Я не хотел рисковать. Однако Алтея резко мотнула головой и сделала твёрдый шаг ко мне, упрямо подняв подбородок.

— Нет. Не расходимся даже на короткое время. Все вместе идём к арке. Тем более нам не помешает размяться и магию на случай боя разогнать.

И как бы мне ни хотелось свою невесту спрятать от всех бед у себя на груди, я был вынужден с ней согласиться. В бой действительно лучше вступать, хорошенько размявшись и настроившись. Я не исключал, что нам придётся весь Палюс вскоре вдребезги разнести вместе с его дурацкими лабиринтами.

— Я чувствовал себя рыбёшкой в консервной банке, которую несёт в авоське малолетний недотёпа! — сообщил Тристан, разминая ноги.

— Почему малолетний недотёпа? — беззлобно уточнил Карсиан.

— Потому что он размахивал сумкой и глазел по сторонам, — пробурчал Тристан, с хрустом выпрямляя спину.

Наш отряд «консервированных рыбёшек» понимающе рассмеялся.

Я ход мыслей великого герцога Вольного прекрасно понимала — даже на «Парящем над бурей» не было такой качки, как в шатре. Нас мотало из стороны в сторону, подбрасывало и роняло, словно Карсиан не перемещался тенями по твёрдой земле, а отплясывал джигу на палубе рыбацкой шхуны в девятибалльный шторм. Пришлось фиксировать своё положение в шатре магией — кто прилипал к стенкам, кто вцеплялся в мебель, а Леон просто лёг на пол и прижался к нему всем телом, заявив, что это «оптимальное распределение нагрузки». А меня аж до видения растрясло.

Вспомнила о нём и нахмурилась. Веселье весельем, а перед глазами всё ещё стояли две фигуры в окровавленных пижамах и блеск кинжала, разделённого надвое.

— Давайте ускоримся. Чует моё сердце, что сестрицы найдут способ нас обнаружить и быстро нагнать.

Веселье разом прекратилось. Отряд дружно выступил из леса на открытую местность — арка виднелась метрах в пятистах от нас, тёмная и неприветливая на фоне серого неба вечных сумерек.

— Мы близко к горе. Должны успеть, — подбодрил Карсиан.

Мы ускорились, на ходу разгоняя магию по затёкшим каналам. Лично я выполняла простейшую, но отлично работавшую на протяжении несметного количества веков дыхательную гимнастику Владыки драконов: вдох, три коротких довдоха, задержка и длинный выдох. Магия послушно растекалась по жилам, прогоняя онемение и тупую боль в висках, оставшуюся после видения.

Рядом пыхтела Мари, повторяя за мной. Апрель просто тряс руками и, судя по искрам, срывавшимся с его пальцев, ему это вполне помогало.

Я не заметила, как мы дошли до арки. Приложили пропускные жетоны… и произошло нечто странное: иллюзия спала, воздух перед нами дрогнул и разошёлся, как занавес, но вместо того, чтобы явить нам гору, мы вышли к развалинам древнего города.

Я остановилась, не веря глазам. Гряда по-прежнему виднелась где-то вдали, за крышами мёртвого города, вообще не приблизившись. Теперь между нами и ней лежал ещё и целый лабиринт из руин.

Каменные стены, изъеденные временем, провалившиеся крыши. Улицы, заросшие чем-то чёрным и блестящим — не мхом, не плесенью, а чем-то живым, медленно пульсирующим в вечных сумерках.

— Стрелка в футляре ведёт нас в противоположную сторону, то есть мы на правильном пути, — задумчиво произнёс отец, оглядываясь по сторонам.

Он держал раскрытый футляр на ладони, и тонкая золотая стрелка подрагивала, указывая туда, откуда мы пришли.

— Смотрите! — воскликнула Мари, указывая рукой на ближайшее полуразрушенное здание. — Это что за монстр?!

Что-то огромное, серое и жуткое пряталось за стеной, выставив наружу бугристый бок размером с карету. Мы замерли, а оно шевельнулось и показало длинный алый язык, влажно блеснувший в тусклом свете. Мари шарахнулась назад и вцепилась мне в локоть. Леон потянулся к поясу, где у него висел какой-то полезный артефакт.

Карсиан оторвал взгляд от своей карты и задумчиво потёр переносицу.

