Но он относится к этому очень серьёзно. А ещё он ни в малейшей степени не похож на легковерного, способного увлечься безумными идеями человека.

— Если люди захотят и приложат усилия, можно остановить пустыню! — решительно произношу я.

— Каким образом?

— Посадить побольше деревьев в тех местах, где под землёй есть вода. Когда они вырастут — поднимутся грунтовые воды. Даже климат начнёт меняться к лучшему!

Находим место с мало-мальски сохранившейся, хоть и подсохшей, травой и оставляем там коней. Сами же опять поднимаемся на ровную площадку.

— Здесь побольше места, чем во дворе! — произносит Райнир. — Тебе надо привыкать работать в полную силу!

Теперь я не только защищаюсь, но и атакую. Правда, Райнир с лёгкостью отбивает все мои попытки его достать. Стихии огня и воздуха только начали покоряться мне. А воды здесь поблизости нет.

— Слабо! Очень слабо! — констатирует он и заставляет меня нападать на него вновь и вновь.

Наконец, я просто падаю без сил. Да ещё и жара. Аж круги перед глазами пляшут.

Он склоняется надо мной и протягивает фляжку с водой. Красивую, серебряную, с чеканным узором. Ещё и напитанную магией, чтобы вода сохранялась прохладной. Это я тоже уже умею делать!

— Вставай, надо продолжать!

— Не могу!

— Ты просто ленивая курица!

Вскакиваю на ноги и осыпаю его целым потоком огненных искр. Райнир отбивает их с ехидной улыбкой. Ловлю себя на мысли, что он специально меня злит.

Наконец, он делает знак прекратить. Я сажусь прямо там, где стояла. Он подходит и опускается рядом.

— Ну что ж, человека без магии ты уже одолеешь! — констатирует он. — Но против хорошего мага — не выстоишь. Защищаешься неплохо, но он тебя вымотает и чем-нибудь да достанет в конце концов.

— Я и так, изо всех сил… — понуро отвечаю я.

— Смотри, ты на высочайшем уровне владеешь стихией воды. А ведь все живые существа содержат её в себе! И ты можешь это использовать!

— Я не могу! Это слишком жестоко!

— А кто только что осыпал меня искрами и бил воздушным тараном? — усмехается Райнир.

— Это другое!

— В какой-то мере да. В своей стихии ты будешь гораздо сильнее!

— Я правда не могу! Мне неприятно причинять кому-то вред. Я просто хочу уметь защищаться, вот и всё!

— Там, в Великой Пустыне — множество хищных тварей, которые попытаются тебя сожрать!

— Я понимаю.

— Ничего ты не понимаешь! — раздражённо машет рукой Райнир. — Поймёшь, когда на тебя нападут! Если успеешь отбиться!

Мне хочется плакать. А ещё я просто ужасно устала.

— Ладно, пошли, перекусим, что ли! — уже вполне доброжелательно замечает он.

Мы идём в тень кустов, где сложены наши сумки. Я расстилаю кусок холста и выкладываю на него еду.

Насытившись, ложимся прямо на землю, чтобы отдохнуть. Всё равно дома мыться придётся. Какое счастье, что теперь воду ведром таскать не надо! Вот бы ещё искупаться.

Я расслабляюсь и невольно прислушиваюсь к окружающей обстановке с помощью своей стихийной силы. Вода прямо здесь! Рядом! Было бы чем, я бы даже копнуть попробовала.

— Послушай, а ты можешь с помощью магии выкопать небольшую яму? — решаюсь спросить Райнира.

— Запросто! Показывай, где!

Я поднимаюсь и напряжённо вчувствываюсь в свою стихию. Делаю несколько шагов и топаю ногой:

— Вот здесь!

— Отойди подальше!

Это выглядит, словно маленький взрыв. Когда оседает пыль, я подхожу к развороченному месту. Склоняюсь над получившейся ямой и прямо рукой разгребаю землю на дне. Она действительно влажная. Ещё немного, и под моими пальцами начинает блестеть вода.

— Кажется, здесь будет родник! — произношу я.

Длинный утомительный день всё-таки кончается и мы собираемся в обратный путь.

— Завтра опять сюда! — говорит Райнир.

Но меня больше пугает совсем не это. Я терзаюсь мыслями: кого привёл Тойнар?

Он встречает нас во дворе.

— Ну как, нашёл? — спрашивает Райнир.

