Я сделала глоток и вскинула подбородок.

— А кто сказал, что нет?

Мы были на полпути к тому, чтобы окончательно уклониться от светских бесед, когда Роуз внезапно напряглась.

— Не смотри сейчас, — прошептала она, вцепившись в мою руку, как скандализированная викторианская дама. — Но твой сексуальный босс-любовник только что вошел.

Естественно, я посмотрела немедленно.

Вот и он — Теодор Джонс, грозовая туча в смокинге. Формальный стиль сидел на нем как вторая кожа: четкие линии, безупречная осанка, спокойный авторитет человека, которому не нужно повышать голос, чтобы им восхищались. Но не только он заставил мой желудок предательски егнуть. С ним были еще три человека, двоих из которых я не знала.

Роуз тихо присвистнула.

— Кто это с ним?

— Это Харпер, — ответила я, кивнув на женщину слева от него. — Его ассистентка. Она буквально заставляет его мир вращаться. Наверное, говорит ему, когда пора поесть или сходить в туалет.

Роуз склонила голову.

— Выглядит так, будто она ест миллиардеров на завтрак.

— О да, так и есть, — пробормотала я.

— А он? — спросила она, взглядом указав на мужчину рядом с Тео.

Растрепанные каштановые кудри, дизайнерская щетина и та самая дерзкая улыбка, которая говорит: «Я флиртую с бабушками и выигрываю». На нем был темно-зеленый бархатный пиджак поверх черной рубашки, без галстука — будто он получил приглашение на гала и решил: «Я сделаю круче».

— Не знаю, — медленно произнесла я. — Тео упоминал лучшего друга, но мы не встречались. Возможно, это он.

— Ну, если это лучший друг, — прошептала она, — то сегодня мне просто необходимо принять пару неправильных решений.

— А девушка с ними? Она просто потрясающая.

Молодая, с большими любопытными глазами, копной кудрей и в летящем платье, будто только что вышла из арт-галереи. Она держалась рядом с Тео, но не как любовница, а скорее... защищающе.

— Понятия не имею, — сказала я.

— Она похожа на его сестру, — прищурилась Роуз. — Тот же взгляд, те же скулы.

Я кивнула.

— Похоже на то. Скоро узнаем.

— Нервничаешь? — спросила Роуз.

Я сделала долгий глоток шампанского и улыбнулась.

— Только по поводу всего на свете.

Она ухмыльнулась.

— Всё будет отлично. Ты выглядишь сокрушительно. Это всё, что имеет значение.

Тео шел через бальный зал так, будто владел здесь каждым сантиметром пола — что, технически, сегодня так и было. Он приветствовал спонсоров, улыбался для фото и пожимал руки с выверенным балансом власти и обаяния.

Когда он наконец дошел до нас, я как раз смеялась над чем-то, что шепнула Роуз. Его взгляд упал на меня так, будто он задерживал дыхание с той самой секунды, как я вошла.

Он улыбнулся, задержав взгляд на мгновение дольше дозволенного.

— Саманта.

— Мистер Джонс, — ответила я, и в моем голосе слышался одновременно тост и предупреждение.

— Позвольте представить вам кое-кого, — сказал он. — Это Нико.

Нико криво усмехнулся и приподнял воображаемую шляпу.

— Очень приятно. Мне сказали, что из нас двоих я тот, кто за веселье.

— Кто сказал? — пробормотала Елена с игривой улыбкой. — Звучит как выдумка.

Тео кашлянул, одновременно забавляясь и проявляя легкое нетерпение.

— А это моя младшая сестра, Елена.

— Привет, — тепло сказала Елена, протягивая мне руку. — Так вы та самая легендарная Саманта.

— Боже, — пробормотала я, пожимая руку. — Что он обо мне наговорил?

— Только хорошее, — пообещала она. — И, возможно, кое-что про столы.

Мои щеки вспыхнули, а Роуз поперхнулась шампанским.

— Это Роуз, моя лучшая подруга, — быстро вставила я, пытаясь сменить тему. — Мы здесь ради вечера и семейного времени.

— Семейное время, — эхом отозвался Нико, подмигивая Елене. — Мы теперь это так называем?

— Это лучше, чем «час сплетен и разбор травм», — парировала Елена.

Все рассмеялись и напряжение спало. Тео пробыл с нами недолго, до тех пор пока не появилась Харпер и что-то прошептала ему тем самым безапелляционным тоном, который идеально удается только ассистентам и старшим сестрам.

