Горло Талии сжалось.

— Я здесь. — Слова Кассия прервали ее бешено мчащиеся мысли.

Она уставилась на него, ее горло сжалось еще сильнее.

Он монстр. Он тот, кого ты поклялась уничтожить. — Голос ее матери, казалось, прошептал, как змея, прямо в ухо. И да. Он был монстром. Ее план использовать его, чтобы приблизиться к принцу, был единственным, который у нее был. Но даже эта мысль послала маслянистое чувство в ее желудок.

Потому что он был… Касс.

Касс, который перевязал ей руку, когда она упала с Гелиоса и расцарапала ее об острый камень в четырнадцать лет.

Касс, который спас ее от первого бала, когда все, чего хотела ее мать, — это выставить ее напоказ перед двором — но он тайно вывел ее, чтобы они могли вместо этого пойти погулять в саду.

Касс, который обещал быть рядом с ней, что бы ни случилось. Даже если она выйдет замуж за другого. Даже если ей придется жить в другом королевстве.

Он поклялся быть с ней до конца.

И, возможно, это был страх, все еще пульсирующий в ее крови от кошмара, или воспоминания, которые преследовали ее почти так же сильно, как она преследовала его, но она жаждала какого-то подобия комфорта — чего-то знакомого после того, как ее втолкнули в мир, который она так сильно не понимала.

Талия двинулась через комнату, и Кассий напрягся, без сомнения, готовясь к атаке, но Талия просто схватила его за лицо и прижалась ртом к его.

Он издал недовольный звук у ее губ, удивление остро и терпко ощущалось на ее языке. Талия обвила руками его шею, прижимаясь к нему вплотную, ее ночная рубашка не скрывала ощущения его твердого тела, прижатого к ее.

Она поцеловала его глубже, желая, чтобы он поцеловал ее в ответ. Желая, чтобы он отпустил все те сдержки, которые хранил для себя.

Пожалуйста, — казалось, умоляли его ее губы. Пожалуйста.

Кассий сжал ее плечи, отталкивая назад. Его глаза светились ярче луны.

— Что ты делаешь? — прохрипел он.

Талия покачала головой.

— Я.… ты мне нужен, — выдавила она, сокращая расстояние между ними. Его губы идеально прижались к ее, как ключ, подходящий к замку.

Кассий оторвал свой рот, его грудь быстро вздымалась и опускалась.

— Талия, это не… мы не… мы не будем этого делать.

Она сжала его запястья, чувствуя силу его мышц.

— Ты сказал, что скучал по мне, — прошептала она. Его руки слегка ослабли, и она смогла прижаться к нему. — Это была очередная ложь?

Горло Кассия дернулось.

— Нет. Нет, это не было ложью.

— Ты сказал, что хочешь снова попробовать мою плоть. — Она провела языком по его сильной шее, его горячая кожа горела под ее ртом. Кассий застонал, его пальцы снова сжались на ее плечах. — Что это сводит тебя с ума.

Кассий внезапно схватил ее лицо одной рукой, другой откинув ее голову назад, его пальцы запутались в ее светлых волосах. Голод запечатлелся на его чертах, его рот был слегка приоткрыт, обнажая остроконечные клыки. Но это зрелище не испугало ее. Фактически, оно послало укол осознания прямо в ее живот.

— Ты замужем, — наконец выдавил он. — За тем, кому я служу.

— Это может быть нашим секретом, — прошептала она. Ей даже не было дела до того, что внезапно это не казалось соблазнением. Не было дела до того, что предательский жар в ее груди опустился прямо к ее центру, заставляя ее ныть. — Не то чтобы монархи не заводили других любовников. Не то чтобы мы никогда не говорили о том, чтобы сделать именно это.

Потому что даже когда она была помолвлена с тем человеческим принцем, план всегда состоял в том, чтобы иметь его.

Его взгляд потемнел, его голова слегка наклонилась, пока они не задышали в унисон.

— Что случилось, Талия?

Она перевела взгляд на его, разочарование расцвело вместе с ее желанием.

— Я не хочу говорить.

— Нам стоит поговорить.

Талия отшатнулась.

— Поговорить о чем, Кассий? Не о чем обсуждать. Ты хочешь трахнуть меня или нет?