— Еле-еле, — отвечает компаньон. — И не совсем то, что вам хотелось бы! Там вообще иностранок почти не было. А те, кто из Рамнора — да ну их! Только животом потом маяться от их стряпни!

Тойнар забирает лошадей и уводит под навес. Мы же направляемся в дом. Из кухни выглядывает и угодливо кланяется пожилая женщина в белом чепце. Я облегчённо вздыхаю и с трудом сдерживаю смех.

Как же я ненавижу этот выжженный солнцем холм! Сколько раз я падала на эту жёсткую, а иногда и колючую траву. То сбитая с ног каким-нибудь магическим произведением Райнира, то просто от усталости.

Единственная радость — наблюдать за найденным мною родничком. Я даже посадила рядом с ним выкопанные в садике у нашего дома отростки ягодных кустов, и уже через пару дней они выпустили новые листья. Скоро здесь будет совершенно очаровательный оазис!

Я несколько раз вычерпала ямку до дна, пока вода полностью не очистилась. Теперь мы пьём её и по очереди смываем с себя пыль и пот после тренировок.

А ещё я замечаю, как растёт моя сила. Дома по вечерам мне даже свечи уже не нужны. Теперь я, как и Райнир, просто зажигаю для освещения холодное магическое пламя.

Казалось бы, мне только радоваться. Особенно после того, как он сказал, что я достигла уровня хорошего третьекурсника магической академии.

Вот только мои чувства к нему… Они меня откровенно пугают. А ещё страшнее — вдруг он их заметит?

То, что я когда-то испытывала в своём мире к мерзавцу Виталию — лишь жалкая тень того, что чувствую сейчас. И, самое жуткое, что понимаю: если Райнир захочет — я просто не смогу сказать ему «нет».

Вот только он, похоже, вообще перестал воспринимать меня, как женщину. Учитывая то, чем мы с ним занимаемся, не удивительно.

И вообще он довольно безжалостен. Ни слабостью, ни слезами его не проймёшь. Такое чувство, что эти женские штучки для него — лишь досадное недоразумение, которое он тут же пресекает обидным высказыванием. А иногда просто поднимает на ноги жёстким рывком и заставляет работать дальше.

В такие моменты я испытываю к нему самую настоящую ненависть! Потому что мне хочется, чтобы он обнял меня. Нежно погладил. Или вообще поцеловал.

Я даже на губы его не могу смотреть. Сразу отвожу взгляд, потому что иначе начинаю думать о том, о чём нельзя. Только бы он не заметил!

Опять лечу на землю и больно ударяюсь локтем. Аж слёзы из глаз. Ну ведь мог бы поосторожней!

Хватаюсь за ушибленное место и лишь в последний момент успеваю выставить защиту от нового удара. Это уже слишком! Откатившись в сторону, бью в ответ. Ему, конечно, хоть бы хны.

— Смотри-ка, потихоньку перестаёшь быть сонной мухой! — с усмешкой заявляет он.

А меня вдруг переклинивает и я начинаю кричать, как его ненавижу. Он стоит и слушает, уперев руки в боки. И дождавшись, когда мой пыл иссякнет, совершенно спокойно заявляет:

— Я просто хочу, чтобы ты выжила! Вернулась в свою Лотарию и жила там долго и счастливо!

При мысли о том, что я вернусь туда, в свой замкнутый и затхлый одинокий мирок, меня охватывает отчаяние. И даже мысль о любимых цветах не спасает. Я принимаюсь рыдать во весь голос. Даже не воспринимаю ничего вокруг. Прихожу в себя в кольце мощных рук Райнира. Крепко прижатая к его груди.

— Самое трудное позади! — тихо и почти ласково произносит он. — Ты правда многого достигла!

Он отводит с моего лица упавшую прядь волос и целует меня в лоб. Потом мягко отталкивает от себя:

— Надо работать дальше!

Поздно вечером, уже засыпая, я вспоминаю его объятия. Это было так мимолётно. И так прекрасно. Где-то в глубине тела зарождается напряжение. Словно неведомая струна вибрирует и жаждет нового прикосновения. И это меня пугает.

Потому что я знаю: для него это ничего не значит. Просто педагогический приём. Способ заставить взбрыкнувшую ученицу работать дальше.

Утыкаюсь лицом в подушку. Внутренние стены здесь тонкие и я не хочу, чтобы он услышал, как я плачу.