Что сказать? Мы никогда не были подругами. Даже приятельницами не были. Но все же проучились вместе целый год. Не знаю, что мною движет, ведь раньше я сама предпочитала не привлекать к себе внимание, но сейчас я преграждаю ей путь и говорю:

— Привет, Таня.

Она снова смотрит на меня.

— Мы знакомы?

— Да, мы вместе учились. 32 гимназия.

— Да? — смотри она на меня недоверчиво, приподнимая бровь. — Что-то я не помню.

Лицо у нее при этом остается все таким же равнодушным. И я понимаю, что она не играет. Она действительно меня не узнает.

— Таня, вот ты где! — раздается мужской голос.

Поворачиваю голову. В нашу сторону идет Кирилл Барановский, восходящая звезда футбола, чье лицо с завидной регулярностью можно видеть в телевизионной рекламе.

Они обнимаются и целуются прямо у меня на глазах, а потом удаляются в сторону лифтов. Думаю, чтобы подняться в королевский пентхауз. Вряд ли такой шикарной паре подойдет менее роскошный номер.

Это столкновение в очередной раз напоминает о полном ничтожестве моей персоны. И мне становится страшно от того, что Роман скоро тоже поймет насколько я блеклая, неинтересная, никчемная. Поймет и бросит меня.

Как итог на меня наваливается вселенская тоска, и в бунгало я возвращаюсь в полном раздрае.

К счастью Роман уже там. Он сразу ловит меня в свои объятия и не отпускает до тех пор, пока я не признаюсь ему в причине своей печали. Я рассказываю ему про Таню, потом про школу, бабушку, мачеху. Он очень внимательно слушает, задает мне какие-то вопросы, покачивает меня на ручках, как ребенка. И я успокаиваюсь. Высказав все свои обидки вслух, я вдруг осознаю как они ничтожны. Ведь мнение окружающих это всего лишь их мнение, которое может вовсе не соответствовать действительности.

Получается, что мой любимый снова мне помог, сделал меня сильнее.

Кладу свою голову ему на плечо, целую ключицу, прикрываю глаза.

— Ты самый лучший. Я люблю тебя, — тихонько мурлычу, практически засыпая.

Пять лет назад. Кипр

У меня сегодня день рождения. Мне исполняется 20. А еще это наш предпоследний день на острове. Роман приглашает меня на ужин в шикарный ресторан. Просит нарядиться в прекрасное шелковое платье, которое оказывается купил мне еще в Москве.

Моя душа парит где-то очень-очень высоко. Я стараюсь отодвинуть мысль о скором возвращении домой как можно дальше, потому что пока что просто не понимаю как я буду существовать в своей «той жизни». Ведь теперь я знаю, что бывает совсем по-другому.

— Хочу чтобы ты переехала в Москву, — говорит Роман после того как официант уносит тарелки.

— Что? — вырывается у меня. — Как переехать? Я ведь учусь…

Он смотрит на меня снисходительно и спокойно отвечает:

— На заочном, насколько я помню. Будешь ездить в Питер на сессии или переведешься в московский вуз. Я все устрою. Другие возражения есть?

Я отрицательно качаю головой, потому что не могу вымолвить ни слова.

— Отлично! Тогда подарок на день рождения!

Он вынимает из кармана бархатную коробочку. Она слишком большая для кольца. Я это сразу понимаю. И это помогает мне не грохнуться в обморок от счастья.

Внутри браслет из платины с сапфиром от Тиффани. Это изящное украшение я разглядывала на днях в витрине бутика, расположенного в нашем отеле. Откуда он узнал, что мне понравилось? В очередной раз удивляюсь тому, как он меня чувствует, предугадывает, читает.

Когда возвращаемся в бунгало меня ждет еще один подарок — полупрофессиональный фотоаппарат Никон. Шикарный!

— Я заметил, что тебе нравиться снимать. В Москве можешь пойти учиться на курсы, если захочешь, — комментирует Волохов.

— Спасибо-спасибо-спасибо!!!! — кидаюсь ему на шею.

И благодарю как могу. Целую и ласкаю каждый сантиметр его тела. Отдаюсь ему с такой страстью, как будто от этого зависят наши жизни.

— Я так тебя люблю, — шепчу ему, когда опустошенные и слегка влажные мы падаем на нашу кровать. — Не знаю смогу ли когда-нибудь отблагодарить тебя за все, что ты для меня делаешь. Я так счастлива с тобой!

