Я вздрогнула, окончательно проснувшись, и резко села на постели. Растрёпанные волосы упали мне на лицо, а глаза, ещё не привыкшие к полумраку, выхватывают тёмный силуэт у порога.

— Кто?.. Что?.. — лепечу встревоженно.

В дверном проёме теперь уже стоят двое стражников с лицами, словно высеченными из камня.

— Быстро одевайтесь, — приказал второй, не глядя меня. — Простое платье, никаких украшений и причёсок.

— Но… зачем? Что случилось?

— Будете задавать много вопросов, и я вам рот завяжу.

Дрожащими пальцами торопливо натягиваю платье, пока оба мужчины деликатно отвели глаза в сторону.

— Быстрее, — подгоняют они меня. — Его Королевское Высочество ждёт.

Они вывели меня в пустой коридор, держа под локти по обе стороны. Да куда же я сбегу-то? Кругом стража, а в соседних покоях моя семья… А ведь я бабушку даже не видела ещё толком — она сослалась на усталость, не желая разговаривать с нами.

Меня ведут в самый конец, потом к повороту, к лестнице наверх… Снова поворот, ещё один коридор и, наконец, массивная дубовая дверь с резьбой в виде драконьих голов.

Один из стражников коротко стучит и после короткого «войдите» открывает её передо мной.

На вид это обычный рабочий кабинет, но очень аскетично обустроенный. Высокий шкаф с пергаментами, глобус в углу, окно во всю стену, за которым медленно встаёт солнце, стол, стулья. И всё.

За столом сидит принц Дарен. В отличие от меня, он причесан, аккуратно одет, хотя в глазах у него напряжение, какое бывает у человека, который не спал всю ночь.

— Закройте дверь и оставьте нас вдвоём, — говорит он стражникам, не отрывая взгляда от меня.

Дверь сзади закрывается, и я ёжусь то ли от этого стука, то ли от неловкости за свой растрёпанный внешний вид.

— Подойди и сядь за стол, — говорит он теперь уже мне.

Делаю, как он просит, усаживаясь на краешек стула.

— Я знаю, что ещё довольно рано, — начал он, — но другого времени уже не будет.

— Времени для чего?

Осторожно осматриваю помещение, и в неудовольствием отмечаю в шкафу характерный для допросов реквизит: цепь для рук, магические перья для ведения протокола, запас чистых пергаментов…

— Мы выяснили, что содержимое колбы из шкатулки это противоядие для чёрной магии, — говорит Дарен, украдкой рассматривая мою особую причёску. — Граф Форест сознался, что это для его жены. Ранее он покупал зелье чёрной магии, чтобы учинить пакость своему личному врагу, но оно попало в организм жены графа по нелепой случайности. Их дочь в процессе игры подлила зелье матери, и графиня его благополучно выпила. Так граф Форест вынужден был купить и противоядие, которое провезли через границу под видом невинной детской шкатулки. Ты можешь что-то дополнить к этому?

— Когда я видела графиню Форест в последний раз, она странно себя вела, — вспоминаю. — Она просила меня о помощи, но я не смогла добиться от неё внятного ответа о том, что же у неё случилось и чем я могу помочь.

— Это действие зелья, — кивает. — Так что граф будет наказан за использование услуг чёрной магии. Но не ясно кто написал анонимное письмо королю и зачем Кальду нужна была шкатулка. А главное: где пыльца и где теперь скрывается Кальд Фон.

— Почему ты мне всё это рассказываешь? Ведь я подозреваемая.

— Потому что это всё ещё наше общее дело, и это все ещё мой заказ. К тому же ты дала клятву Короне, и я уверен, что могу рассчитывать на твоё сотрудничество. Я это чувствую.

Мы оба опускаем глаза на наши запястья, под одеждами которых прячутся наши метки истинности. Удивительное свойство, но они и правда дают нам разные «ощущения» друг о друге.

Я точно так же чувствую, что Дарен не лжёт, говоря мне о доверии.

— Как видишь, ничем помочь уже не могу, — развожу руками по столу. — Лента моя, но у меня её украли. Про шкатулку и Кальда ничего не знаю. Моя сестра всю ночь плачет от разбитого сердца — мы все верили ему, как родному. Даже бабушка души в нём не чаяла, а уж она-то полна мудрости и опыта. Можешь закрыть свой заказ и вернуть оплату в полной мере.

