Я всё еще пыталась хоть немного выровнять дыхание, когда приподнялась на локтях и посмотрела на него. Его тело раскинулось по смятым простыням, кожа раскраснелась, а грудь вздымалась от тяжелых, жадных вдохов. Он выглядел измотанным и совершенным одновременно. Я оседлала его одним плавным движением, проводя кончиками пальцев линию вниз по его груди. Его руки инстинктивно нашли мои бедра, сжимая их.

— Неужели мы идем на второй раунд?

— Если только ты не собираешься сдаваться, — усмехнулась я, наклоняясь ниже, чтобы прижаться губами к его челюсти и прошептать самое на ухо. — Мне всегда казалось, что такому мужчине, как ты, вовсе не требуется время на восстановление.

Он глухо застонал, закрывая глаза.

— Только не в постели с тобой.

Я дотянулась рукой между нами, снова направила его и опустилась на него одним томительно медленным движением. Его голова откинулась назад с резким шипением.

— Черт, Сэм...

Я замерла, пока не совершая никаких движений. Просто наблюдала, как он извивается под со мной, чувствовала, как он пульсирует глубоко внутри меня, позволяя напряжению между нами закрутиться в тугую спираль. Мне безумно нравилась эта власть над ним. Нравилось то, как он смотрел на меня снизу вверх. Будто я была единственной вещью во всем мире, которая имела значение. Затем он внезапно ухмыльнулся.

— Мне уже пора начинать придумывать стоп-слово?

Я рассмеялась, качнув бедрами лишь один раз, глубоко и очень медленно.

— Неужели ты всерьез думаешь, что тебе грозит опасность?

— Думаю, меня сейчас окончательно и бесповоротно погубят, — выдохнул он.

— Прекрасно, — произнесла я, и мой голос стал на несколько тонов тише. — Тогда держись крепче.

Я начала ритмично двигаться на нем. Сначала медленно, смакуя каждое мгновение, чувствуя, как он заполняет меня. Мои ладони упирались в его крепкую грудь, ногти невольно царапали кожу, пока я постепенно наращивала темп. Его руки крепко сжимали мои бедра, направляя и подбадривая меня, пока наш ритм не стал по-настоящему изнуряющим. Он толкался мне навстречу снова и снова; кровать скрипела под нами, а наши стоны сплетались в единую, дикую музыку. Мое имя звучало как проклятие на его губах, а его имя — как молитва на моих.

Трение, жар и этот обоюдный контроль — всё было ошеломляющим в самом лучшем смысле этого слова. И когда я снова достигла пика, это сопровождалось громким криком, я дрожала на нем всем телом, ощущая, как каждый нерв буквально искрит от перенапряжения. Я всё еще пульсировала вокруг него, когда он перехватил мои бедра, слегка замедляя мое движение, и его глаза впились в мои.

— Сэм... — выдохнул он, и его голос был хриплым от крайнего отчаяния. — Подожди. Я сейчас кончу, и мне нужно знать, могу ли я сделать это прямо в тебя?

Я кивнула, не в силах вымолвить ни единого слова от острой нехватки воздуха.

— Да. Я очень хочу этого.

Это было всё, что ему требовалось услышать. Он глубоко застонал и мощно толкнулся в меня в последний раз, удерживая меня на месте, пока изливался внутри. Его тело напряглось под моим до предела, а грудь тяжело прижалась к моей, словно огромная накатившая волна.

Мы оставались в таком положении какое-то время. Сплетенные, запыхавшиеся и окутанные теплым послевкусием близости. Моя голова опустилась ему на плечо; наши тела были влажными, а сердца продолжали биться в унисон.

— Ладно, — прошептал он спустя минуту, нежно касаясь губами моего виска. — Если вот так всё происходит, когда ты берешь власть в свои руки... я официально сдаюсь.

Тео выводил ленивые круги большим пальцем на моем обнаженном бедре.

— Так... какой у нас план на твои последние часы в Париже?

Я шумно выдохнула, пытаясь вернуться в реальность.

— Мы с Роуз думали заглянуть на Монмарт1 чуть позже, может быть, нас ждет еще один раунд дегустации выпечки и покупка неоправданно дорогих сувениров.

— Звучит... заманчиво, — произнес он, и его взгляд внезапно стал очень мягким. — А что насчет тебя? — спросила я, поудобнее устраиваясь и дотягиваясь до наших бокалов на тумбочке.

