-Ты меня стесняешься? – Вадим чувствует себя более комфортно под пристальным вниманием окружающих. Он привык. В отличие от меня он идет вальяжно и не обращает внимание ни на кого.

-Нет, конечно! Но я и сама могу дойти до аудитории.

-А я хочу довести тебя до самой двери и поцеловать у всех на виду. Чтобы твои одногруппники знали, что эта девочка, - указывает на меня пальцем, - занята, и не пускали на тебя слюни. – Протягивает мне руку, чтобы закрепить, так сказать, нашу причастность друг к другу. Два незнакомых человека ведь не могут идти, взявшись за руки?

-Ха-ха, - прыскаю со смеху, - да у нас группа на восемьдесят процентов состоит из девочек.

-И что? Оставшиеся двадцать процентов евнухи? – опровергаю его предположение смехом. - Тем более, что для охмурения достаточно всего одного. А ты у меня такая красивая… - притягивает к себе и целует в висок.

-Не лучше других, - произношу, краснея.

То ли мне не те парни попадались, о мужчинах я вообще молчу, так как они были исключительно мамиными ухажерами, но комплименты мне редко говорили. Я просто видела в глазах парня неприкрытый интерес, а вот так, чтобы кто-то непринужденно сказал: «Ты красивая», не было такого.

Перед нужной аудиторий толпа. Наверное, преподаватель еще не пришел. Одногруппники галдят, перекрикивая друг друга, смеются. Мы практически дошли до цели, и я уже готова отпустить руку Вадима, но тут толпа словно специально расступается и нам навстречу выходит яркая блондинка. Именно та, которую Вадим целовал у машины и неприлично гладил по попе.

-О, привет! – восклицает она, увидев Вадима. Она подходит к нему и приобнимает, целуя в щеку. По-дружески. – Как дела? Помирился с отцом? Он мне звонил.

-Привет. Сами разберемся, - ответ, словно граница, которую не стоит переступать.

-Как мама? – она, так и стоит, приобняв его за талию. Глаза полны сочувствия.

-Лечится.

Мне неудобно присутствовать при их разговоре. Уж слишком он… личный. Видно, что она вхожа в их дом, знакома с его родителями. И отец Вадима спокойно может позвонить ей… Сколько времени они были вместе? Может их и сейчас еще что-то связывает?

Игривое и приподнятое настрое медленно рассеивается. Мне хочется испариться вместе с ним. Я чужая… другая… а они… их связывает что-то большее, какая-то совместная история, а не просто индивидуальные уроки английского и зажигательный танец в общаге. Пытаюсь вынуть свою руку из руки Вадима, чтобы отойти и не быть третье лишней. Но вместо того, чтобы отпустить мою руку, он сжимает ее еще сильнее.

-Ника, познакомься, это Яна, моя девушка, - оба переводят взгляд на меня, чем вызывают дикую панику и смущение.

-Привет, - Ника наклоняется, оторвавшись-таки от Вадима, и расцеловывает меня в щеки, как давнишнюю подружку, - а я, Ника, бывшая этого шалопая, лентяя и оболтуса. Но тем не менее, он иногда бывает хорошим, правда, - тут же начинает его защищать, - только адреналинщик. Прется от экстремальной езды. Смотри за ним в оба! – многозначительно дергает бровями.

Это что, происходит передача парня из одних рук в другие? Надеюсь, она не будет рассказывать о его пристрастиях в еде, музыке, спорте… сексе.

-Хорошо, постараюсь, - улыбаюсь в ответ. Только улыбка получается какой-то корявой… неискренней. Я не знаю, как надо общаться с бывшими, пока не было такого опыта. Вот кричать маме, что у меня и в мыслях не было отбивать у нее мужика – это да… это про меня.

-Мы с Алексом к девяти поедем на заброшенный аэродром. Говорят, там будут сегодня неплохие ставки. Ты с нами?

-Пока не знаю, - говорит Вадим задумчиво, и переводит взгляд на меня, словно его решение будет зависеть от моего ответа. – Мы еще не планировали наш вечер.

