Набираю пароль. Проваливаюсь в журнал звонков: Киса, Бык, Стич, Окси, КИТ. Что за зоопарк? Это точно не мое. Чертовщина какая-то!

Тело затекло и болит. Я бы даже сказал, что болит абсолютно все: каждая кость, каждая мышца, каждая клетка. Принимаю вертикальное положение. Глаза режет от нереалистичного дневного света, беспрепятственно проникающего через окно, на котором отсутствуют шторы.

И тут в памяти всплывает, что я не у себя дома, и даже не у родителей. Я у Алисы. Она привезла меня к себе после того как вчера я, будучи навеселе, подрался с мудаком, который докапывался до нее в спортивном баре, куда мы заехали, устав стоять в многочасовой пробке.

По дороге сюда мы еще посетили травмпункт. Там мне сделали рентген и, кажись, диагностировали легкий сотряс. Но это не точно.

С трудом сдерживаю рвотный позыв. Состояние хуже не бывает: руки слегка трясутся, тело тяжелое и какое-то обессиленное. Поднимаюсь на ноги и делаю несколько шагов в сторону двери. Каждое движение дается с огромным трудом.

Из комнаты, в которой я лежал на широкой двуспальной кровати, попадаю в просторную кухню-гостиную. Окна в пол выходят на застекленную лоджию. Там Алиса в быстром темпе ходит по беговой дорожке.

Вот откуда эти равномерные звуки, которые не дают покоя моей несчастной голове!

Девушка одета в легинсы и спортивный лифчик. На ногах кроссовки. Тренажер расположен так, что я вижу ее сбоку и чуть сзади. И мне предоставляется чудесная возможность хорошенько рассмотреть ее тело и при этом не быть пойманным за этим процессом.

Пожалуй, фигурка у нее все же ничего, делаю заключение. Рост небольшой, малявка рядом со мной. Но все очень пропорционально. Ноги длинные и крепкие, уверенно шагают по движущемуся полотну. Талия тонкая. Спина прямая. Попка круглая. Красивые плечи. Спортивная, но не перекачанная. Мне нравится.

Вздыхаю и направляюсь к огромному двух дверному холодильнику. Там к счастью обнаруживается бутылка с холодной водой, которую я сначала на несколько минут прикладываю к голове. Падаю на диван. Делаю несколько жадных глотков.

— О, спящая красавица проснулась! — провозглашает вредина, закончив на тренажере.

— Да кто вообще встает в такую рань? Это извращение какое-то, — ворчу в ответ.

— Люди, которым надо ходить на работу и зарабатывать деньги. Вам — мажорам — нас, конечно же, не понять.

Блядь, ну что за предвзятое отношение?!

— Если я не стою за станком или не сижу в офисе по 12 часов в сутки, это еще не значит, что я ничего не делаю.

В ответ на мое заявление Алиса ухмыляется и становится в планку.

Перед кем я оправдываюсь? С какой стати я должен что-то кому-то объяснять? Или может эта соплячка сама заработала на свои цацки, тачку или даже эту квартиру? Наверняка родители спонсируют, раз муж отсутствует, как мы уже выяснили.

Злобные мысли продолжают роиться в моей голове. Моя тушка продолжает возлежать на диване. Алиса продолжает стоять в планке. Чтоб вы понимали, она стоит в классической планке с согнутыми предплечьями и длится это уже какое-то время. Ради забавы засекаю время на часах.

Стрелки двигаются. Кого она хочет здесь впечатлить? Меня?

Но все же когда проходит 15 минут, мне становится слегка не по себе. Да что там не по себе. Это просто какая-то кровь из глаз. Я вдруг начинаю представлять, что сам стою в планке. Вспоминаю как при этом напрягаются все мышцы и как без регулярных тренировок тяжело выполнять это упражнение даже на протяжении пяти минут.

От этих фантазий голова начинает болеть еще больше. И это наверняка отражается на моем лице, потому что Алиса прерывает затянувшееся молчание:

— На стойке лежат лекарства, которые тебе прописали. Выпей, может полегчает.

Плетусь в указанном направлении. Устраиваюсь на высоком стуле, возле барной стойки, которая делит помещение на кухонную зону и гостиную. Нахожу пакет с лекарствами и листок, на котором неразборчивым почерком написаны рекомендации врача.

