Отец уходит. Я плетусь в душ. Ледяные струи бьют по коже, но стояк никуда не девается. Приходится решать проблему вручную, думая о маленькой эко-воительнице: о её упругой груди, о том, как она стонала, прикусив губу.

Чёрт! Мне нравится эта девчонка.

Но есть одно «но», которое сидит в мозгу занозой. Спор: «Переспать с Исаевой, влюбить в себя и бросить» — фраза теперь кажется плоской и пошлой.

Выхожу из душа, натягиваю на себя этот дурацкий костюм. Смотрю в зеркало. Не я. Чужой. Подбираю маску – лёгкая надменная ухмылка, холодноватый взгляд. Её я надену, как только переступлю порог отцовского офиса, и сниму, лишь когда его покину.

Внизу, в столовой, отец и Диана чинно завтракают. Он бросает на меня оценивающий взгляд, кивает, мол, сойдёт. Я игнорирую домочадцев, на ходу выпиваю чашку горького кофе, закидываю в рот пару кусков прошутто и оливку.

– Я на улице, – бросаю и выхожу, слыша за спиной сдержанные прощания и звук поцелуя.

Кривлюсь.

На крыльце накидываю пиджак. Материал неприятно холодит кожу. Не мой стиль. Не моё всё. Через пару минут появляется отец.

– На моей поедем, – заявляет он, поправляя запонки.

– Нет, я на своей. У меня потом дела, – отрезаю я и иду к своему «Порше», не оборачиваясь.

Сажусь за руль, завожу мотор. Достаю телефон: набираю Арине. В контактах она значится как «Грета Тумберг». Ухмыляюсь.

«Доброе утро, малышка. После вчерашнего хожу с перманентным стояком. В следующий раз не отмажешься ;)»

Отправляю и представляю её лицо: как она покраснеет, как закусит губу, пытаясь скрыть смущение. Неопытная. И да, скорее всего, девственница. Где же, блин, были мои мозги, когда я спорил? Спорить на девственницу – это уже вообще за гранью.

Выруливаю со двора. Ночью лил дождь, асфальт блестит, как мокрая глянцевая бумага. Утренние пробки – сплошной ад. Машины ползут, будто увязли в патоке. Стекло запотевает, приходится включать кондиционер. Стучу пальцами по рулю в такт какой-то жёсткой музыке из динамиков, нервно поглядывая на время.

Раздаётся звук смс. Открываю.

«Надеюсь, ты в курсе, как решить твою проблему… Не маленький же мальчик.)»

Читаю и не могу сдержать широкой улыбки. Дерзит. Мне нравится. Буквально заводит эта её смесь скромности и яркой колкости.

Отвечаю, недолго думая: «Надеюсь, скоро этот навык не понадобится. Есть способ приятнее». Отправляю. Уверен, она поняла.

День в офисе отца тянется мучительно долго. Строительная фирма «СтройИнвест» пахнет деньгами, новой мебелью и лицемерием. Меня сажают в кабинет с панорамными окнами, закидывают папками с договорами, актами, проектами. Я механически листаю их, ничего не понимая и не желая понимать.

Ко мне постоянно заходит секретарша, Женечка, какая-то юная дурочка с силиконовыми губами и восторженными глазами. Так и видит в каждом моём движении «молодого наследника».

Решаю её погонять.

– Женя, кофе. Без сахара. И чтобы не как в столовой, бурду не предлагать.

– Женя, это что за хрень в отчёте за третий квартал? Переделать.

– Женя, как вы вообще тут все работали без меня?

Она лишь краснеет, кивает и бежит исполнять.

Засранец? Да. Но мне скучно.

После обеда пишу Арине: «Какие планы? Может, в кино?»

Она, к моему удивлению, почти сразу соглашается, только прежде нужно заскочить на объект. Договариваемся встретиться у универа. У меня ещё пара часов на отсидку в этом аду, потом – свобода.

Срываюсь с места ровно в пять, сбрасывая ненавистный пиджак в машине. Еду к универу. Нервы почему-то играют. Останавливаюсь у ближайшего супермаркета, покупаю сигареты, хотя почти не курю. Просто чтобы занять руки. Прохожие, знакомые ребята с потока, смотрят на меня с удивлёнными ухмылками. Я в этом идиотском прикиде – рубашка, брюки. Выгляжу как лощёный пижон, сынок папочки.

Пристраиваюсь у входа в университет, прислонившись к машине, и жду.

Замечаю Арину.

