— Блестящий анализ ситуации, из которого следует только то, что мы ни хрена не знаем, — сказал Артур.

— Ну, если в ближайшие минуты нас попытаются каким-нибудь способом убить, мы получим точный ответ на вопрос, наблюдал ли кто-нибудь за порталом, — сказал Гарри.

— Очередная операция в стиле “высокоуровневые отморозки спасают мир”, - пробормотал Артур. — Ты не находишь, что физрук плохо на всех нас влияет?

— Возможно, — сказал Гарри.

— И это все? Возможно? Только возможно? — удивился Артур. — А раньше тебе часто доводилось лезть в потенциально опасное место, сломя голову и не проведя хотя бы какой-нибудь разведки?

— Ты удивишься, — сказал Гарри. — К тому же, разведка может спугнуть противника раньше времени. И где его потом искать?

— Спросить у физрука очередную наводку.

— Чтобы получить предыдущую наводку, ему пришлось умереть, — напомнил Гарри. — Так что вряд ли мы можем назвать это рабочим методом.

Они дошли до городских ворот, и на них так никто и не напал. Артур решил, что будет считать это хорошим знаком, хотя понимал, что на самом деле это вообще никакой не знак.

Может быть, противник просто затаился.

Оказавшись за городскими стенами, Гарри оперся на стоявший на обочине километровый столб и закурил сигарету.

Артур снова осмотрелся по сторонам в поисках чего-то подозрительного.

За городом царило лето, цвели цветы и пели цикады, с полей доносился запах скошенной травы. По грунтовой дороге тащилось несколько повозок, на ближайшей речушке несколько человек удили рыбу.

— Не совсем то, что я ожидал увидеть, — сказал Артур.

— Чего же ты ожидал увидеть? — поинтересовался Гарри.

— Ну, не знаю, — сказал Артур. — Фабрики по производству оружия судного дня. Черное небо, затянутое дымом, и марширующие под кровавыми знаменами легионы орков. Одним словом, Мордор.

— Как раз логичнее всего спрятать фабрики под типичной пасторалью, — сказал Гарри. — А орки, насколько мне известно, тут вообще не при делах, Элронд теперь делает ставку на механизмы, которые сам и клепает на коленке.

— Что ставит под вопрос его статус Вычислителя.

— Скорее всего, у того, что он него осталось, уже нет этого статуса, — сказал Гарри. — А что касается Мордора, то пусть тебя не обманывает эта пастораль. Чаще всего Мордор скрывается именно там, где ты меньше всего рассчитываешь его встретить.

— Весьма философская сентенция, — сказал Артур.

Гарри выпустил из легких клуб дыма и затушил окурок ботинком.

— А иногда Мордор — это мы.

***

Они дождались дилижанса, купили билеты и теперь в относительном комфорте катили по дороге к самой, возможно, грандиозной драке в их общей карьере, и их до сих пор никто не попытался убить, что ничуть не беспокоило Гарри, но выводило Артура из себя. Конечно, может быть, всему виной то, что они изначально нацепили на себя амулеты анонимности и плащи пилигримов (плюс пятьдесят к умению проповедовать и изрекать прописные истины), но Артур полагал, что искусственный интеллект, не гнушающийся открывать сезон охоты на богов и императоров, такими фокусами не обмануть.

И с каждым намотанным на колесо дилижанса безопасным километром пути он все тверже убеждался, что они едут в ловушку.

— Не стоит недооценивать врага, — сказал Гарри после того, как Артур поделился с ним своими сомнениями. — Но не стоит и его демонизировать. Вряд ли кто-то может ожидать, что смертельная угроза катит к нему в рейсовом дилижансе.

— Но он же искусственный, блин, интеллект, — напомнил Артур.

— Ну да, — согласился Гарри. — Поэтому нам и нужно поступать нелогично.

— Но почему нас не ждали на входе? Или ты думаешь, что он на самом деле нас не опознал?

— Может быть, не опознал, — сказал Гарри. — А может быть, все его вычислительные мощности сейчас уходят на то, чтобы придумать план по противодействию внезапно воскресшему физруку, которого он уже успел сбросить со счетов. А это, как ты понимаешь, задача не из простых.

