Талия наблюдала из тени заброшенного магазина, как Вампир быстро постучал в деревянную дверь. Та открылась в темноту, и Вампир скользнул внутрь.

Талия мысленно досчитала до тридцати, прежде чем отлепилась от здания, крадучись приблизилась к двери. Окна дома были заколочены, но стекло, должно быть, было вынуто, потому что она услышала тихое бормотание изнутри.

Талия прижалась к зданию, прижав ухо к дереву.

— Это ему не поможет! — воскликнул кто-то внутри, за которым последовал громкий звон разбитого стекла.

— Это все, что у нас есть! — прошептал другой голос резко.

— Ну, это, блядь, недостаточно хорошо, — ответил первый человек — женщина. Ее голос дрогнул.

— Это вина принца, — прорычал второй голос.

— Ты не можешь так говорить, Джулиан, — взмолилась женщина.

Джулиан.

Глаза Талии расширились. Какого черта сын Лорда Адриана делал здесь?

— Я могу делать все, что, блядь, захочу, Франческа, — прорычал Джулиан. — Если бы Его Высочество не был так настроен жениться на этой человеческой суке, чтобы попытаться скрыть весь этот бардак, нас бы не было в этом положении.

Талия вздрогнула от этих слов, от отвращения, пропитавшего тон Джулиана.

— Он ищет лекарство, — попыталась успокоить его Франческа.

Снова раздался тихий звон.

— Дерьмо. Он ничего не делает, в то время как мы должны страдать. В то время как мы смотрим, как наши близкие поддаются этому безумию.

Безумию?

Бровь Талии нахмурилась, и она придвинулась ближе. Но они, казалось, углублялись в дом, их голоса удалялись.

Она отстранилась, ее разум кружился. Лорд Амадеус упоминал что-то о безумии в лесу. Но это не имело никакого смысла. Должно быть, они говорили о том, что защита Магов выходит из строя. Но это тоже не имело смысла. Пребывание на солнце заставляет Вампиров сходить с ума?

Слишком много вопросов кружилось в голове Талии, но сейчас ей нужно было вернуться, прежде чем Кассий поймет, что ее нет…

Волосы на шее Талии зашевелились, и она развернулась с обнаженным кинжалом.

Только чтобы обнаружить Кассия не в шести футах от нее, со скрещенными руками и взбешенным лицом.

— Какого хрена ты здесь делаешь? — прорычал Кассий, его глаза светились гневом.

Талия была умнее, чем смотреть на дом, у которого она только что подслушивала. Не то чтобы это имело значение, учитывая как тихо все вокруг стало.

— Мне показалось, я что-то увидела, — сказала она, небрежно убирая кинжал.

— Что? — рявкнул Кассий.

Раздражение Талии поднялось.

— Ничего, очевидно. Какая разница?

Она сделала движение, чтобы пройти мимо него, но его рука змеей обвилась вокруг ее запястья.

— Разница есть, — Кассий притянул ее к себе, его голос был тихим, — потому что ты человек.

— Ты продолжаешь мне напоминать. — Талия попыталась вырваться из его хватки, но он держал ее крепко.

— Только потому, что ты вышла замуж за принца, не значит, что все довольны этим договором с людьми.

— Я знаю, — рявкнула Талия, поднимая на него глаза. Как будто ее представление дворам не сделало это достаточно очевидным. Она встретила гнев, кружащийся в его радужках. — Я видела собаку с веревкой, застрявшей вокруг шеи. Я пошла попытаться помочь ей, но она исчезла.

Кассий изучал ее, его взгляд был таким интенсивным, что Талия удивилась, как она не загорелась. Она отказалась отводить взгляд, отказывалась глотать пересохшим языком. Делать что-либо, что показало бы ему, что она лжет. Позволять какой-либо испарине проступить на лбу, чтобы он мог ее учуять.

— В Иренбисе нет собак, — сказал Кассий через мгновение.

— Ну, я что-то видела, — настояла Талия.

Мышца на челюсти Кассия дрогнула, но он отпустил ее, отступая на шаг.

— Нам нужно возвращаться. Мы задержались слишком долго.

