Петрович принимает мой сигнал верно. Поднимается из своего кресла.

— Стасов, смени меня. Я обедать. До трех меня не будет, но на связи. Особое внимание четвертому сектору.

Идем в нашу столовую. Кормят тут весьма неплохо. Поэтому я тоже с удовольствием беру комплексный обед.

Занимаем столик в дальнем конце зала.

— Ну выкладывай, Андрей Андреевич, к чему вся эта конспирация? — говорит Петрович.

— Посоветоваться хочу по одному вопросу.

— Надеюсь это не касается недавних событий в «Эле-ком»? Потому что сразу скажу, не лезь в это дело. Пусть расследованием занимаются профессионалы.

Ну что-то подобное я в принципе ожидал, поэтому не делюсь своими подозрениями, а смещаю акцент в сторону личной заинтересованности, которая есть в этой истории.

— Мне надо найти человека, девушку. Но я не знаю ее фамилию. Собственно говоря и отчество тоже не знаю.

— Какие данные есть? Дата рождения, адрес проживания?

Морщу лоб, понимая, что по сути вообще ничего не знаю об Алисе.

— Только последнее место проживания в Москве, но квартиру она снимала. Возраст примерный знаю, но не точную дату рождения.

— Фото есть?

— Нету.

— Да уж, задачка. А ты уверен, что хочешь ее найти?

— Очень хочу.

— Ну тогда я бы начал с опроса людей, с которыми она контактировала. Квартирная хозяйка, соседи, друзья, знакомые, сослуживцы. Люди на самом деле могут знать намного больше, чем даже сами думают. Еще стоит проверить неопознанные трупы за период исчезновения. Если человек пропал внезапно, то нельзя отметать версию несчастного случая или преступления.

От этого предложения мне становится душно, и я буквально чувствую, как волосы шевелятся у меня на голове. Мне даже в голову такая версия не приходила, но по сути Петрович прав. Могло произойти все, что угодно. А если брать во внимание известную мне информацию о предполагаемой связи Алисы с Волоховым, то тем более такое развитие событий весьма вероятно. Тут же перед глазами всплывают фото поврежденного БМВ и обгоревшего барака, где жил Фролов.

Петрович тем временем продолжает разглагольствовать:

— Можно проверить соц сети. Вы же теперь шагу ступить не можете, не сообщив об этом всему свету. Если установить фамилию, то можно поискать родственников. По месту работы могут подать заявление в полицию. Это в том случае, если человек не уволился. При наличии ресурса можно отследить банковские транзакции. Но это уже скорее компетенция органов внутренних дел. А чтобы туда обратиться нужны данные человека как минимум.

Наверное, эти разглагольствования могли бы продолжаться еще долго, но видать моя озадаченная физиономия натолкнула Петровича на мысль, что вот не помогает это все, что он сейчас говорит.

— Эх, Андрей Андреич. Что же вы так общаетесь, что ничегошеньки друг про дружку не знаете?

— А что мне при знакомстве у девушки сразу паспорт спрашивать что ли? Странно это как-то будет.

— Дак если девушка такая особенная, то можно сразу и паспорт, и в ЗАГС, — ухмыляется Петрович.

Чувствую, что кончики моих ушей начинают гореть. Дурацкая особенность моего организма! Всегда при сильном волнении у меня краснеют уши почему-то. В гимназии постоянно палился, когда списывал. А сейчас-то что?

— Ладно, Андрей. Дело молодое. Что я, не понимаю что ли? — продолжает Михалыч. — Дам тебе номерок одного моего знакомого. Он занимается частным сыском. Если сам ничего не выяснишь, то обратишься к нему. Это, конечно, не дешево…

— Деньги не проблема, — тут же отзываюсь.

— Это и понятно. Пиши, короче.

Вношу в список контактов номер телефона Архипова Дмитрия. Надо еще раз сесть и все хорошенько обдумать. Разобраться что я могу сделать своими силами, а что, возможно, стоит поручить профессионалам.

Время, которое я потратил в первой половине дня на разъезды, приходится компенсировать упорным трудом до самого вечера. В «Эле-ком» от меня зависит работа других людей, поэтому я не могу «забить». А еще я не хочу подставлять отца. Сплетни о нерадивом сыночке-бездельнике среди сотрудников компании совсем не то, что сейчас нужно.