— Заказ какой был? Не владельца ленты найти, а вора заводного ключа, что прокрался в мои покои. Вор не найден, а значит заказ не завершён.

— Я поисковик, а не детектив. Мой дар не может указать на то, кто был в ваших покоях в тот день.

— Как хорошо, что ты вспомнила о том, кто ты, — коротко усмехается. — Через пару минут начнётся твой допрос, я хотел послушать тебя до его начала.

— Почему?

— Чтобы убедиться в том, что ничего лишнего не скажешь.

— Ты делаешь это намеренно. Ведь так? Ты специально не закрываешь заказ.

— Ты моя истинная. Нравится тебе это или нет, мы уже связаны навсегда.

Вот как он заговорил… А ведь как было раньше: «Истинность — вздор! Я всё равно не женюсь на тебе!». Впрочем, а с чего это я взяла, что дело к женитьбе идёт?

Дарен сколько угодно может ласкать меня взглядом, бросаться на меня с поцелуями, и даже ревновать к Яробору, но он принц. Высокий титул не позволит ему открыто представлять меня публике, как свою жену.

Женится на какой-нибудь знатной персоне, объявив её своей истинной, а я… а я буду им в тайне маленьких драконов вынашивать для престола. Ведь так это обычно делается? Такое случалось с другими истинными — это точно.

— Мы должны во что бы то ни стало скорее разобраться с этим делом о пыльце. Я намерен отвести от тебя тень подозрений, потому что верю, что даже если ты сообщница, то не «злая» и не из приступных соображений. Тебя и твою сестру могли использовать, ведь Кальд без пяти минут был вашим членом семьи, которому вы все доверяли.

— И что ты намерен делать после? Что собираешься делать с нашей связью?

— Нужно будет представить тебя королю. Он очень хочет знать, кто моя истинная.

— Это приказ короля?

Дарен промолчал.

Но ответить он и не успел бы, потому что через мгновение позади меня скрипит дверь и, обернувшись, я вижу, что принц поднял меня с кровати, возможно, ещё и потому что в кабинет входит он — Лоренц. Известный дознаватель на службе у короля Цинана, который славится жёсткими методами и любовью к пыткам допрашиваемых…

Лицо Лоренца словно высечено из льда: скулы — острые, глаза — серые, как дождевые тучи, а голос — ровный, без эмоций, будто мужчина уже читал мне приговор, а не задавал вопросы.

Я сижу перед ним, всё на том же стуле, но с запястьями, скованными магическими цепями, ведь так положено…

Рядом с Лоренцом сидит секретарь — худой юноша в очках, с пером в руке, которое светится мягким синим светом, а лист перед ним — чистый, без единой строки — сам собой заполняется чётким почерком, словно невидимый писец выводит слова в реальном времени.

Это особое Перо Истины — оно записывает не только сказанное, но и оттенки голоса, паузы, дрожь в интонации…

А в дальнем углу комнаты, в тени высоких штор, стоит принц Дарен, оставшийся при моём допросе здесь.

Он ничего не говорит на протяжении получаса, а просто стоит, скрестив руки на груди, наблюдая. Его присутствие тихое, но ощутимое, как дыхание перед грозой.

— Вы утверждаете, что обладаете даром поисковика? — Лоренц сверлит меня острым взглядом.

— Я не утверждаю. Я знаю.

Перо на мгновение вспыхнуло ярче.

— Вы можете находить не только предметы, но и людей, — продолжает дознаватель. — Это так?

— Так.

— Можете ли вы найти Кальда Фона?

— Мне нужен любой его личный предмет для этого.

— Именно поэтому вы постарались избавить все дома рода Росток от любых вещей, что могли пренадлежать Кальду Фону?

— Я не понимаю, о чём речь, — хмурюсь в раздражении.

К этой минуте я уже изрядно устала от компании этого мужчины.

— Всё пропало: одежда, рабочая форма, туалетные пренадлежности и так далее. Вы знаете об этом. И знаете, где он скрывается.

— Не знаю.

— Вы понимаете, что за ложь последует наказание?