— Как насчет того, что не стоит демонизировать физруков? — осведомился Артур.

— Он, между прочим, бог, — сказал Гарри.

— Ты тоже без пяти минут бог, — фыркнул Артур. — Божественности тут такие запасы, что ее раздают всем подряд.

— Тебе тоже поступали такие предложения?

— Чур меня, — сказал Артур. — Учитывая мой класс, это ж миры разрушать придется, нафига мне такая морока?

К вечеру их дилижанс вкатил в ворота постоялого двора, и кучер объявил, что лошадям нужен отдых, а уж ему и подавно. Хилый поток пассажиров неспешно и немного кряхтя выполз на траву, а Гарри закурил сигарету и решил приступить к опросу местного населения. Под это описание как раз подходил столетний дед, который помогал кучеру распрягать лошадей и задавать им корма.

— А что, отец, — обратился к нему Гарри. — Ничего странного в последнее время в округе не происходило?

— Как не происходить, когда происходило, — ответил дед, отвлекаясь от своего занятия и меряя Гарри оценивающим взглядом. Борден повертел в пальцах золотую монету.

— Аккурат этой ночью и происходило, — сказал дед. Гарри кинул ему монетку, старикан ловко поймал ее одной рукой, попробовал на зуб, удовлетворенно хмыкнул и спрятал в карман. — Гремело страшно почитай, что полночи, и огненные всполохи во все небо.

— А где это происходило? — поинтересовался Гарри.

— Аккурат в соседней долине, — сказал старикан и махнул рукой. — Там, за горой.

— И что это был за грохот?

— Как будто боги лупили своими божественными колотушками в гигантские пустые демонические кастрюли, — фыркнул старикан. — Откуда мне, старому крестьянину, знать, как правильно описывать грохот? Это было громко, да и все.

— А что находится в соседней долине? — спросил Гарри.

— Раньше там гномы жили, — сказал старикан. — Нормальные ребята, работящие, хотя и низкорослые и пива пьют не в меру, а как напьются, так и начинают бородами мерятся. Нормальные соседи, кстати говоря, никогда мы с ними горя не знали. Но пару лет назад свалилась на них страшная напасть…

— Чума? — попытался угадать Артур.

— Хуже, — мрачно сказал старикан. — Политика. Явились к ним посланники из другого гномского поселения и разнесли эту страшную заразу, так что гномы всем кланом снялись с насиженных мест и отправились мировую системную революцию совершать. Ну, или еще какую гадость, я в эти подробности особливо не вникал.

— Значит, там остались разветвленные подземные коммуникации, — констатировал Гарри. — И кто же пришел в долину после гномов?

— А шут его знает, — сказал старикан. — Как гномы ушли, торговля, стало быть, с ними прекратилась, а без торговли нам в той долине делать нечего.

— Неужели ж у вас в округе любопытных не нашлось? — спросил Гарри.

— Любопытные у нас долго не живут, — мрачно сказал старикан. — Любопытные в другие миры уходят, там, говорят, жизнь совсем иная и много всяческих диковин встретить можно. Конечно, кто-то из местных в долину ходил, но…

— Никто не вернулся? — попытался угадать Артур.

— Тебя что, в детстве оглоблей ушибло? — ласково и немного сочувственно поинтересовался крестьянин. — Ежели бы оттуда никто не вернулся, таким делом бы сразу местные власти заинтересовались, и тогда бы все точно знали, что там, в той долине, обитает. Все они вернулись, просто рассказывают разное, но сходятся в одном. Ничего интересного там нет.

— И это ни у кого никаких подозрений не вызвало? — поинтересовался Гарри. — В смысле, что показания очевидцев расходятся?

Теперь старикан с сочувствием посмотрел уже на него.

— А ведь сначала казался нормальным, — пробормотал он. — Ты что, забыл, в каком мире живешь? Тут же постоянно кто-то возвышается, а кто-то падает, и нормальному человеку след держаться от всего этого подальше, чтобы возвысились не за его счет и упали не ему на голову. Не мешает жить, и ладно.

— Тоже позиция, — согласился Гарри.