Ярость связала ей язык.

— О нет? И ты собираешься меня остановить?

Кассий даровал жестокую усмешку.

— Это будет нетрудно.

Талия подлетела к нему.

— Уйди с дороги.

— Нет.

— У меня ранг выше твоего. Учитывая, как сильно ты заботишься о своем положении в совете принца, будет неразумно отказывать мне.

— Твой ранг ничего не значит, когда ты подвергаешь себя опасности.

— Опасности? — фыркнула она. — Я решила покинуть замок, как я и вольна делать как принцесса этого Дома.

— Ты решила, — прорычал Кассий, — чуть не дать себя убить.

— Тогда тебе следовало позволить той твари сделать это. Я уверена, это избавило бы тебя от головной боли.

Глаза Кассия потемнели.

— Принц скоро вернется, и я предпочел бы не быть тем, кого посадят на кол, потому что тебе стало скучно.

— Скучно? — Талия вытаращилась. — Ты когда-нибудь думал о том, каково мне? Быть здесь? Быть в окружении монстров, которые предпочли бы видеть меня мертвой? Которые, несомненно, каждое мгновение представляют, как вырывают мне глотку?

— Так зачем ты искала одного из нас?

— Чтобы сбежать от тебя! — закричала Талия. — Чтобы получить мгновение покоя вдали от тебя.

Лицо Кассия было каменным, кончики его пальцев так сильно впивались в дверь, что дерево застонало.

— Когда ты примешь тот факт, что я все еще я, а не какой-то монстр, которого ты выдумала?

Талия уставилась на него в шоке.

— Все еще… ты? — Мышца на челюсти Кассия дернулась, когда она шагнула ближе. — Ты ничем не похож на того человека, которого я знала.

— А того, которого ты любила?

Сердце Талии скрутило, словно он только что вонзил в него свой нож.

— Он умер на ковре в моей спальне.

Глаза Кассия прошлись по ее лицу, синева была такой яркой, что слабо светилась. Он сделал шаг ближе к ней.

— Ты хочешь наконец узнать, что случилось в тот день?

Ярость Талии вспыхнула. Она подавила ее. Затолкала под море кружащегося сожаления в животе.

— Я знаю, что случилось.

Удивление вспыхнуло в глазах Кассия, прежде чем исчезнуть.

— Что случилось?

Она наклонила голову.

— Ты выбрал путь труса.

Кассий покачал головой, его блестящие волосы коснулись плеч.

— Я выбрал жить.

Лицо Талии исказилось.

— Жить? Таким?

Лицо Кассия потемнело.

— Это был либо этот выбор, либо смерть.

— Тогда ты должен был умереть! — Грудь Талии вздымалась. Она знала, что должна быть тихой. Должна быть осторожной из-за других Вампиров в замке, которые, несомненно, могли ее слышать, но эмоции бомбардировали ее чувства, переполняя нервы, когда она смотрела на человека, который погубил себя. — Ты жалок. Ничтожное, аморальное существо, которое должно было поступить благородно и умереть, прежде чем превратиться в одного из них. Но ты был трусом. Слабым, лживым куском дерьма, который должен был обратить свой клинок против собственного сердца…

Он двинулся так быстро, что Талия не поняла, что происходит, пока легкое давление на горло не заставило ее замереть.

Кассий прижал ее к двери, его покрытые запекшейся кровью руки сжимали ее плечи, а его зубы прижались к ее артерии. Не достаточно, чтобы пустить кровь, но с достаточной силой, чтобы она не могла пошевелиться.

Ее сердце бешено колотилось в груди. Пульс трепетал, как птица в клетке. Она едва могла думать, когда Кассий медленно ослабил давление на ее горле, но он не отстранился.

Не сдвинулся даже на дюйм, когда тихо сказал:

— Жалок? Ничтожен? — Талия сглотнула, и губы Кассия скользнули по ее горлу. — Аморальное существо?

Талия начала дрожать. Она не была уверена, от страха это или от его близости. Само его присутствие поглощало ее, охватывало, как пламя. Она хотела, чтобы в легких был воздух, только чтобы ахнуть, когда его нос скользнул по чувствительной коже ее челюсти.

