ты… ты даришь мне замок и земли?

— Не тебе. Вам. Если, конечно, твоя ведьма не прибьёт тебя раньше, чем вы туда доедете. Это для вашей будущей семьи. Если она, конечно, согласится терпеть твой дурной нрав и дальше.

Ксев смотрел на свиток, потом на брата, потом снова на свиток.

— Я… — голос его дрогнул. — Дэриан, это…

— Я говорю тебе спасибо, — сказал король. — За то, что отдал свой голос, чтобы наш мир зазвучал. За то, что вернулся. За то, что ты есть. И за то, что теперь мы — семья. Настоящая.

Лия подошла и встала рядом, обняв обоих за плечи. Получилось неловко, но трогательно.

— И если ты не пригласишь нас на свадьбу, — добавила она, — я лично приеду и заставлю тебя жениться. Даже если придётся привязать тебя к алтарю.

— Сдаюсь, — поднял руки Ксев. — Вы меня дожали. Ладно, поеду, сделаю предложение. Если она не убьет меня раньше, чем я открою рот.

— Не убьёт, — уверенно сказала Лия. — Она тебя любит. Иначе давно бы уже отравила.

Народ в зале, видя такую трогательную сцену, зааплодировал. Кто-то крикнул «Виват, братья!», и все подхватили. Дэриан поморщился, Ксев расхохотался, а Лия просто сияла, глядя на свою странную, безумную, но такую родную семью.

Музыка заиграла снова, и бал продолжился. Но этот момент — объятия двух братьев в центре зала, дарственный свиток на герцогство в руках Ксева, счастливые глаза Лии — остался в памяти всех присутствующих навсегда. Как напоминание о том, что даже после самой долгой зимы приходит весна. Что даже самый глубокий лед может растаять. И что семья — это не кровь, а выбор. Который они сделали. И не пожалели.

— Знаешь, — сказал Ксев, когда они снова выбрались на балкон, подальше от шума, — я ведь никогда не думал, что буду вот так… счастлив. По-настоящему, без дураков.

— А теперь? — спросила Лия, протягивая ему бокал.

— А теперь — думаю, что всё было не зря. Все эти битвы, все эти слезы, все эти наши общие ночи. Ради этого момента. Ради того, чтобы стоять здесь, с вами, и знать, что впереди — целая жизнь. И что она будет… нашей.

Дэриан поднял свой бокал.

— За семью, — сказал он просто.

— За семью, — отозвались они хором.

Внизу, в зале, гремела музыка. Где-то в детской Аэлин, наверное, снова рассказывала брату сказки, рассыпая бабочек. А на далеком острове рыжая ведьма, может быть, в этот самый момент смотрела на луну и думала о том, что пора перестать кидаться тарелками и начать кидаться, например, поцелуями.

Новая глава начиналась. И она обещала быть самой лучшей.

---------------- Дорогие мои! История Ксева живет здесь: https://litnet.com/shrt/xe8I

Мама говорит, что нашу фамильную сагу не стоит вносить в официальные учебники по истории королевства. Слишком много нарушенных правил, замороженных в самый неподходящий момент носов и рук у служанок (спасибо папиной наследственности, доставшейся брату) и одного вечно странствующего дяди, который уже давно стал живым национальным достоянием и ходячей легендой. Учебники, видите ли, требуют пафоса и нравоучений, а в нашей истории сплошные дровишки, из которых потом выросли цветы.

Но я всё равно записываю. Не для истории — для себя. И для тех, кто однажды захочет понять, как это вообще работает — эта странная штука под названием «семья драконов».

Потому что это история не о том, как дракон нашел свое сокровище и свою Истинную в другом мире. Таких сказок в королевстве пруд пруди, и все они, если честно, довольно скучные. Наша история — о том, как Сокровище нашло своих Драконов.

Одного — чтобы любить до боли в сердце, до дрожи в крыльях, до последнего вздоха. Того, кто научился таять только для неё, а для остального мира так и остался ледяной стеной. Папа до сих пор пугает придворных одним взглядом, а потом идёт заниматься с Эриком и делает вид, что не замечает бабочек, которыми я стреляю в него, когда он слишком серьёзен.