Заставила себя съесть всё, хотя нервный комок, застрявший в горле, отбивал аппетит. Очистила посуду бытовым заклинанием, а парни собрали вещи и занесли в шатёр.

— Ого, тут у вас гнёздышко! — донесся из него одобрительный голос Тристана.

Я покосилась на папу, но он как ни в чём не бывало готовился убирать тент, старательно стряхивая с него дождевые капли, стуча длинной палкой по крыше.

— Тея, у меня тоже на сердце тяжесть, — неожиданно подкравшись и взяв меня за руку, прошептала Мари. Её пальцы были холодными. — Думаю, на нас так влияют вечные сумерки. Давай постараемся не поддаваться влиянию Палюса.

Я кивнула как можно бодрее, стараясь вдохнуть в себя и в неё по капле уверенности.

— Ты совершенно права. Прости. Тебе, наверное, ещё и моё настроение передаётся. Всё, я больше не буду поддаваться мрачным мыслям! Клянусь!

Под тент скользнул Карсиан.

— Мы ушли недалеко от того непонятного объекта, и думаю, что нас видно с вышек, — сообщил он погромче, чтобы и парням в шатре было слышно. — Однако озеро небольшое, и чуть левее на берегу есть пропускная арка. Пройдём её, и потом, если всё будет спокойно, пойдёте в шатёр.

Парни быстро вышли и принялись сворачивать лагерь, а Карсиан убрал шатёр в артефакт (его ладонь на миг озарилась тусклым свечением) и положил в карман. До мы арки пошли без вещей, налегке, постоянно неосознанно озираясь.

— Нет, я не пойму, почему раньше про эту прекрасную романтическую норку не знал? — с притворным возмущением бурчал по дороге Тристан.

Я прекрасно понимала, что он пытался разрядить обстановку, потому что, как и все мы, ощущал гнетущую тяжесть Палюса.

— О, смотрите — колония слизней куда-то прям бегом бежит! — вдруг радостно воскликнул Леон и махнул рукой в сторону холма, с которого мы вчера спустились.

Я только краем глаза заметила какое-то маслянистое пульсирующее движение в серой траве, но смотреть туда не стала. Слизни — бе-е-е, аж дрожь пробирала при одной мысли об их холодной липкой плоти.

— Видимо, свежую падаль учуяли. Я читал, что они вытягивают из свежих трупов остатки энергии и света, — выдал умную мысль Апрель, щурясь.

И как с ними, да со всей этой мрачной обстановкой, сохранять позитивный настрой? Прямо зла не хватает!

К счастью, вскоре показалась пропускная арка — точно такая же, как те, которые мы уже прошли. Как только мы приложили к ней жетоны, увидели, что за ней начинается почти непролазный лес, в котором царил ещё более глубокий полумрак.

— Очень удачно. Сплошная тень. Заходите в шатёр, — оглядевшись быстрым оценивающим взглядом, сказал Карсиан.

— Только если вдруг что-то интересное встретишь, нас не забудь достать, — попросил Леон, уже направляясь к разворачивавшемуся убежищу.

— И футляр возьми на всякий случай. Пока мы по стрелке идём, но с ним тебе будет проще не сбиться, — протянув коробочку, сказал папа, и в его глазах читалась невысказанная тревога.

А я плюнула на все приличия, подошла, обняла Карсиана за шею и поцеловала в губы. Запах его кожи и дорожной пыли заставил на миг зажмуриться от удовольствия.

— Пожалуйста, будь осторожен, — прошептала я, заглядывая Карсиану в глаза.

Он сжал меня покрепче, поцеловал сам — коротко, но сильно — и ответил тихо, чтобы слышала только я:

— Я буду осторожнее, чем это вообще возможно, ведь от меня теперь зависит твоя жизнь.

Я благодарно прикрыла глаза и кивнула. Нехотя оторвалась от любимого мужчины и поспешила вслед за друзьями в шатёр. Нас ждал незабываемый опыт перемещения, находясь в пространственном кармане, в кармане его высочества, который будет перемещаться с помощью особых пространственных переходов — теней. Улёт!

Может, зря я так плотно позавтракала?

