«Доблестный рыцарь, предлагаю выполнить задание, которое позволит быстрее накопить баллы для перехода на следующий уровень. А заодно, решить проблемы общины».

«Я согласен. Что за задание?» – оживился я.

«Оно называется „Серые полчища“. Ты должен очистить Волчий край от крыс и мышей, вредящих растениям на полях и портящих вещи и продукты людей».

«Сколько у меня есть времени?»

«Три дня».

«Опять три дня? А нельзя увеличить хотя бы до недели?» – возмутился я.

«Нет».

Фух‑х‑х, ну ладно. Три так три. Благо теперь у меня есть способность, которая позволит расправиться с мышами и крысами довольно быстро.

«Рыцарь моего сердца, я хочу предупредить, что на все три дня заблокирована способность третьего уровня».

«Что⁈ Я не смогу призвать крыс?» – я аж подпрыгнул.

«Нет, не сможешь», – совершенно беспристрастным голосом ответила она.

Гниль в корень! Это же все сильно усугубляет! Как я смогу за три дня очистить всю общину от крыс?.. Погодите‑ка.

«Лара, а как же мой питомец Норель? Я не буду ее убивать», – твердо заявил, вспомнив мою безухую крысу.

«Питомец может остаться».

Ну хоть какая‑то хорошая новость.

Выложив краски и новую кисточку на полку, я лег на кровать и погрузился в свои мысли.

Будучи Друидом мне достаточно было взмахнуть посохом, чтобы уничтожить того, кого нужно было уничтожить. Обычно это были твари – порождения тьмы. Или мутанты, изменившиеся из‑за глобальных катаклизмов. Были также и обычные животные, но которые расплодились настолько, что угрожали гармонии и балансу.

Сейчас же я мог просто изгнать крыс из общины, но Система заблокировала мою способность призывать мелких существ, а это значит, что их придется убивать. Ну что ж, я к этому готов.

– Егор, иди ешь! – вывел меня из раздумий голос бабки.

– Иду! – аккуратно переложил щенка, заснувшего на мне, на его подстилку и вышел из комнаты.

М‑м‑м, на весь дом распространился запах жареного мяса.

– Отбивные приготовила. Не знаю, как получилось. Давно у нас столько мяса не было. – Авдотья поставила на стол блюдо с кусками зажаристого мяса.

Я не стал дожидаться, когда мне предложат, а сразу схватил верхний кусок и вцепился В него зубами. Вот тут‑то меня настигло разочарование. Я не то что прожевать, даже откусить не мог жесткий кусок передержанного мяса.

– Ножом будет легче, – вполголоса проговорила Анна, покосившись на Авдотью, которая с довольным видом накладывала каждому в тарелку овощное рагу и приправляла темным маслом из сковороды, в которой жарилось мясо.

Раздражительно выдохнув, вытащил мясо изо рта, положил на тарелку и, прикладывая недюжинные усилия, разрезал на тонкие полоски поперек волокон. Так жевалось проще, но все равно к тому времени, когда доел свою отбивную, у меня челюсть заныла от напряжения.

– Как охотники определяют, какого крата можно есть, а какого нельзя? – спросил я у Ивана, когда доел рагу и получил стакан сладкого компота.

– Краты разные бывают. Некоторые просто размером меняются. Если ты встретишь в Дебрях двухметрового кабана, то смело можешь убивать и есть, – ухмыльнулся он.

Даже мысль о том, что я могу кого‑то убить, его забавляла. Ну ничего, скоро вся община будет усеяна трупами… крыс.

– А если ты увидишь урода с двумя головами или гиганта, похожего на ящера, то лучше не трогай. Их мясо ядовито.

– Ясно, – кивнул я и, с наслаждением допив кисло‑сладкий компот, продолжил задавать вопросы: – А как далеко ты заходил в Дебри?

– Далеко. Километров пять от ворот, – прикинув в уме, ответил он.

– И что там? – я заинтересованно подался вперед.

– Все то же, что и везде. Только лес гуще и темнее, – пожал он плечами.

– А энергия? Ты что‑то чувствовал? – я весь напрягся, ожидая ответа.

Дебри пышут энергией, но издали чувствуется что‑то чужеродное. То, что не может принадлежать этом миру.

Анна с Авдотьей насторожились и прислушались к разговору, переводя взгляд с меня на Ивана и обратно.

– Как же я энергию эту почувствую, если и не маг вовсе? – пожал он плечами. – Ты вон у магов‑охотников поспрашивай.