— Вообще-то ты можешь кое-что сделать, — Роман склоняется надо мной, гладит меня по щеке.

— Что?

— Завтра утром пойди гулять, возьми новый фотоаппарат, чтобы попробовать.

— Хорошо, — киваю я.

— И сфотографируй людей, которые живут на вилле в конце пляжа. Сможешь?

— Да, — без раздумий соглашаюсь я. Разве могу ему в чем-то отказать? Тем более в такой ерунде.

Просыпаюсь первая. Тихонько выбираюсь из кровати, меня мучает сушняк после вчерашнего шампанского. Иду в гостиную, там в мини-холодильнике всегда есть вода.

Утолив жажду, беру в руки фотоаппарат и выхожу на террасу. Делаю несколько десятков снимков утреннего моря, сонного побережья и отеля. На этом память заканчивается. Мне рекомендуется вставить флэш-карту. Нужный аксессуар находится в пакете от камеры. Быстро нахожу в интернете инструкцию, изучаю. Вставляю карту, проверяю. Все работает. Отлично!

Теперь надо продумать легенду и образ. Решаю, что косить под дурочку самый беспроигрышный вариант. Одеваюсь максимально не презентабельно. Джинсовые шорты, простая белая футболка с полустертыми надписями, на ногах кеды. Все эти вещи я к счастью прихватила с собой, несмотря на возражения Лоры при сборке чемодана.

Волосы у меня несвежие, но специально решаю их не мыть. Собираю в хвост. На нос цепляю дешевые солнечные очки с красными стеклами. Рюкзак на плечи. Фотик на шею. На лицо дебильная улыбка. Вполне сойду за европейскую туристку.

Делаю пару глубоких вдохов и выхожу на охоту. В смысле на фото-охоту.

Не торопясь иду в сторону той виллы, про которую говорил Роман. Она находится в самом конце частного пляжа. Со всех сторон окружена кустарником, чтобы посторонние не засматривались. Но мне-то надо. Надеюсь постояльцы виллы уже не спят. А то все мои усилия пойдут насмарку.

На фотоаппарате настраиваю режим автоспуска. Камера сделает 9 снимков с интервалом 20 секунд. Надеюсь этого будет достаточно.

Ступаю на дорожку, и сразу слышу музыку и журчащий девичий смех. Кажется мне повезло. Душу в себе волнение, делаю еще несколько шагов и оказываюсь у небольшого бассейна. На его другой стороне стоит шезлонг, на котором лежит грузный мужчина. Ему лет сорок пять, а может больше. Сзади него стоит девушка топлес и делает ему массаж плеч.

— Калимера фил[1], — тяну губы в улыбке и вскидываю руку в приветственном жесте.

Камера работает. Повисает немая пауза.

— Это частная территория! — рычит мужчина, привставая с шезлонга.

Девушка же даже не прикрывает голую грудь. Хотя чего ей прикрываться. Она идеальна. Настоящая фото-модель.

— Sorry, — перехожу на английский, пытаюсь имитировать шотландский акцент. — I don't speak greek.[2]

— Вадик! Еб твою мать! Почему здесь посторонние? За что я плачу тебе деньги? — мужик уже на ногах.

У него огромное пузо. Как у борца сумо, которых я видела по телевизору. А на лице читается явная угроза.

На его крики из-за угла виллы появляется Вадик, судя по всему. И вот тогда я понимаю, что такое человек-гора.

Мне становится страшно. От толстяка я бы запросто убежала, а вот этот громила по-настоящему опасен. Пот тонкой струйкой стекает между лопаток. Но я продолжаю улыбаться.

— Sorry, I'm lost. I'm leaving now,[3] — на этих словах я разворачиваюсь и иду обратно тем путем, которым пришла.

На мгновение мне даже кажется, что все складывается весьма неплохо. Но потом я слышу голос хозяина виллы:

— Фотоаппарат.

Ускоряюсь и на ощупь вытаскиваю карту памяти. Запихиваю ее в передний карман шорт.

— Эй, — слышу сзади. — Тормознись! Блядь, какого хуя? Я ведь все равно догоню!

Не реагирую. Я ведь не понимаю по-русски, а также по-гречески, как уже сообщила ранее.

— Fuck! Stop,[4] — Вадик переходит на английский. Да он полиглот: русский, матерный, английски…