— Скоро вернусь, — сказал он, бросив на меня последний взгляд, прежде чем последовать за Харпер в толпу.

— Здесь всегда так? — спросила Елена, когда он скрылся.

— Ты про что? Смокинг, обаяние, томные взгляды? — уточнила я.

— Нет, — рассмеялась она. — Я про это напряжение.

— А, это, — фальшиво-невинно ответила я. — Всего лишь неразрешенная динамика власти и сексуальное прошлое в вечерних нарядах.

Она расхохоталась, чокнувшись со мной бокалом.

— Ты мне уже нравишься.

Мы разговорились, быстро поймав общую волну. Оказалось, что Елена художница иллюстрации и смешанной техники. Последние годы она моталась между Лиссабоном, Флоренцией и Копенгагеном. В ней чувствовался хаотично-нейтральный вайб в сочетании с глубокой добротой, которой я не ожидала. Тем временем Роуз и Нико вошли в собственную орбиту флирта. Полноценный, без капли скромности, с громким смехом, блеском в глазах и постоянными наклонами друг к другу.

Я наблюдала за ними, ухмыляясь.

— Они точно переспят, — шепнула я Елене.

— О, на все сто, — шепнула та в ответ. — Он наверняка уже выбрал свои лучшие боксеры.

Я чуть не выплюнула напиток. В ней явно чувствовалась порода Тео — умная, быстрая, обезоруживающая. Но, в отличие от брата, в ней не было этой расчетливой жесткости. Она была открытой и легкой. Если он — шторм, то она — море.

Звон бокалов и затихший шум толпы просигнализировали о начале официальной части.

— Похоже, гала официально начинается, — сказала Елена, сверяясь с телефоном.

— Мне пора к семье, — сказала я, поправляя платье. — Присматривай за Роуз, чтобы твой друг её не съел.

— Не обещаю, — усмехнулась Елена. — Она выглядит так, будто сама не прочь укусить.

— Так и есть, — подмигнула я. — Но только если он вежливо попросит.

Мы обе рассмеялись, и я вышла из нашего уютного уголка навстречу буре.

Как только я подошла к основной группе — Макс, Наоми, Кэмерон и Тео — воздух вокруг изменился. Он стал гуще, тяжелее. Будто всё невысказанное между мной и Тео вошло в этот круг вместе со мной. Наоми едва взглянула на меня, обсуждая с Кэмероном список лотов аукциона. Макс окинул меня редким мягким взглядом.

— Ты прекрасно выглядишь, Саманта, — сказал он негромко.

— Спасибо, Макс.

Тео не сказал ни слова, но его взгляд задержался на мне на секунду дольше положенного и этого было более чем достаточно.

Мой отец стоял под огромной люстрой, подняв бокал. Его голос был спокойным и властным, как всегда.

— Спасибо всем, что пришли. Фонд «Hayes» строился не только на бизнесе, но и на вере. Вере в перемены, в наследие и в будущее. Сегодняшний вечер — об этом будущем.

Он продолжал любезно, гордо и профессионально, упоминая работу фонда и эволюцию компании. Наоми добавила идеально выверенную речь, Кэмерон очаровал толпу. А я улыбалась, кивала и позволяла вспышкам камер ослеплять меня. Мы были воплощением власти, выдержки и тщательно подобранных дизайнерских нарядов.

И был Тео. Он стоял с той самой спокойной интенсивностью, которая была подвластна только ему. Его рука на мгновение коснулась моей поясницы, когда мы встали для группового фото. Я не смела пошевелиться, всё еще чувствуя тепло его пальцев на своей коже.

— Улыбочку, — прошептала Харпер из-за камеры, и я подчинилась.

Но я почувствовала, как он придвинулся ближе.

— Ты выглядишь потрясающе в этом платье, — пробормотал он так тихо, что слышала только я.

Я чуть повернула голову, не снимая улыбки.

— Осторожнее, кто-нибудь услышит, как ты флиртуешь со своим стратегом.

Его губы были у самого моего уха.

— Это моя компания, никто не смеет указывать мне, что делать или говорить.

Я тяжело сглотнула.

— Жду не дождусь, когда его сниму, — добавил он.

Я мгновенно вспыхнула, но мягко рассмеялась на камеру и прошептала в ответ: