— Кира, у тебя сегодня тестирование у профессора Бертрана. На пригодность к высшей магии. Кабине номер семьсот двадцать.

Я поежилась. За неделю, проведенную в Академии двуликих, я посещала только уроки леди Шо и практику Джорданны, где пока больше сидела и наблюдала за работой остальных. И вот пожалуйста — тест на высшую магию. И у кого? У педагога, которого ненавидела ректор!

— Поспеши, — велела Мойра, заметив, что я застыла посреди коридора.

— Не понимаю, зачем нам высшая магия, — проворчала я. — Мне точно не на что рассчитывать. У меня способности? Да идите все лесом.

При любом другом обитателе Академии я бы не решила говорить подобное. Но Мойра, как я убедилась за неделю, была той, при ком можно выдать нечто нестандартное. Кстати, она, как и леди Шо, не была двуликой. И как попала сюда, тоже оставалось загадкой.

— Любая магия в жизни пригодится, — изрекла она. — Топай к профессору Бертрану. А уж он решит, на что ты там способна.

Я подчинилась. Поднялась на седьмой этаж. Вместе с ликом, как и полагалось. Этот странный зверек послушно топал за мной, куда бы я ни отправилась. Обычно помалкивал, придя к выводу, что я пока не готова к крепкой дружбе. Кстати, имя у него появилось-таки. Я назвала лик Реми. Долго выбирать не пришлось. Оно будто само постучалось в голову. Быть может, просто подходило странной зверушке. Еще и первая буква была, как в кличке моего пса, что показалось символичным.

Уроки начались, и по дороге встретились всего три студента, которые явно опаздывали. Один с интересом оглядел меня с головы до ног. Взгляд задержался именно на ногах. Пришлось сжать зубы, чтобы не сделать ничего, что могло бы привести к наказанию вроде мытья посуды или полов, а то и еще хуже. Я успела понять за неделю, что здесь ко многим вещам относились проще, чем в моем родном мире. Девчонки без стыда обсуждали парней и бегали на свидания. А противоположный пол мог запросто нас рассматривать. Это не считалось чем-то запретным, хотя я сейчас и ощутила себя товаром на ярмарке. Меня по-прежнему нервировала короткая юбка, пусть и не так сильно, как в первый день.

Возле кабинета под номером семьсот двадцать я застыла на несколько секунд. Сердце нервно затрепыхалось. Но я пересилила волнение и постучалась в дверь. Та открылась сама. Точнее, с помощью магии. Я сделала вдох и вошла внутрь. ОН сидел за столом. Профессор Бертран. Немолодой мужчина с седыми волосами. Рядом стояла стройная блондинка в желтом платье, подчеркивающим каждый изгиб, и показывала профессору некие бумаги. На мое появление они не отреагировали, хотя я поздоровалась.

— Это прорыв! — возбужденно уверяла женщина.

— Было бы неплохо, — улыбнулся Бертран. — Но ты уже не раз приходила к такому выводу и ошибалась. Подожди немного. Нужно убедиться.

— На этот раз всё иначе, — отчеканила та. — Вот увидишь! Я докажу, что они неправы!

В этот момент Реми чихнул, и блондинка заметила наше присутствие.

— Ладно, пойду, — проговорила она, резким движением убрав прядку с лица. — Занимайся своими делами.

Она удалилась, пройдя мимо меня, будто я была пустым местом.

— Здравствуй, Кира, — поприветствовал профессор, откидываясь на спинку кресла. И пояснил: — Моя супруга занимается особенной наукой. А еще она очень увлекающаяся натура. Иногда до такой степени, что ничего и никого вокруг не видит.

Супруга?

Я мысленно усмехнулась. Молодая супруга, хотя он сам…

Хм…

Я посмотрела профессору в лицо и не обнаружила ни единой морщинки. Хотя волосы были полностью выбелены. Как у старика. С другой стороны, леди Клейторн выглядела очень молодо, жизненный опыт выдавали лишь далеко не юные глаза. А уж ее отцу давно полагалось почить, однако тот мог составить конкуренцию юношам.

— Вы маг или двуликий? — спросила я. — Ох, простите. Не следовало…

— Любопытство — не порок, — улыбнулся профессор, вставая из-за стола. — Но его всё же стоит держать в узде, — и прежде, чем я успела занервничать сильнее, он признался: — Я — двуликий. Джина!

— Я тут, — из-под стола вылезла собака, размером с овчарку. Черная, как смоль. И… с красными глазами.

— Не стоит пугаться, — проговорил профессор, когда я невольно сделала шаг назад. — Джина — второй лик, а не мифический демон из страшилок. — Итак, Кира, ты выросла в нижним мире и даже не подозревала о магическом происхождении?

— Да, — подтвердила я, не в силах оторвать взгляд от глаз собаки.

— Неужели, с тобой никогда не происходило ничего необычного?

— Нет. Я часто попадала в неприятности. Но с магией это никак не связано. Не думаю, что у меня есть к ней способности. Особенно к высшей.

— А это мы сейчас и проверим. Держи.

Я вздрогнула. Профессор ничего не сделал, а в воздухе появилась странная палка с рукоятью и полетела ко мне.

— Это тебе пригодится, — пояснил он, но не потрудился растолковать подробности.

А уже в следующий миг случилось НЕЧТО жуткое.

Свет погас. Нет, не свет в кабинете Бертрана. Вообще весь свет. Я осталась одна в кромешной тьме. Без профессора и, что самое странное, без Реми. От него не было бы особого толка, но в компании не так страшно. А я испугалась. Чертовски. Аж колени затряслись. Было в этой тьме что-то злое. Такое, что потом способно сниться в кошмарах годами.

— Здесь кто-то есть? — спросила я и облизнула сухие губы.

Вместо ответа ко мне со всех сторон полетели зеленые огоньки, похожие на светлячков. Но я нутром чуяла, что они вовсе не безобидные. С такими лучше не сталкиваться. Ни при каких обстоятельствах. Я в ужасе завертелась на месте, не понимая, что делать дальше. Не палкой же отбиваться, в самом деле! Это глупо…

— Какого черта ты творишь⁈ Думаешь, я закрою на ЭТО глаза⁈

Я вздрогнула, не понимая, кто это сказал. Голос был знакомый, женский. Но чей, сейчас я была не в состоянии определить.

— Мы здесь не одни, если ты не заметила, — сердито отозвался второй голос, мужской, принадлежавший, если я не ошибалась, профессору Бертрану.

— Это неважно. Она в вакууме и ничего не слышит, — бросила женщина.

Я вздрогнула повторно.

Ничего не слышит…

Они обо мне?

Кто-то пришел в кабинет профессора, и начался неприятный разговор, которому до меня долетать не полагалось?

Вот только я всё слышала.

Впрочем, сейчас это было не шибко важно.

Зеленые огоньки, зависшие на несколько мгновений, будто тоже прислушиваясь, вновь оживились. Медленно полетели ко мне.

Я закрутилась на месте, пытаясь сообразить, как именно обороняться, коли нападут. Проблема заключалась в том, что пока я буду разбираться с огоньками впереди и с боков, на меня накинутся сзади. И что? Крутиться, как волчок, пытаясь зашибить палкой всех сразу?

— Не создавай проблему там, где ее нет, Камилла, — велел профессор Бертран.

Велел ректору. Если, конечно, к нему не явилась некая другая женщина по имени Камилла.

— Не смей мне указывать, — отчеканила та. — Мне не оставили выбора, пришлось смириться с твоим назначением, но не рассчитывай, что позволю играть в игры. Тебе и твоей жене. Я вижу, что она делает. И пресеку любые попытки влезть в чужие дела. Если придется, кардинальным способом.

— О! Теперь ты угрожаешь Дженнифер?

Один из огоньков атаковал меня со спины. Ужалил, будто оса.

Я зарычала в ответ. Попыталась отмахнуться от мелких гаденышей палкой. Но те обозлились и… рванули на меня все разом.

Сердце почти остановилось от страха. Если «укол» одного огонька — это больно, что же будет, когда «ужалят» разом⁈ Оставалось только отбиваться. Бежать некуда. Вокруг тьма.

Но прежде, чем я замолотила палкой по зеленым вредителям, случилось невероятное. Моя правая рука взметнулась вверх, и… из палки вырвалось пламя. Самое настоящее пламя. Горячее, мощное.

Миг, и огоньки с визгом рассыпались, превратились в пепел у моих ног. А тьма исчезла, будто и не окутывала меня никогда. И вот я стою перед ректором и ее бывшим заместителем, сжимая в руке палку, из которой продолжало вырываться пламя.