– У кого например?

– Да у того же Бинокля. Он ведь руномаг.

Очкастый охотник Бинокль – руномаг? Неожиданно. Я вмиг поднялся с места, поблагодарил женщин за вкусный ужин и поспешил к выходу.

– Если у торговцев их нет, то в трактире поищи! Если и там нет, то у наместника гостят! – крикнул мне вслед Иван.

Призрак вместе со мной выскочил на улицу и, весело тявкая, побежал рядом. Уже вечерело, но я надеялся, что охотники еще не ушли с базара. Не хотелось бы мне искать их в трактире, а тем более у наместника.

Когда добежал до торговцев, увидел, что наместник вместе со своими людьми загоняют поросей в прицеп грузовика. Хрюшки возмущенно хрюкали и визжали каждый раз как по их спинам проходились хлесткими плетьми.

– Пошевеливайтесь! Фью‑фью‑фью! Не отставай, поросячья морда! – прикрикивал тот самый водитель грузовика и грубо пихал ногой свиней.

Я не стал подходить к ним, хотя от увиденного хотелось выхватить у них плеть и самому пройтись по спинам мучителей. И хотя я понимал, что этих безобидных созданий везут на убой, все равно не мог вынести плохого отношения.

– О, Никитка, – перехватил я мальчика, которому подарил жирафа. – Ты охотников не видел?

– Здорова, Егор, – он по‑взрослому протянул мне руку и как мог сжал. – Видел. В трактир пошли.

– Ясно, – кивнул я и хотел двинуться в сторону трактира, но он преградил мне дорогу.

– Ты не думай, я про свой долг не забыл. Отец приедет, и я обязательно расплачусь.

– Хорошо, – улыбнулся и хотел потрепать его по волосам, как обычно делают мне, но воздержался, поймав строгий взгляд.

– А ты Фарруху не отдавал свои игрушки? – он не уходил с моего пути.

– Продал три поделки. А что?

Никита оглянулся и заговорщически прошептал:

– Слышал кое‑что, только ты не говори, что я тебе сказал. Обещай.

– Обещаю. – Серьезность мальчика меня забавляла.

– Фаррух перепродал твои игрушки за сорок рублей каждую и пообещал, что к следующему приезду каравана еще игрушек подготовит. Но он их статуэтками обозвал.

– Подготовит? Он сказал, что сам их сделал? – удивился я.

– Да. А еще сказал, что сам в Дебри ради ясеня выбирался. Жизнью рисковал, поэтому так много просит.

– Вот жук, – вырвалось у меня.

– Не то слово! В общем, больше с ним дел не имей, – строго предупредил Никита, заглянул мне в глаза, кивнул и вернулся к толпе ребятни, что толкалась неподалеку.

М‑да уж, торгаши во всех мирах одинаковые: чего только не выдумают, чтобы выгоднее продать свой товар.

Я еще раз оглянулся и посмотрел в сторону грузовика, но свиней уже загнали в кузов, и теперь слышалось только их приглушенное хрюканье.

По мере приближения к трактиру все громче слышались пьяные выкрики, гул нестройных голосов и чье‑то неумелое пение. Возле двери трактира прямо на земле лежал мужчина и громко храпел. Еще один на нетвердых ногах стоял, опираясь об угол здания, и издавал характерные звуки при несварении желудка.

Вокруг витало столько неприятных запахов, что я замер в нерешительности. Очень не хотелось заходить внутрь трактира, но я хотел поговорить с Биноклем. Иван сказал, что он маг, а значит должен чувствовать «дыхание» Дебрей.

– Эй, ты чего здесь ошиваешься? Мал еще по трактирам ходить! – прикрикнул на меня тот, что стоял на углу. – А ну пшшл дом… ик… ой. Ик!

Покачиваясь и вытирая рот рукавом, он шел ко мне.

Я не стал ему отвечать, а быстро подошел к входу, задержал дыхание и распахнул дверь. Звуки стали в разы громче, а от смеси различных запахов подступил ком к горлу. Все‑таки я много времени проводил на природе и редко выходил к людям, поэтому не привык к такому.

Взяв себя в руки, зашел в здание и осмотрелся. Охотники обособленно сидели за дальними столами. Также здесь были торговцы и наши общинники.

Я уже двинулся к охотникам, но тут прямо передо мной неизвестно откуда появилась та самая пышногрудая дама, что обслуживала нас в прошлый раз.