— Это тоже иллюзия. Нас пугают, а значит мы идём правильно. Надо следующую арку искать, и она близко. Где-то там, — его высочество кивнул в сторону левого края развалин и первым пошёл туда, словно его тянула незримая нить.

Мы поспешили за ним. И точно! Обогнув призванную отпугивать любопытных иллюзию с монстрами, мы увидели пропускную арку. Однако она сильно отличалась от тех, что мы уже миновали. Те были каменными, грубоватыми, явно рукотворными. Эта — словно выросла из земли сама по себе. Витые чёрные столбы, испещрённые символами, которые не столько были вырезаны, сколько проступали изнутри, как вены под тонкой кожей. И воздух в проёме арки не дрожал, а застыл, как тёмное стекло.

— Эта штука как будто древнее, — протянул Апрель, не забывая всё фиксировать на кристаллограф.

— И что-то мне подсказывает, что она нас не пропустит, — пробормотал мой отец.

— Выставьте щиты, — скомандовал Карсиан.

Магическая защита мгновенно вспыхнула вокруг каждого из нас. Мы отличная команда! Карсиан достал свой жетон, шагнул к арке и приложил его к витому столбу.

Секунда тишины.

А потом нечто незримое отшвырнуло нас ударной волной метра на три. Щиты выдержали — не дали нам расшибиться, но арка стояла перед нами всё такая же непроницаемая. Тёмное стекло в проёме даже не дрогнуло.

— Наша цель сто процентов за этой аркой, — сделал единственно правильный вывод Карсиан.

Я повернула голову вправо и увидела, что мой жених лежит на траве совсем недалеко и смотрит на меня. Спокойно, внимательно, без тени паники. Как будто его только что не приложило магической ударной волной, а он просто прилёг отдохнуть и полюбоваться видами.

— Это сомнению не подлежит. Однако очень интересно, как скоро сюда примчатся войска технарей? — подал голос Апрель.

— Да, наверняка на арке стоит сигналка, — включился в разговор мой отец, отряхивая колени.

— Это значит, нам нужно действовать, пока они не явились. Надо как-то взломать арку, — выдвинул идею Леон.

— Нет, это сложно и долго. Предлагаю её иллюзорный щит, — решительно сказал Карсиан и сел на траве, скрестив ноги. — Думаю, что смогу. Дайте мне минутку подумать.

Карсиан встал. Мы тоже принялись подниматься, но быстрее всех оказалась Мари. Она буквально взлетела на ноги и завопила, тыча пальцем в Леона:

— Таран! Тебя в будущем будут называть Таран именно за то, что ты придумаешь способ ломать защиту технарей! Соображай давай!

Леон вздрогнул от неожиданности, но глаза его тут же загорелись. Наш умный друг поднёс к губам кулак, прикусил его, сделал два шага в одну сторону, два в другую — и выдал на одном дыхании:

— У драконов был огонь, способный расплавить что угодно. У демонов тоже был огонь, но иллюзорный. И у вампиров был огонь, но синий, ледяной. Я думаю, что таран — это смесь трёх огней. Я давно об этом уже думаю. С тех пор, как вы мне сказали, что я стану великим изобретателем, — произнёс так, как будто только и ждал повода с кем-то поделиться этими мыслями.

Мы переглянулись. Три наследия в одном ударе — звучало как что-то на недосягаемом, чуть ли не божественном. Из раздела «теоретически возможно, но не простым смертным».

Карсиан замер, словно заглядывая внутрь себя, прислушиваясь к чему-то, чего никто из нас услышать не мог. А потом поднял правую руку. Миг — и на кончиках его пальцев заплясали языки алого пламени. Драконий огонь. Жаркий, яростный, живой. Поднял левую — заиграли языки бледно-голубого огня. Вампирского, холодного, от которого воздух вокруг пальцев подёрнулся инеем. Но удивительнее всех были рыжие — они выплеснулись на траву прямо из глаз. Иллюзорные, демонские. Трава под ними не горела, но казалось, что горит — настолько убедительным был морок.

Три огня. Три наследия. Один человек.

— Осталось понять, как их объединить, — пробормотал Карсиан, разглядывая свои руки так, словно увидел их впервые.

— Вот бы Алтея умела пользоваться своей способностью множителя, — пробормотал себе под нос Апрель.