— У меня есть мораль, Принцесса. — Он издал темный смешок. — Может, поговорим о ней? Знаешь, что мне говорит моя мораль? Она говорит мне игнорировать все те порочные вещи, которые я воображаю в своей голове.

Его рука двинулась вверх по ее руке, обжигая ключицу, когда он убрал прядь волос с ее шеи.

— Моя мораль говорит мне, что я не должен поддаваться, — тихо сказал он. — Что, несмотря на то, что я чувствую твою кровь, бегущую по твоим венам, я должен игнорировать это. Но она зовет меня, как песня. Она умоляет меня попробовать. Твое сердце бьется для меня. И нахождение рядом с тобой, мысль о том, чтобы снова попробовать твою плоть, сводит меня с ума.

Талия схватила его за руки, едва дыша, когда он наклонил голову.

— Знаешь, что еще говорит моя мораль?

Она не могла говорить, едва могла подать знак, когда его губы едва коснулись того места, где он укусил.

— Моя мораль говорит мне отпустить тебя. Что ты теперь связана с другим. Что ты принадлежишь ему.

— Я не принадлежу никому. — Ее слова были задыхающимися, у них не было того веса, который она вкладывала. Кассий отстранился, его горящие глаза устремились прямо на ее приоткрытый рот.

— Ты понятия не имеешь, каково это — быть рядом с тобой. Чувствовать твою ненависть. Гореть в ней.

И она ненавидела его. Но слова, чтобы разорвать его на части, не формировались на ее языке. Не тогда, когда жжение в его глазах усилилось, его взгляд метнулся к месту ушиба на ее шее.

Что-то сверкнуло в глазах Кассия. Он внезапно отпустил ее, холодный воздух хлынул между ними.

Кассий провел рукой по волосам, явно пытаясь взять себя в руки, его перемена в поведении была более шокирующей, чем ледяная вода.

— Ты останешься в замке до дальнейшего уведомления. У тебя может быть ранг выше моего, но как рука я говорю от имени Его Высочества, у которого ранг выше твоего. — Он встретил ее пылающий взгляд. — Этот мир опасен, Талия. Будь умна и внимай его предупреждениям.

Глава 16

— Сегодня неформальное заседание совета, — сказала Камилла, наблюдая, как Талия одевается следующим утром.

Талия подняла взгляд от того, как ее втискивали в платье.

— О?

Камилла кивнула, заметив темные круги, появившиеся под глазами Талии.

— Не все Дома будут присутствовать, но Дом Аванериус хотел обсудить, кто станет следующим лордом. Хочешь присутствовать?

Да, это и был ее план с самого начала. Посещать заседания совета, чтобы начать устанавливать связи при дворе. Чтобы найти слабость среди Домов и использовать их.

— Буду ли я желанной гостьей, учитывая, что мое положение — всего лишь формальность? Не говоря уже о том, что принца все еще нет?

Камилла пожала плечами.

— Ты можешь быть человеком, но ты принцесса. Нравится это другим дворам или нет, теперь ты часть Дома Лоренция.

Талия закусила внутреннюю сторону щеки, размышляя. С одной стороны, это было отличное время, чтобы узнать больше о Домах. С другой стороны… там будет Кассий.

Она не разговаривала с ним с тех пор, как он прижал ее к двери. Раздражение пульсировало в животе в такт боли в шее от синяка, который украшал ее горло.

— Ну? — спросила Камилла, прерывая ее мысли.

Талия кивнула, когда служанка отступила.

— Да, я хотела бы присутствовать.

Камилла выдавила улыбку.

— Я должна предупредить тебя… эти заседания совета могут быть довольно напряженными.

— Как и у людей.

Камилла приподняла идеально выщипанную бровь, разглаживая руками свое пурпурное атласное платье.

— Ты входишь в человеческий совет?

Талия кивнула.

— Да, но моя мать предпочитает держать свой круг маленьким. У нее всего несколько советников, и она полагается на одного больше, чем на других. — Сознание Талии метнулось к Камиту. Она подавила желание скривиться, продолжая: — Но даже если бы их было больше, я не уверена, стала бы она их слушать.

— Почему это?

Талия теребила парчу своего собственного платья, которое было расшито золотой аппликацией по черному атласу.