Она выходит из главного корпуса, и я зависаю. В руках у неё папка, волосы распущены по плечам, а походка легко пружинит. Короткая юбка в складочку с каждым шагом слегка подпрыгивает, открывая стройные ноги. На губах играет лёгкий блеск, а в глазах, за стёклами стильной оправы, — весёлые искорки.

Она просто офигенная.

Я мгновенно чувствую знакомое напряжение и возбуждаюсь.

Арина замечает меня, смущённо улыбается, скользит взглядом по моей одежде и подходит ближе. Я вижу, как она волнуется: её пальцы перебирают ручку папки.

– Привет, – срывается с её губ.

Я не выдерживаю. Реагирую чисто на животном уровне. Отталкиваюсь от машины, забираю у неё папку, бросаю её на сиденье и, за секунду до того, как она что-то успевает сказать, притягиваю её к себе. Обнимаю так, что она взвизгивает от неожиданности, и прижимаюсь губами к её губам. Они сладкие от блеска. Она замирает на мгновение, а потом тает в этом поцелуе. Я отрываюсь и шепчу ей на ухо, губами касаясь мочки: – Ты очень сексуальная.

Она издаёт тихий, сдавленный стон, и от этого стона у меня всё сжимается внутри от желания.

Так-то, малышка.

Мы садимся в машину, и я отъезжаю от тротуара. И лишь краем глаза замечаю на парковке знакомые рожи: Влад и Тёмыч. Стоят и смотрят на нас с немыми, глупыми ухмылками.

Кристина рядом, её лицо вытянулось.

Внутри ёкает.

Они уже вовсю рисуют в своих грязных мыслишках картинки, которые скоро обернутся против Арины. Против нас. Но сейчас мне плевать. Сейчас в машине пахнет её духами, а она смотрит на меня распахнутыми, полными доверия глазами. И это главное.

Внутри меня смешиваются адреналин и что-то ещё — тёплое и щемящее. Рядом сидит Арина, волнуется, поправляет волосы дрожащими пальцами. От неё пахнет спелой грушей и этим пьянящим запахом невинности, который сводит меня с ума.

Бросаю на неё оценивающий, голодный взгляд. Она ловит его и, кажется, слегка смущается, но не отводит глаз. Вместо этого ехидно скользит по моей рубашке, идеальной складке на брюках, задерживается на начищенных до зеркального блеска ботинках.

— Ты чего такой нарядный? — с иронией спрашивает она, кивая на мой прикид. — Не в твоём стиле. Случилось чего? На собеседование в «Газпром» собрался? Хотя тебе вроде как ни к чему…

Ухмыляюсь, подмигивая ей.

— Нравлюсь? — парирую в тон. — Решил произвести впечатление на одну прекрасную студентку. Как? Получилось?

Смеётся, и этот смех как глоток свежего воздуха.

— Почти, — кокетливо отвечает она. — Но чего-то не хватает. Может, татуировок и рваных джинсов?

— Не вопрос, татуировки спрятаны под рубашкой. Готов показать… — обещаю, чувствуя, как разгорается азарт в крови. Она дразнит, искусно играет со мной, и эта игра меня заводит.

Я болтаю с ней о всякой ерунде, и это… странно. Мне не скучно. Не считаю минуты. Наоборот, ловлю каждое её слово. Мы из разных миров: она — из мира учебников и веры в хорошее, я — из мира денег и цинизма. Но прямо сейчас, в этой машине, эти миры не сталкиваются, а тихо сосуществуют. И мне спокойно.

Чёрт возьми, это даже пугает.

Вдруг моя пассажирка, словно очнувшись, встрепенулась:

— Слушай, а мы вообще куда едем? Я, между прочим, на заброшку собиралась… Там надо ещё кое-какие пробы взять.

Смотрю на девушку и понимаю, что в костюме и начищенных до блеска ботинках на заброшке буду смотреться как минимум нелепо. Да и она в своей короткой юбке и тонких колготках там долго не протянет.

— Пробы подождут, — решаю я. — Сегодня у нас культурная программа. Ты же согласилась в кино? Значит, едем.

— Но… — пытается она возразить, но я не даю ей договорить.

— Никаких «но». Просто расслабься и получай удовольствие. Я знаю одно место, которое тебе понравится.

Через двадцать минут мы паркуемся у кинотеатра. Беру билеты на ближайший сеанс, даже не взглянув на афишу. Какая, в сущности, разница, что там показывают? Веду её в роскошный VIP-зал с мягкими кожаными креслами и удобными подставками для ног.