Суть ясна. Я начал закипать. Если паучиха решила, что сможет наводнить мой корабль своими людьми, — она сильно ошибается.— Ни один стейтонский техномагистр любой направленности не будет допущен на борт «Парящего», — рыкнул я.— Ох, ваше высочество, простите, я опять не так выразился! Никаких техномагистров на вашем корабле не будет! Но вам придётся взять на борт леди Лару и леди Хейли Тонклин, дочерей госпожи президента. Это гарантирует нашу непричастность к любым возможным происшествиям. А юные леди не имеют отношения к техномагии. Вы сами можете в этом убедиться, — сказал главный в представительстве чиновник и, развернувшись к стоящим в сторонке клеркам, поклонился.

Из недружного строя выпорхнули две одинаковые девицы лет восемнадцати — двадцати, совершенно не похожие на паучиху, и только тогда я их заметил. До этого мне показалось, что нас встречают исключительно мужчины. Как так получилось? Проблемами со зрением я не страдал, а значит, дело плохо.

Девушки синхронно присели в реверансах и потупили взгляды, натянув на губы смущённые улыбки. Скорее всего, искусственные, потому что скромницы не носят едва прикрывающие нижнее бельё пышные юбки и глубокие декольте. А я был вынужден признать, что дочурки паучихи — настоящее опасное оружие. Свежие, хороши собой и явно одарены какой-то тщательно скрытой силой. Я мог руку на отсечение дать, что магии в них действительно не окажется, даже если снять все артефакты. Но это не говорит о том, что силы нет. Это говорит лишь о том, что она необычная. Где паучиха их взяла, хотелось бы мне знать. Явно не сама родила.

— Мы рады знакомству, ваше высочество, — пропела одна из двойняшек.— С вами и с вашей невестой, — добавила другая.— Матушка много о вас рассказывала.— Мы очень обрадовались, что нам выпала честь сопровождать вас в Стейтон.

Я непроизвольно взял за руку Алтею и сжал её ладонь. Нет, я не напоминал себе, что у меня есть невеста. Я это помнил и не боялся чар дочек паучихи. В тёплой и нежной руке своей любимой я как будто искал подсказку, что мне с этой двойной обузой делать. Отказать вот так прямо в лоб нельзя. Хиллар открытым текстом заявила о том, что только её шпионки на нашем корабле гарантируют его безопасность. Но и пускать их на борт чревато неприятностями. Уверенным я могу быть только в себе. Ну и в отце своей невесты. Тристан, Леон и Апрель вполне могут пасть жертвами чар этих прелестниц.

Алтея едва заметно сжала мою ладонь в ответ.— Мы тоже рады с вами познакомиться и будем счастливы принять вас на борт, — сказала она, заставив меня покоситься на неё недоверчиво. — Единственная просьба — надеть траурные платья. «Парящий над бурей» — суверенная территория Великой Империи, а у нас объявлена глубокая скорбь. Мы соблюдаем все обязательные ритуалы, так что заранее вынуждены принести извинения за будущие неудобства.

Я чуть при всех Алтею не обнял и не поцеловал. Какая же она у меня идеальная! Умная, красивая, здравомыслящая. Траурные ритуалы — это прекрасная возможность держать шпионок паучихи под контролем. Ведь они понятия не имеют, какие именно у нас положены ритуалы для проявления высшей степени скорби. Все потому что их и вовсе нет. То есть мы сейчас вернёмся на «Парящий» и быстренько их придумаем.

Из положительного: я впервые услышала в голове чёткий голос Мари.— Паучихины присоски, чтоб мне провалиться! — воскликнула она с чувством, но услышала это только я.

Дочурок паучихи мне довелось встретить лично всего пару раз, но этого хватило, чтобы поверить во все ходящие в народе о них слухи. Называли их по-разному: присоски, кровососки, паучьи лапки и даже жвалы. Всё потому, что девушки не просто проявили в себе отголоски магии вампиров, но и подражали этой давно ушедшей расе. Сейчас они выглядели невинными куколками, но в моих воспоминаниях эти девицы выбеливали лицо, обводили глаза густой чёрной подводкой, пользовались алой помадой и... пили человеческую кровь, хотя по сути в ней не нуждались. Вспомнилось, что Майкл как-то раз с раздражением мне выдал, будто бы кровь никак не усиливает девушек, и их зловещий имидж только вредит его работе с населением. Не знаю, правда это или нет, но люди действительно боялись дочерей Хиллар и винили их во многих бедах, включая падёж скота.