-Ну да, у вас же еще конфетно-букетный период, - говорит Ника с улыбкой. И, вроде бы, от нее не исходит никакой агрессии, тон вполне миролюбив, и моя внутренняя тревога, тонко улавливающая такие вибрации, спит спокойно, но вот есть в ней что-то неестественно-приторное, отталкивающее. Хотя, с другой стороны, за что ей меня любить и уважать? Я, вроде как, увела у нее парня… Хотя теплится надежда, что они расстались не из-за меня. У меня в жизни и так не все в порядке, а если еще будет проклинать какая-нибудь «Ника», то вообще… хоть из дома не выходи.

Звенит звонок, оповещающий о начале пары. Преподаватель еще не пришел, но мне бы хотелось подойти к своим одногруппникам, а не присутствовать при этом разговоре. Да и Вадиму надо еще дойти до своей аудитории. Понятное дело, что ему никто не сделает замечания, но все же…

-Я пойду, - делаю шаг в сторону.

-Ой, мне тоже пора! – всполошилась Ника. – Все, пока-пока, голубки, - машет на прощанье рукой и посылает воздушный поцелуй.

Как только она отходит на пару шагов, Вадим, повернувшись ко мне, говорит:

-Вот видишь, никто и не собирается выцарапывать тебе глаза. Мы разошлись мирно и по обоюдному согласию. У Ники своя жизнь, свои интересы, свои парни… Так что сегодня вечером продолжим заниматься, - подмигивает.

-Английским? – предполагаю.

-Нет, твоим развращением, - делает шаг и целует на глазах у всех одногруппников. И это не просто «чмок», а полноценный поцелуй с языком. Мне кажется, что у меня не только лицо покраснело, а и пятки… Неожиданно, приятно, но… не люблю я, когда напоказ.

Одногруппники сначала замолкают, увидев такое шоу, а потом мальчишки начинают улюлюкать, а девчонки шептаться. Толпа загудела, как пчелиный рой.

Отстраняюсь от Вадима и делаю несколько шагов назад. Непроизвольно облизываю губы, словно только что меня угостили вкуснейшим пирожным. Вадим же, смотрит на меня влюбленными и осоловелыми глазами. Весь его вид, настрой, энергетика показывают, что долго мариновать этого парня у меня не получится, уж слишком он… хочет заполучить меня целиком.

Слышу голос преподавателя, который, еще не дойдя до кабинета, начинает отчитывать моих одногруппников за несдержанность и излишний шум. Разворачиваюсь, разрывая зрительный контакт, и спешу в аудиторию.

Наташа сегодня не пришла, заболела. Не хорошо, конечно, но я немного рада, что не придется оправдываться и рассказывать, как меня угораздило влипнуть в Вадима.

Как-как?! А я и сама не знаю!

А с другой стороны, как на такого не обратить внимание? Все при нем.

До конца учебного дня мысленно заполняла табличку его плюсов и минусов. Как ни крути, он получается у меня просто идеалом. И что бы там не говорила Наташа, может, это и правда, я не спорю, но со мной-то он другой…

И в этом главная ошибка моего подсчета. Ведь как обычно бывает? Девушка начинает думать, что она особенная, исключительная… а по итогу получает вселенское разочарование, когда ее ставят перед фактом, что она обычная. Только делают это так, что все плюсы стираются одним огромным и неоспоримым минус.

Но это будет потом…

Все пары просидела, как зачарованная. Никого не видела, и ничего не слышала. Вышла в астрал, так сказать. Хорошо, что преподаватели ничего не спрашивали, а просто начитывали лекции.

Даже шушуканье одногруппниц за моей спиной прошло как-то фоном, не особо волнуя меня.

А о чем я, собственно, все это время размышляла?

-Да так… - отвечаю абстрактному собеседнику, кокетливо поведя плечом и игриво улыбнувшись. – Парень у меня… появился…

И почему я все эти месяцы не догадывалась о его симпатии? Умело скрывал, хитрец!

А я? Куда смотрела я все эти месяцы? Не замечала… Уж очень охотно я вжилась в роль учительницы.

И вот прозвенел звонок, и я спешу покинуть аудиторию в числе первых. Натягиваю шапку на ходу и лечу по коридорам к выходу.

На улице холодно. Ветер, наглец, поддувает под край куртки, заставляя ежиться. Но мне недалеко идти. Вадим написал, что припарковал машину за углом, под аркой, соединяющей два корпуса института. И ждет меня.

Я еще не дошла до угла, но уже слышу разговор на повышенных тонах.