Возвращаюсь в особняк к родителям как раз ужину. Наша семья на фоне всех случившихся неприятностей как будто бы сплотилась, все старые разногласия отошли на второй план. Мама, как раньше, сама готовит наши любимые блюда и устраивает посиделки с друзьями и родственниками. Вот и сегодня на столе есть все, что я просто обожаю: рыба, запеченный картофель, пирожки с грибами, салат. Слюнки аж текут. Бедный папа, у него отдельное диетическое меню, что-то там на пару.

В гостях у нас дядька с женой и падчерицей, а еще соседи — Артамонов с семейством. Надеюсь, его мать уже забыла о случившемся на юбилее недоразумении. Хотя, судя по взгляду, которым она меня одаривает, память у нее прекрасная и деменция ей пока не грозит.

Атмосфера в столовой оживленная. Только Лехи почему-то нет. Иду к нему в комнату. Дверь заперта. Стучусь. Не открывает. Что происходит вообще? Долблю кулаком сильнее.

— Чо надо? — раздается в конце концов недовольный голос.

— Открыл быстро! — еще раз ударяю по двери.

Слышу какое-то шуршание. Еще через пару минут дверь приоткрывается. Не церемонюсь. Тут же вхожу в спальню. В комнате темно, светятся только два компьютерных монитора.

— Что заперся? Дрочил что ли? — спрашиваю с наездом.

— Да спал я, — отвечает Леха и взгляд отводит. Врет, не иначе.

Видок у него отстой. Длинные волосы всклокочены, давно к парикмахеру пора сходить. И воняет так, будто неделю не мылся. Пиздец какой-то!

— Иди быстро в душ, пять минут тебе, боец. А потом спускаемся в столовую. У нас гости.

— Кто еще приперся?

— Аратамоновы и дядя Саша с Юлей и Стешей.

— Не хочу ничего, я не голодный, — ворчит это чудище.

— Значит есть не будешь, будешь просто сидеть за столом и смотреть как мы едим. Понятно?

Уходит в ванную, хлопнув дверью.

Лешке сложно, я понимаю. Большую часть сознательной жизни он провел в другом городе и среди других людей. Наверное, непросто, потеряв самого близкого человека на свете, узнать правду о своем биологическом отце. Насколько я понял, Вера ему говорила, что тот пропал без вести. Честно, не знаю как бы сам повел бы себя в подобной ситуации. Я ведь и при полной семье умудрялся отжигать в свое время не по-детски. А тут все отягчающие...

Через десять минут брат появляется из ванной. Рожа по-прежнему недовольная, как будто я его оторвал от мега-важных дел.

— Лицо попроще сделай, — говорю строгим тоном. Знаю по себе, что иногда такое необходимо. Нельзя только няшкаться, толку не будет.

Кривится, но когда спускаемся в столовую, вполне нормально общается со всеми. Однако я понимаю, что это разовая акция. Надо мне Леху как-то тормошить почаще, чтобы он не забывал, что тоже является частью семьи и не чувствовал себя на обочине происходящего.

За столом разговор вертится вокруг новостей нашего коттеджного поселка. Недавно к кому-то из соседей проникли в дом, пока хозяева отдыхали за границей. Что-то стащили по мелочи, но самое главное устроили в доме жуткий бардак. Есть версия, что это хулиганский поступок кого-то из своих. Например, каких-нибудь скучающих подростков.

Я сижу и помалкиваю. Хотя мой мозг тоже обдумывает версию «своих», но только в деле о попытке рейдерского захвата.

Смотрю на дядьку. Он младше отца. У них разница 7 лет. Их отношения мало похожи на братские, скорее начальник и подчиненный. С тем лишь отличием, что не всякий подчиненный имеет такие привилегии, как еженедельные ужины с президентом копании.

Дядя Саша руководит в «Эле-ком» отделом разработок. Он действительно талантливый инженер и всегда хотел этим заниматься. Зарплата у него, конечно, неплохая, но это смотря с чем сравнивать. Перевожу взгляд на Юлию, его жену. Она старше дядьки на два года. Холодная аристократичная красотка. Стеша ее дочь от первого брака. Общих детей у них пока нет. Сама невестка из весьма состоятельной семьи и, насколько мне известно, других наследников там нет. То есть деньги в их случае вряд ли могли стать мотивом преступления, а вот амбиции вполне.