Карсиан

Я видел этих слизней, когда ходил оглядеться. И меня, в отличие от них, в ту сторону вообще не тянуло. Наоборот, как будто отталкивало — сработал какой-то глубинный древний инстинкт. И раз наш умник говорит, что эти твари любят свежую мертвечину, значит, можно сделать вывод, что вампирское чутьё подсказывает мне исключительно полезные вещи. Мертвец для кровопийцы — добыча пустая и холодная, совершенно не интересная, а вот живые люди, их горячая яркая аура — даже очень. Естественно, меня не тянуло испить чьей-то кровушки — я ведь человек, — но к аркам притягивало именно потому, что они открывали проход к другим людям, к островкам жизни в этом безрадостном месте.

Повесив коробочку с бесценным шатром на шею (в кармане стало страшно держать — вдруг выпадет), я прислушался к себе. Внутри будто натянулись три невидимые струны, и каждая звучала на своей ноте. Тянуло меня в три разные стороны — в какую-то сильнее, в какую-то меньше. Решил, что это зависит от отдалённости источника. Но перемещаться, чисто основываясь на смутном зове, — не дело. Открыл футляр, чтобы свериться со стрелкой, потом достал карту, пытаясь определить, где нужные мне горы. К сожалению, в их сторону тянуло слабее всего, а это значило, что ведущая к ним арка находится далеко, возможно, искать её придётся долго.

Я ушёл в тени — в густую, почти осязаемую прохладу между мирами. В лесу хорошо тем, что темно и полно нужных мне троп, а плохо тем, что слишком много деревьев, и тропы петляют. Так просто и быстро, как бы хотелось, большие пространства не перемахнёшь — приходилось выныривать, чтобы сориентироваться, и снова погружаться в поток. В итоге переходил часа два без перерыва, пока не ощутил изменение: лес редел. Наконец, я оказался на его краю, и зов арки здесь усилился.

Вглядевшись в очередное бескрайнее поле высокой седой травы, я разглядел вдалеке долгожданный артефакт. Хотел сразу одним броском переместиться к нему, но вовремя задумался: а вдруг за аркой опять какой-нибудь охраняемый объект, и сотрудники имеют стейтонские приспособления, позволяющие видеть через иллюзии? Вот будет номер, если прямо на их глазах сначала материализуюсь я, а потом ещё и толпа моих спутников. Нет уж. Лучше выпустить их здесь, в относительной безопасности под покровом леса. Заодно смогут, кому надо, в кустики сходить.

Снял коробочку с шеи, положил на землю в центре небольшой лесной проплешинки и активировал. Шатер  беззвучно развернулся.

— Карсиан, меня так растрясло! И, видимо, поэтому случилось видение! — вылетела первой из шатра Алтея с бледным лицом и полными разных эмоций огромными глазами.

— Прости, я старался не сильно трясти, — пробормотал я, чувствуя укол вины.

— Да это ерунда! Паучихины дочки тут, на Палюсе! Я видела, как они в полосатых пижамах напали на телегу, убили двух аборигенов, обчистили их и с каждого слили кровь! А ещё у них одинаковые кинжалы, чем-то похожие на «Последнюю Надежду», но тоньше. Как будто оригинальный клинок распилили вдоль пополам! Сестры их в своих причёсках прячут! — выпалила Алтея на одном дыхании, хватая меня за руку и сжимая ее от переизбытка чувств.

И вот как-то сразу логическая цепочка выстроилась, и я понял, куда ползли слизняки. К свежим трупам.

— Значит, всё же водоросли на эльфийском артефакте появились не просто так, — сделал правильный вывод мой будущий тесть, и его лицо превратилось в суровую каменную маску.

— Выходит, у нас очень мало времени. Как только они свяжутся с матерью, как только она поймёт, что мы все тут, она сразу откроет на нас охоту, — мрачно предположил Тристан, с досадой пнув пенёк.

— А меня больше странные кинжалы в их руках пугают, — протянула Мари, обнимая себя за плечи, будто внезапного озябла.

Дело и вправду со всех сторон паршивое. Но нам поздно бежать и прятаться. Война уже началась.

— Там пропускная арка, — махнул я рукой в сторону, собираясь с мыслями. — Не знаю точно, как работает артефакт и пропустит ли меня с вами, пока вы в шатре. Давайте сделаем так: вы подождёте здесь, я быстро перемещусь, посмотрю, что за аркой, и вернусь. Тогда и решим, как её пройдем.