Пожалел где-то через месяц уже. Но отец тоже тогда закусил удила. И сколько мать ни просила, помогать не стал. Для меня-то, конечно, это и к лучшему было. Мозгов слегка прибавилось после этих затянувшихся на год каникул. А вот Димке, наверное, не очень повезло, хоть он и считал по-другому.

Более разных людей, чем мы с ним на самом деле представить себе сложно. Московский мажор и сибиряк из глубинки. Мы как белый медведь и мадагаскарский лемур. Не могли встретиться в природе, но встретились. Меня он сразу привлек своим легким характером и вечно позитивной энергетикой, которую распространял вокруг себя.

По нему было видно, что он правильный парень. С принципами и собственным мнением. Мне самому в себе таких качеств всегда не доставало. Поэтому я смотрел на него и даже перенимал у него что-то. Как реагировать на ситуации, как не ронять собственное достоинство, как не отступать от своих принципов. Это при том, что я вообще-то старше его на два года.

А потом Москва эта. И возвращение в тот ритм, который вернул мне "заводские настройки" и развел-таки нас по разным компаниям. Сейчас даже уже не вспомню, когда мы последний раз с Марусей по душам разговаривали. Может за полгода до всего этого трэша?

Мы вращались на разных орбитах, хоть и чувствовали по-прежнему дружескую симпатию друг к другу.

Тогда весной он внезапно позвал меня к себе в гости выпить пива. И я поехал. Мы сидели всю ночь на кухне. Курили, разговаривали тихонько, чтобы не разбудить его девушку. И все у него было хорошо. Большие планы. Море позитива как всегда. Тогда в очередной раз я поймал себя на мысли, как много вокруг меня всякого сброда. А хорошие люди встречаются, но почему-то на расстоянии где-то. Вот Дима, например, или мой одногрупник Денис Воронец. Тоже правильный пацан. Из простой семьи опять же, но голова на плечах имеется. Такими делами уже ворочает! Я рядом с ним выпускник детского сада.

В кабинет заглядывает мама.

— Дюша, пойдем ужинать. Папа уже приехал.

— Да, мам, иду, — отзываюсь, отключая ноутбук.

Спускаюсь в столовую. Отец уже сидит во главе стола. Мы с ним расстались буквально два часа назад, когда вместе вышли из офиса. Он отправился на очередной прием к кардиологу с водителем, я сразу приехал сюда. Мы теперь вместе работаем. Уже и не вспоминаю, что еще несколько месяцев назад открещивался от всего этого руками и ногами. Теперь чувствую, что должен. По крайне мере пока он окончательно не поправит здоровье.

— Завтра к нам приедет человек из органов, который в курсе расследования. Хочешь поприсутствовать? — спрашивает отец.

— Конечно, — горячо отвечаю я.

Спустя сутки я опять в отцовском кабинете на втором этаже особняка. В последнее время я часто здесь провожу время. А раньше не любил. Ведь сюда меня в основном зазывали, чтобы хорошенько пропесочить. С легкой грустью вспоминаю те времена. То состояние беззаботности, в котором я перманентно пребывал, мне больше не знакомо.

Перебираю копии документов, которые мы сегодня получили. Среди бумаг пара справок по фигурантам. Их по сути дела трое. Но двоих уже нет в живых С них ничего не спросишь.

Третий — Ежов. Дал показания сразу и готов был отвечать на вопросы хоть 24 часа в сутки, но толку от него, как от козла молока. Потому что он как был никем, так и остался лишь ничтожной пешкой в чьей-то игре.

Волохов вышел на него за два дня до событий. Представился юристом нового акционера. Предъявил какие-то бумаги. Поведал печальную историю про то, что был провален тендер, про то, что предприятие на грани банкротства, все активы выведены, а генеральный директор, то есть мой отец, уже слился. Это пока тот, на минуточку, находился в больнице.

Короче, Ежов как всегда обосрался и решил примкнуть к тому, кто казался более перспективным на тот момент. И таким образом очутился 20 ноября среди участников потасовки у головного офиса. Также на его совести привлечение бойцов своего ЧОПа, что стало катализатором случившейся трагедии. Где-то рядом у проезжавшей мимо машины лопунула шина, у одного из вооруженных "гостей" взыграли нервишки, и он нажал на курок, ранив Димаса...