Алиса к счастью заканчивает пытать меня своими спортивными достижениями.

— Какой рекорд? — решаю уточнить.

— Я делаю это не ради рекордов. Но обычно тридцать минут. Сегодня меньше получилось. Скрип твоих зубов помешал.

С этими словами она скрывается в ванной комнате.

Закидываюсь колесами. Но мгновенного чуда не происходит. Легче мне не становится, поэтому плетусь обратно на диван и принимаю горизонтальное положение. Нахожу пульт, врубаю телек, бездумно листаю каналы.

— Тебе нельзя смотреть телевизор!

Морщусь, потому что уши закладывает от ее резкого тона. Тоже мне командирша нашлась! Однако, выдернутый из розетки шнур питания телевизора не оставляет мне выбора.

Беру диванную подушку и кладу себе на грудь, обнимаю руками. Глаза прикрываю. Так вроде голова меньше болит.

Слышу легкие шаги и много других звуков вокруг. Пытаюсь мысленно представить, что именно они обозначают: Алиса открывает шкаф, достает джинсы и толстовку, надевает на себя, потом идет к холодильнику, вынимает продукты, берет посуду, что-то взбивает…

Бальзам для моих ушей — шум кофе-машины.

— Мне тоже кофе! — подаю голос.

— Тебе нельзя! Я тебе сделала чай, зеленый. Иди завтракать.

Буквально поскрипывая всеми частями тела перемещаюсь опять за стойку. К моему удивлению Алиса одета в офисное черное платье. А на ее лице наложен макияж: выделены брови, накрашены губы. Волосы собраны в аккуратный пучок. Выглядит строго и очень стильно.

Ставит передо мной тарелку с омлетом и чашку с чаем, как и было обещано. Еще посередине стойки блюдо с бутербродами с рыбой и ветчиной.

Завтракаем, сидя друг напротив друга. Играем в гляделки.

— У тебя сегодня международная конференция кинологов? — не выдерживаю первый.

— В смысле?

— Ну не похоже, что ты поедешь дрессировать собак в этом платье.

— Собаки мое хобби. Я вообще переводчик.

— Ты знаешь иностранные языки?

— Английский, испанский. Сейчас учу турецкий.

— Прикольно!

— Ну а ты чем занимаешься, когда не подкатываешь к девчонкам и не задираешься в пьяном виде в барах?

— Музыкой.

— Музыкой? В каком смысле? Ты играешь на каком-то инструменте? — наступает ее очередь удивляться.

— Я пишу биты, свожу треки и у меня своя небольшая студия.

— Что значит сводишь?

— Ну если очень общими словами, то я обрабатываю записанный материал, чтобы он хорошо звучал при воспроизведении.

— Я думала ты программист. Твоя мам говорила, что ты закончил что-то связанное с информатикой.

— Диплом есть, что скорее можно считать достижением предков. Но по факту мне все это не зашло.

— Но почему музыка? Ты в детстве занимался?

— Нет, вообще нет. Как бы у меня был довольно таки долгий поиск себя.

Наш разговор прерывает звонок, поступающий на телефон Алисы. Она как будто слегка смущается, но отвечает на вызов.

— Да, да, нет.

Разговор заканчивается через 5 секунд.

— Мне пора. У меня встреча. Захлопнешь дверь, когда будешь уходить. Ок?

А мне вдруг не хочется никуда уходить. Тем более идти по большому счету некуда. С отцом я не помирился, ему надо дать еще время, чтобы остыть. Маму лучше не пугать своим не самым презентабельным видом. Рожа у меня знатно разукрашена.

— Ты бессердечная девочка! Мне врач прописал постельный режим между прочим в течение пяти дней.

Поджимает губы.

— Ладно, если хочешь оставайся. Но меня целый день не будет, поэтому нянчиться с тобой будет некому, учти это.

Встает и идет к входной двери.

— А душ принять можно? — наглею я.

— Можно, чистые полотенца в белом шкафу на верхней полке, а выдвижном ящичке новую зубную щетку можешь взять.

— Слушай, я телефон свой не могу найти. Наберешь?

— Говори номер, только побыстрее. Я уже опаздываю.

Диктую. Она делает дозвон, но гаджет в квартире не обнаруживается.

— Ладно, я по геолокации посмотрю где он. Можно твоим ноутом воспользоваться?