— У меня в календаре значится пара встреч, которые я всерьез подумываю проигнорировать.

Я иронично вскинула бровь.

— Это очень профессионально с твоей стороны.

Он негромко усмехнулся.

— Я и так иду с опережением своего графика. Могу позволить себе несколько украденных часов.

Я отхлебнула немного вина, наблюдая за ним поверх тонкого края бокала.

— Украденные часы, значит?

Он не ответил словами, лишь снова притянул меня к себе и поцеловал. Долго, глубоко и нежно, словно пытался навечно запечатлеть вкус моих губ в своей памяти. Спустя несколько минут я потянулась и лениво соскользнула с кровати.

— Я быстро схожу в душ.

Он приподнялся на локтях, и его взгляд проследовал за мной до самого дверного проема ванной комнаты.

— Не возражаешь, если я присоединюсь к тебе?

Я замерла в дверях, слегка обернулась и одарила его мимолетной, дразнящей улыбкой.

— Только если ты пообещаешь мне секс прямо под душем.

Пар быстро заполнил кабинку, делая воздух влажным и тяжелым. Как только я оказалась под струями воды, он бесшумно возник за моей спиной. Его руки сразу легли на мои бедра, губы прижались к плечу; он уже снова был готов к продолжению.

— Ты сводишь меня с ума, Сэм, — пробормотал он, прижимаясь к моей коже.

— Чудесно, — прошептала я, подаваясь всем телом назад, к нему.

Он не стал терять времени на лишние разговоры. Развернув меня к себе лицом, он легко приподнял меня, прижимая лопатками к холодной стене, и взял снова с такой силой, что напор горячей воды стал совершенно неважен. В этот раз в наших действиях не было места играм или дразнящей прелюдии. Только первобытная, голая и очень голодная потребность. Он брал меня так, будто я принадлежала ему безраздельно и всегда. Всплески воды, ритмичные шлепки мокрой кожи, совершенно запотевшее стекло и то, как его ладони сжимали мои ягодицы, пока я обхватывала его бедра ногами и прикусывала его плечо, чтобы заглушить свои стоны. Это был чистый хаос, и я наслаждалась каждой его секундой.

Когда достигла пика, это было подобно мощному взрыву. Его имя застыло на моих губах. Мои ногти оставляли глубокие следы на его мокрой спине. Он последовал за мной почти сразу же, глухо застонав мне в шею и толкнувшись в последний раз максимально глубоко. Мы стояли так какое-то время под брызгами воды, не двигаясь. Тела всё еще были плотно прижаты друг к другу, а сердца молотили по ребрам. В конце концов я вышла, завернулась в мягкое полотенце и начала потихоньку собирать свои вещи.

— Кстати, я не остаюсь у тебя, — мягко произнесла я, натягивая одежду на влажное тело. — Я написала Роуз, что скоро вернусь к ней.

Тео сидел на самом краю кровати, обернув полотенце вокруг талии, и смотрел на меня так, будто я в этот момент буквально ускользала у него из рук навсегда.

— Ты могла бы написать ей еще раз. Сказать, что внезапно застряла по какому-то...крайне важному делу .

Я тихо рассмеялась, застегивая молнию на своем платье.

— Хм, это звучит крайне заманчиво.

Он поднялся, подошел ко мне вплотную и осторожно положил руки на мою талию.

— Останься со мной, пожалуйста. Просто...останься .

Его голос в этот момент звучал властно и требовательно, но в нем была та самая неожиданная мягкость, от которой у меня всё внутри заныло от желания.

Я посмотрела на него снизу вверх, пытаясь прочесть что-то сокровенное в его глазах.

— Ладно. Я останусь, но только на двух условиях.

— Оглашай весь список, — ухмыльнулся он, чувствуя победу.

— Ты доведешь меня до оргазма еще как минимум раз, и гарантируешь, что не храпишь по ночам.

Это заставило его искренне рассмеяться.

— Первое торжественно обещаю исполнить, насчет второго давай рискнем и проверим.

Я скинула платье и забралась обратно в постель, мы снова сплелись телами, но теперь уже под теплым одеялом. Его рука по-хозяйски покоилась на моей талии, наши дыхания постепенно выровнялись в один ритм, и глубокий сон наконец нашел нас обоих.