— А когда мы сказали, что не можем взять на борт неведомый груз из-за его возможной опасности, нам показали, что в ней, — так же многозначительно продолжил его слова Апрель.

— И там часть древних летописей ушедших. На драконьем языке. Их раздобыли по заказу писателя для работы над новой книгой.

— Хотим попробовать их перевести. Вдруг вычитаем что-то интересное.

— Вы знаете драконий? — удивился отец.

Апрель зарделся от чувства собственной важности и кивнул, но потом мотнул головой и пояснил:

— Я люблю возиться с разными необычными артефактами. Вот, к примеру, тот же технарский кристаллограф я весь разобрал и, поняв принцип работы, усовершенствовал. Но помимо современных я искал и древние артефакты, так вот у меня есть основания полагать, что один из них — переводчик. Им активно пользовались ушедшие, чтобы общаться между собой, ведь у каждой расы был свой язык. Хотим проверить, работает он или нет.

— Тогда от всей души желаем вам удачи и интересных открытий, — сказал папа и нетерпеливо глянул на нас с Мари.

Уходить из прохладной кают-компании не хотелось, потому пришлось себе снова напомнить, что делом мы занимаемся не шуточным, и даже принудительно воскресить в памяти ужасное будущее, из которого мне удалось сбежать.

— Удачи! — пожелала я парням и решительным шагом двинулась на палубу.

Отец и Мари пошли за мной.

— Возьмём извозчика. Есть в это демонском пекле извозчики? — проворчал папа, когда мы дошли до трапа, но успели вспотеть.

На наше великое счастье рядом с дневальным стоял старший помощник Верещагин. Он услышал слова моего отца, да и наш внешний вид, видимо, вопил о нежелание спускаться на пристань.

— Вы что-то хотели докупить на острове, граф? Незачем делать это самим. Отправим ребят из команды, — предложил он, широко улыбнувшись.

Я была готова его расцеловать, а отец схватил большую ладонь Верещагина и затряс в благодарности.

В итоге в Храм Предков за свечами и священнопесенниками отправились матросы, а мы с радостью присоединились к Леону, Апрелю и старинным свиткам.

Карсиан

Немного мешало чувство вины, возникшее из-за того, что я выдохнул с облегчением, когда Алтея решила остаться на Центрине. Не то чтобы мне было чего стыдиться или я собирался что-то от невесты скрывать. Просто пришлось бы подробно объяснять, откуда я знаю половину Эузиноцея, а время поджимало. К тому же Мариэлле на этом острове точно делать нечего, даже если по сути ей девятнадцать лет. Не удивился бы, если бы мои знакомые «эльфийские жрицы» задали мне логичный вопрос: что делает ребёнок в подобном месте?

В общем, чувство вины я прогнал и спустился в подводный тоннель, соединяющий два острова. К счастью, там царил полумрак, и переход тенями занял не больше минуты. На выходе меня встретила привычная картина: дожидающиеся денежных клиентов блудницы, зазывалы казино, торговцы всякой ненужной всячиной, вербовщики бойцов для сражений на арене и ушлые гиды по достопримечательностям. Но, увидев меня, они поскучнели и приняли расслабленные позы — так уж вышло, что на Эузиноцее я частенько бывал и успел примелькаться. Местные прекрасно знали, что им нечем меня удивить.

По небольшому острову обычно все передвигались своим ходом, но для тех, кто торопится, на парковке у тоннеля можно было арендовать самоезд — доски на колёсиках с рулём на магической тяге разгонялись до приличной скорости, и для них имелись отдельные дорожки. А вот использовать порталы и другие магические способы передвижения, типа моих теней или левитации, здесь строго запрещалось. Якобы это вредило естественному фону Эузиноцея, и нарушителей ждал запрет на посещения.

Я арендовал самоезд и покатил в «Вечный лес» — огромное развлекательное заведение, обустроенное под эльфийский город при помощи иллюзий, пространственных расширений, древних артефактов и живых редчайших растений, половину которых больше нигде не отыскать.

Домчал, кивнул знакомым охранникам — меня даже не попросили показать входной абонемент — и переступил порог, будто в другой мир.