Талия не колебалась и не оглядывалась, когда двинулась впереди него. Но даже когда они сели на лошадей и направились обратно к замку, она могла поклясться, что больше лиц выглядывало из закрытых домов, бросая на нее свой полный ненависти взгляд.

Глава 12

Кассий не стал задавать ей дальнейших вопросов. Не уличил ее во лжи.

Что ее вполне устраивало.

Как только они вернулись в замок, Кассий исчез, оставив ее заботиться о себе самой. Она умудрилась найти книги, которые дал ей Маркус, спрятанные в ящике их общей спальни.

Талия нахмурилась, вытаскивая тома, и засунула их в одну из тумбочек у своей кровати. Она изучит их позже. Возможно, в них будет какая-то зацепка насчет того безумия, которое обсуждали Вампиры. Но сначала ей нужно было написать письмо.

Талия уставилась на чистый лист бумаги на своем письменном столе. Не то чтобы переписка была запрещена. Но у нее также не было сомнений, что ее письма будут прочитаны тем Вампиром, который их отправлял. А это значило, что нужно быть осторожной в формулировках.

Талия обмакнула перо в чернильницу, кончик замер над страницей.

Она опустила перо.

Талия не могла припомнить случая, чтобы она писала матери. Вообще никогда. Даже когда она пересекла пол-Агрипы в своей миссии. В детстве она никогда далеко не путешествовала, уж точно не достаточно долго, чтобы нуждаться в переписке. Талия даже не знала, как начать письмо королеве. Написать «Мама»? Или это должно быть более официально? Заподозрят ли Вампиры что-то, если она не будет знать, как писать письма собственной крови и родне?

Ваше Величество,

С удовольствием сообщаю, что я вполне успешно влилась в общество монстров Вампиров в Доме Лоренция. Меня еще не представили моему новому мужу, так как его отозвали на север для решения проблем, вызванных штормами. Сами дворы ужасающи зловещи, и никто ничего мне, блядь, не рассказывает. Но они точно что-то скрывают…

Талия скривилась, разорвала бумагу и отбросила ее в сторону, взяв новый лист.

Она снова макнула перо, чернила капали на дерево ее стола.

Мама,

Надеюсь, в Агрипе все идет гладко, теперь когда Руда предоставлена нашему народу. Я хорошо вписалась в Дом Лоренция. Замок гораздо более роскошный, чем я ожидала, как и дворы…

Талия сделала паузу, мысленно отмечая необходимость утром получше изучить планировку замка.

…хотя я еще не встретила своего нового мужа, так как его отозвали на север для ликвидации последствий сильного шторма. Я искренне удивлена его готовности и той доброй душе, которой, кажется, обладает мой новый муж…

Талия скривилась. Не слишком ли много она говорит? Пошлют ли Вампиры письмо, если она упомянет, что принц отсутствует при дворе? Стоит ли все равно рискнуть?

Она скомкала бумагу, испачкав пальцы в чернилах, и начала заново.

Талия не заметила, как долго корпела над письмом, пока часы над камином не пробили одиннадцать часов.

Она подняла взгляд, ее глаза затуманились от того, что она уставилась на слова на странице. Они начали смешиваться, как мешок с орехами. Талия вздохнула, откинулась на спинку стула и закрыла глаза. Она зажала переносицу, пытаясь избавиться от внезапной головной боли.

Скрип двери ее спальни заставил Талию поднять уставшую голову. Ей не нужно было оборачиваться, чтобы знать, кто только что вошел.

— Я могу тебе помочь? — Голос Талии источал гнев.

Кассий тихо вошел, закрыв за собой дверь. Они не разговаривали с тех пор, как выходили, а это было несколько часов назад, хотя могло показаться, что прошли дни.

— Пока Его Высочество все еще отсутствует, я по-прежнему должен выступать в качестве представителя. — Кассий наконец нарушил тишину.

Губа Талии скривилась, но она знала, что спорить с ним бесполезно. Возможно, на заседании Домов она сможет призвать к голосованию, чтобы обойти законы о представительстве, если только это позволит ей избавиться от него и наконец спать спокойно.

Он взглянул на ее положение у письменного стола, затем на чернила, усеявшие поверхность, как капли дождя.