Я понятия не имела, на что именно они способны и чего нам от них ждать во время плаванья, но Карсиан взял меня за руку, и я поняла, что он в ещё большей растерянности, чем я, поэтому пришлось быстро реагировать. Я на ходу придумала, как их задержать в представительстве, чтобы выкроить время.— Помимо траурных нарядов вам придётся взять с собой запас свечей из Храма Предков, ну а про карманный свещеннопесенник говорить не буду, он у всех добропорядочных девушек всегда в кармане, — сказала я, вложив в голос побольше радушия.Но улыбаться не стала. Мы же в скорби.— Да-да, конечно. На сборы нам понадобится не больше часа, — сказала одна из двойняшек.— Здешний повар готовит удивительные эклеры. Вы не успеете ими насладиться, как мы будем готовы, — добавила вторая.

Дочки Хиллар изо всех сил старались не показать замешательства, но я заметила, как они быстро переглянулись, и по их милым мордашкам пробежала тень.— О, не стоит торопиться. Собирайтесь неспеша. Мы всё равно хотели пройтись по Центрину. Ждём вас на «Парящем» через три часа, — отказался от угощения Карсиан. — Тогда и пропуск к Стейтону ждём вместе с вами. Всего хорошего.

Мы с Мари дружно присели в реверансах, Карсиан склонил голову и даже ответных прощаний выслушивать не стал — вывел нас на крыльцо.Остановился, как будто принюхался, мотнул головой и потянул скорее спуститься со ступенек и выйти на пустую проезжую часть под палящее солнце, где нет и намёка на тень.

— Думаешь, вампиры способны растворяться в темноте? — пробурчала Мари. — Что они вообще умели делать? Чего нам бояться?— Я точно не знаю. У меня много каких сил намешано, поэтому сложно определить что именно даёт мне такую возможность, но лучше подстраховаться, — ответил ей Карсиан.— Осталось придумать, как именно их обезвредить, — вставила я. — Паучиха не просто так их нам навязала.— И на всё про всё у нас три часа, — угрюмо напомнил его высочество.— Помню, у нас в деревне на окна и двери вешали чеснок для защиты от вампиров.— Предлагаешь забить корабль чесноком? — хохотнул Карсиан.

Я тоже хихикнула. Это было явно нервное, а на самом деле никто из нас не имел ни малейшего понятия, как контролировать паучьих шпионок.— Скажем, что так у нас в империи положено выражать глубокую скорбь, — с нервным смешком подтвердила Мари.— Кстати, зря смеешься. Алтея замечательно придумала с ритуалами. Осталось найти то, что их будет ослаблять, и повторять это как можно чаще.

— Посторонись! — раздался громкий оклик, и мы были вынуждены поспешно вернуться с пустой проезжей части на тротуар, в толпу прохожих, под тень гигантских пальм из кадушек.

А там уже стало не до разговоров, так что до самого «Парящего» мы шли молча.— Кто-то из наших спутников уже вернулся? — спросил у дневального Карсиан, едва мы поднялись на палубу.— Так точно! Герцог Вольный и граф Бузинский в кают-компании с капитаном, — доложил матрос.

Наверное, отходят от влажной духоты острова за ледяным чаем. Мне сразу же нестерпимо захотелось присоединиться к ним. И точно: едва вошла в корабельную гостиную для пассажиров, стало легче дышать — внутри работал северодуй. Но на Карсиана прохлада благотворно не подействовала, потому что он прямо с порога заявил:— Скоро на борт поднимутся две дочки паучихи с вампирской направленностью дара. Понятно, что мамаша отправила их к нам не просто так. Но это полбеды. При них мы не сможем воспользоваться «Невидимкой». Мы уже предприняли кое-какие меры безопасности: сообщили, что на «Парящем» глубокая скорбь и обязательные, присущие ей ритуалы. Так вот, мне только что пришла в голову замечательная идея: что если подсунуть им вместо псалмов из священнопесенника медитации ушедших эльфов? Трис, ты ведь на их основе делал свою «Грезу». Что если таким образом оборвать их связь с реальностью?