Эльфийский город — это лес с аккуратно подстриженной травой и домами на огромных деревьях, наполненный пением птиц и запахом цветов. По тропинкам здесь ходили фальшивые эльфы и эльфийки с острыми иллюзорными ушами, длинными сложными косами и в таких откровенных нарядах, в которых настоящие эльфы вряд когда-то ходили бы по лесам.

— Карсиан, давно тебя не было! — хрустальным голоском крикнула одна из трёх жриц, сидевших на резной скамье у фонтана в ожидании клиентов.

— Жаниэль ходит печальная в последние дни, — заметила другая.

— Мы думаем, это потому что она по тебе тоскует, — добавила третья.

Имён девушек я не знал, а вот Жаниэль — это хозяйка заведения, и в том, что она все глаза проглядела, дожидаясь меня, я глубоко сомневался.

— Где найти Жаниэль, не знаете? — спросил с приветливой улыбкой.

— Минут тридцать назад поднималась в административный шалаш.

— Ты найдёшь её там, Карсиан.

Я кивнул и поспешил вглубь леса к знакомому дому на дереве. Легко взлетел по плетённой лестнице и постучал.

— Войдите, — раздался из-за двери знакомый голос самой главной фальшивой эльфийки, и страдающим он мне вообще не показался.

Толкнул дверь и, шагнув через порог, обнаружил Жаниэль за письменным столом среди папок с отчётами и бухгалтерских книг, всё такую же светловолосую, синеглазую и сияющую радушием.

— Приветствую, светлейшая дочь леса, — отвесив поклон, церемониально поздоровался я.

Хозяйка заведения так давно носила свой образ, что полностью вжилась в роль и обижалась, если ей напоминали, что она человек.

— О, Карсиан, прекрасный принц тьмы и метаморфоз, как я рада тебя видеть! — воскликнула Жаниэль и вскочила из кресла, эффектно откидывая на спину косы. — Где же ты пропадал? Я проливала хрустальные слезы в разлуке!

Еле удержался, чтобы не поморщиться. Играть в её игры не было ни времени, ни желания, но и обижать женщину, которая способна мне быстро помочь, нельзя.

— Жаниэль, у меня большие проблемы, и мне нужна настоящая эльфийская помощь. Повторяю, не спектакль, а все твои полученные от ушедших эльфов способности, — сказал я предельно серьёзно.

Хозяйка «Вечного леса» сморщила носик и посмотрела на меня, подозрительно сощурив глаза.

— То есть ты нас забыл не потому, что помолвился с какой-то имперской аристократкой? — уточнила она капризно.

Слухи на Эузиноцей прилетали быстро.

— Всё гораздо сложнее. Ты разве не знаешь о том, что к нам приезжала делегация из Стейтона?

— Не вижу связи, — пожала плечами Жаниэль. — Стейтонцы — отличные парни, привыкшие сорить деньгами. К тому же их техномаги придумывают кучу полезных безделушек. Люблю их всей душой.

— Согласен! Парни у них отличные, а вот президентша Хиллар... Эта женщина не внушает мне доверия и вообще она страшная. На вампиршу похожа, — выдал я демонстративно скривившись.

Уповал на всем известную древнюю взаимную неприязнь между эльфами и вампирами, а ещё на личное презрение Жаниэль ко всему женскому полу, обитавшему за пределами её «Вечного Леса».

— К счастью, мне не довелось с ней встречаться вживую, но я видела её портреты и уверяю тебя, дорогой, на вампиршу она ни капельки не похожа, — усмехнулась Жаниэль, усаживаясь обратно в своё кресло. — Чтоб ты знал, вампирши были почти такими же прекрасными, как эльфийки, но суть моих далеких предков — жизнь, а у их извечных противников — смерть.

Сразу вспомнились дочки паучихи, и я был вынужден признать её правоту: девушки и правда внешность имели обворожительную.

— А на кого же тогда похожа эта женщина, по-твоему? — спросил я, думая, как ещё можно объяснить свою странную просьбу.

— На вампирского голема она похожа, — со знанием дела заявила Жаниэль. — Они ведь были теми ещё затейниками и создавали себе чудовищ, способных сражаться вместо них.