— Исчезни, а… — велела зверьку.

— Не смогу. Даже если захочу, — отозвался тот. — И вообще, я и так слишком долго находился взаперти.

— Тогда замолкни.

Зверек погрозил мне кулачком. Мол, не наглей, девочка.

А я заскрежетала зубами от злости, ненавидя всех вокруг, включая это ушастое недоразумение, вырвавшееся, как выяснилось, прямиком из моей груди. Хорошо еще, что его речи слышали все, а не я одна.

— Итак, нужно понять, что делать с… — завел мэр всю ту же песнь.

А я обняла себя руками. Мне разрешили переодеться в прежнее платье, в то, в котором я пришла к купальням. Но волосы были мокрыми и с них время от времени по шее и лбу стекали холодные струйки.

— Наверное, надо ее запереть, — предложил мэр. — Вместе со зверем. Или… хм… всё же казнить. Правда, она еще юная. Может, тогда запереть, а казнить через пару лет?

— Серьезно? — спросил вдруг кто-то. — Вы хотите казнить двуликую? Вы — человек из низшего мира?

Мэр испуганно икнул, попятился и… сел мимо кресла. А мне стало, по-настоящему холодно. В дверях стоял холеный седой мужчина в костюме, не похожем на те, что носили в нашем мире. Отличались и фасон, и длина, и ткань. Я и на расстоянии могла сказать, что ткань очень качественная. Даже мэру такая не снилась. Но гораздо больше внимания привлекал стоящий рядом с мужчиной… лев. Лев с хвостом, как у скорпиона!

— Ой-ой-ой! — заголосила фальшивая матушка, но незнакомец приложил палец к губам, и она затихла.

— К делу, — объявил он. — Мы в Академии ощутили появление второго лика в нижнем мире, очень удивились, и я отправился сюда — узнать подробности. На улицах только и болтают о происшествии в купальне, так что основные подробности я знаю. Осталось выяснить дополнительные детали, — он глянул на меня, прищурившись, затем обратился к отцу. — Имя?

— Э-э-э…. Мартин. Мартин Монтрэй.

Он смотрел на льва. А тот просто вальяжно растянулся на полу и делал вид, что его происходящее не касается.

— Как необычно, — протянул мужчина. Нет, это относилось не к имени моего отца, а к нему самому. Незнакомец успел оглядеть его с головы до ног. — Как так получилось, интересно, что у самого обычного человека родилась двуликая дочь.

— Что? Я… я не понимаю, что значит…

— Здесь я задаю вопросы, — осадил его незнакомец, так и не потрудившийся представиться. Впрочем, все уже догадались, что он не отсюда. — Кто мать девочки?

Отец побледнел, как мел. Ни кровинки не осталось на лице.

— Я точно не знаю, — он старался не смотреть ни на меня, ни на жену. — Я провел с ней одну ночь. Не смог устоять. Не верилось, что такая, как она, обратила на меня внимание. Она… была очень красива. Не местная. Даже имени своего не назвала. А утром растворилась, будто померещилась. Думал, что больше ее не увижу. Но через девять месяцев она вернулась. С младенцем. Велела позаботиться о девочке, сказала, не может оставить у себя. А коли откажусь, мне не жить. Впрочем, я бы и без угроз согласился. Это же моя дочь. Всегда хотел растить девочку, а у меня было двое мальчишек. Жена сильно болела после рождения младшего сына, лекари сказали, что вряд ли у нас будут еще дети. А тут будто сами духи послали мне дочь.

— Она совсем не похожа на тебя, — заметил визитер, запуская пальцы в густую гриву льва, а тот даже не шелохнулся.

— Кира похожа на мать, — заверил отец. — Такая же голубоглазая и рыжеволосая.

— Ясно, — протянул тот. И обратился ко мне. — Теперь ты. Даю время до утра. Попрощайся со всеми, кто тебе дорог. Завтра ты покинешь этот мир навсегда. Второй лик тоже.

Сказал и… растворился вместе со львом в языках синего пламени, взявшегося из ниоткуда.

— Что значит, двуликая? Что со мной будет? Можно избавиться от этого? — я ткнула пальцем в сторону чудо-зверушки.

— Ох, сколько вопросов сразу, — проворчала тетка Дора. — И как громко.

Я сделала глубокий вдох, чтобы и вовсе не перейти на крик.