Распечатки входящих звонков, биллинг и изучение электронной почты этого индивидуума подтвердили его показания. До указанной даты абсолютно никаких контактов ни с Волоховым, ни с Фроловым.

А вот тут начинается самое интересное!

Волохов, погибший на месте, согласно обнаруженным документам представлял интересы ООО Фрод, типа от Фролова Олега Дмитриевича, который и являлся его единоличным собственником. Так вот, это ООО на протяжении последних нескольких месяцев и занималось скупкой акций. И навыкупало аж 10 процентов. По сути вместе с Ежовым они были близки к блокирующему пакету.

И все бы ничего. Однако, есть в этой истории одно «но», притом большое и жирное. Фролов — алкаш и деградант. Зарегистрирован в бараке на окраине Москвы. Это место, от которого разит нищетой и безнадегой. Настоящее гетто для бичей, наркоманов и дешевых шлюх.

А еще по роковому стечению обстоятельств гражданин Фролов вместе с тремя собутыльниками погибает в пожаре, который случается не когда-нибудь, а в ночь с 20 на 21 ноября.

По заключению сотрудников МЧС пожар произошел из-за короткого замыкания.

Таким образом следствие благополучно зашло в тупик. И это уже мое заключение.

Фролов, конечно же, подставное лицо. Это понятно абсолютно всем. Но на мой взгляд и Волохов не тянет на главного злодея в этой истории. Не того масштаба персонаж. Ну чем он там раньше занимался? Какие-то мелкие гражданские споры, в начале карьеры, потом семейное право, разводы. Правда парочка достаточно громких дел было. Например, Кирилла Барановского. Я с ним шапочно знаком. Беру себе на заметку в качестве возможного источника информации.

Ну даже если предположить, что Волохов решил добавить в свою жизнь чуть-чуть адреналина, то каким образом он вышел именно на «Эле-ком»? Где добыл столько инсайдерской информации? Кто направил его к Ежову? А момент для атаки выбран наобум или все же было понимание о том состоянии, в котором пребывал мой отец? Что опять же произошло с тендером? Почему «Эле-ком» провалился? Отец всегда был до чертиков педантичен. Готовился к таким вещам тщательно. И, конечно же, уделял огромное внимание защите информации. Многие считали его чуть ли не параноиком.

Вот смотрю я на фото этого Волохова и не верю, что он все это замутил. Читаю биографию. Из хорошей семьи. Мать, Нина Сергеевна Волохова, 68 лет, проживает в Санкт-Петербурге, преподает в университете на филологическом факультете. Отец, Олег Викторович, преподавал там же только на физмате, скончался десять лет назад.

Еще есть невеста. Шарона Горовиц, гражданка Израиля. Обручены два года. Она живет на две страны. Про дела жениха вообще ничего не знает, даже с его друзьями не знакома.

Следствием проверены его контакты за последние несколько месяцев, но ничего подозрительного не выявлено. Ни малейшего пересечения с кем-либо из наших конкурентов, заинтересованных в развале «Эле-ком». Никаких связей с лицами, которые занимались ранее или находились бы в разработке у правоохранительных органов по подобного рода делами.

С завидным постоянством он общался еще только с одним человеком — Минц Инной Валерьевной, психологом. "Прорабатывал вопросы постоянного стресса", как гласят изъятые следствием записи. Отчего он у него возникал, интересно? А еще подключал ее в качестве специалиста для оказания помощи своим разводящимся клиентам.

Три сотрудника, работавшие в штате конторы Волохова, тоже ничего путного сообщить не смогли.

Бухгалтер, Васильева Наталья Николаевна, дама в возрасте, работала из дома. В контору на Ленинградском проспекте наведывалась крайне редко. Вся документация ООО «Конус» в идеальном порядке.

Секретарь, Белова Лена, 23-х лет хоть и присутствовала в офисе ежедневно, тоже ничего интересного поведать не смогла. Потому что сам Волохов появлялся там не каждый день. Встречи его происходили в основном на выезде. Девушка же исправно отвечала на звонки, распечатывала необходимые документы и занималась входящей и исходящей корреспонденцией.