Мышца на челюсти Кассия дернулась. Затем он отпустил ее лицо и сделал шаг назад. Холодный воздух скользнул между ними, растянувшись, как береговая линия.

— Что ты делаешь? — почти прорычала она, ее пальцы скрутились, будто она все еще могла чувствовать его силу под ними.

— Мы не будем этого делать.

— Почему, блядь, нет?

— Потому что мы будем трахаться, когда мы оба этого захотим. Не потому, что один из нас пытается от чего-то сбежать. И уж точно это не будет секретом. — Тело Талии онемело, когда Кассий схватил одеяло в изножье кровати. — Я буду спать на диване.

И тут же огонь внутри нее погас, не оставив после себя ничего, кроме кучи пепла.

Глава 20

— Почему у тебя золотистые глаза? — спросила Талия.

Она наконец добралась до библиотеки следующим утром. Камилла наткнулась на нее там несколькими часами позже и сделала замечание о чтении во второй половине дня. Но у Талии было чувство, что Камилла присматривает за ней. Она не могла сказать почему, но время от времени она чувствовала взгляд Камиллы на своих лопатках, когда искала на полках книги о болезнях.

— Это странный вопрос, — сказала Камилла, отмечая пальцем место в своей книге.

Талия пожала плечами.

— Мы говорили о цвете глаз прошлой ночью…

Слова Кассия из прошлой ночи зазвенели в ушах непрошеные. Потому что мы будем трахаться, когда мы оба этого захотим. И уж точно это не будет секретом.

Она не разговаривала с ним с тех пор, как он полностью пресек все, что происходило между ними. А когда она проснулась, его уже не было. Раскаленный добела гнев пульсировал в животе. Она выставила себя дурой, и ее щеки все еще горели от смущения каждый раз, когда она об этом думала.

Никакого траха в ближайшее время не предвидится, это точно.

Камилла странно посмотрела на нее, и Талия прочистила горло.

— Кассий объяснил, что означают цвета ваших глаз. Все это про чистокровных и полукровок. Но ты не Вампир, так почему у тебя золотые глаза?

Камилла отложила книгу. Талия не была уверена, что она читает, но название звучало как какая-то эротика. Талия подавила желание фыркнуть.

— Ты знаешь о карманах магии, да? — Талия кивнула, и Камилла продолжила: — Мы были сформированы из этих карманов магии, но также и из земли. Золотой цвет представляет минералы в земной коре.

— Правда? — выдохнула Талия. Каждый раз, когда упоминались эти карманы магии, ее сознание начинало кружиться.

Камилла усмехнулась, слегка рассмеявшись.

— Нет, но ты бы видела сейчас свое лицо.

Талия нахмурилась, засовывая книгу обратно на полку.

— Ха-ха. Очень смешно. Я серьезно спрашивала.

Камилла посерьезнела.

— Золотой цвет был способом идентифицировать нас как оборотней. Так же, как можно идентифицировать птицу по ее перьям.

— Но у Вампиров тоже есть золотые глаза.

— Их золотой не такой чистый.

— Это потому, что они полукровки?

Камилла кивнула.

— Если посмотришь на глаза Кигана, они не такие золотые, как кажутся, у них почти медный оттенок.

Талия уставилась на оборотня, и действительно, ее радужки были почти желтыми из-за того, насколько ярким был золотой цвет.

Талия закусила внутреннюю сторону щеки.

— Вы тоже можете… нюхать?

Камилла приподняла идеально выщипанную бровь.

— Если ты спрашиваешь, могу ли я чуять запахи, как человек, то ответ — нет. Но я могу чувствовать запахи и слышать то, что не можешь ты, так же, как и Вампиры.

— Что именно ты можешь учуять?

Камилла наклонила голову, ее изящные ноздри слегка раздулись.

— Ты использовала жасминовое мыло вчера вечером для ванны. — Талия одобрительно приподняла бровь. Она даже не чувствовала запах мыла, которое использовала. — Я также чувствую на тебе запах Кассия.

Пульс Талии подскочил, но она заставила себя дышать, чтобы успокоить сердцебиение. Да, Камилла, вероятно, учуяла отчаяние, которое Талия чувствовала, когда практически бросилась на него.