— А кого еще мне спрашивать? Вы тут единственная разбираетесь в других мирах. По-настоящему разбираетесь, а не по верхам, как все остальные.

Так и было. В школе нам рассказывали, что в других мирах есть маги, в том числе, очень сильные. А наш удел жить скромно и не вызывать их гнев. Девочек больше учили вести хозяйство, а мальчиков — будущим профессиям: столярному делу, кузнечному и так далее. Отец мой делал мебель на заказ. Как и братья, которые освоили его ремесло. А тетка Дора жила до изгнания в одном из верхних миров. Так что после исчезновения визитера со львом я прямиком кинулась к ней.

— Кстати, от меня невозможно избавиться, — заявила зверушка прежде, чем тетка Дора успела ответить хотя бы на один вопрос. — Я — часть тебя. И всегда был. Только почему-то не мог выбраться. Меня будто заперли внутри. А водичка ваша с травками поспособствовала открытию замков.

— Ух!

Я не знала, чего мне хочется больше: бесноваться, кричать и топать или же закрыть лицо ладонями, чтобы не видеть ничего и никого.

— А ну цыц! Оба! — велела тётка Дора и усталым движением вытерла лоб. — Ладно, расскажу, что да как. Ты всё равно узнаешь. Но лучше отправляться к двулапым подготовленной.

— К двулапым? — переспросила я и нервно облизнула губы.

Это еще что? Визитер говорил о неких двуликих.

— В верхних мирах водятся оборотни. Не люди и не звери. Нечто среднее. Они разумны и сильны. Вот только их мужчины после взросления не способны принимать человеческий облик. Навсегда превращаются в зверей. А женщины до конца дней сохраняют способность перекидываться туда и обратно. Обычно они чертовски красивы. Любой мужчина-маг хотел бы провести ночь с такой женщиной. Но те снисходят лишь до высших. Все остальные для них хуже грязи. Уж не знаю, что нашло на твою мать. Видно, дела у нее были в нижнем мире. А твой отец… Он — красивый мужчина. На него многие тайком засматриваются. Хотя он теперь верность жене хранит. Помнит опыт прошлой измены и больше не совершает ошибок.

— Хотите сказать, я — ошибка? — вырвалось у меня.

Да, я понимала, что лучше помалкивать. Как бы тётка Дора не рассердилась и не выставила прочь, не ответив на вопросы. Но удержаться было выше сил.

— В каком-то смысле, вы все — ошибки, — она закатила глаза. — Оборотни — ж не люди. Женщинам из их племени полагается заводить потомство со своими мужчинами. Они так и делают. Но время от времени ищут приключений. И вот результат. Иногда на свет появляются странные дети. Маги, у которых есть второй лик — зверь. Иногда это бывают весьма необычные звери. Вроде твоего. Вот только вторые лики появляются у таких детей еще в младенчестве. Твой определенно запоздал.

— Говорю же: замки были. Не получалось выйти из тела Киры, — проворчала зверушка. — Уж не знаю, почему. Не ко мне претензия.

— И что делают с… такими, как я? — вопрос дался нелегко. По телу прошла дрожь.

— Лет двести назад старались запереть в маленьком мирке, чтобы сидели там и никого не беспокоили. Но однажды влиятельный высший маг придумал применение двуликим. Его зовут Джулиан Клейторн. Он и сейчас, вероятно, жив. Высшим отводится в разы больше времени, нежели другим магам, а уж тем более обычным людям. Они стареют медленно. В общем, Клейторн предложил использовать двуликих для контроля средних миров и их обитателей. Обычным магам там некомфортно. По разным причинам. А люди, что там живут, иногда способны распоясаться так, что все миры подпрыгивают. Они изобретательны и тщеславны. А двуликие, точнее их вторые лики — отличные наблюдатели. Что и как они делают, не буду рассказывать. Сама узнаешь во время учебы в академии.

— Хорошо, — кивнула я покорно, радуясь, что мне намерены найти применение, а не запереть где-нибудь. — Только не поняла: двуликие или двулапые?

— Правильно двуликие, конечно. Двулапыми вас прозвали оборотни. Потому что на двух ногах всегда ходите. В отличие от них. И прозвище прицепилось. Вас так многие за глаза стали звать.

Я помолчала некоторое время, раздумывая, что еще спросить. Однако решилась в итоге не на вопрос, а на просьбу.