Внутри было темно.

Воздух в комнате застоялся, в нем витал тонкий запах пыли и хозяйственного мыла, единственного, которым нормально можно было отстирать вещи после опасной вылазки.

Аня щелкнула выключателем, и тусклый свет залил небольшое помещение. Кровати на мужской половине были аккуратно заправлены, а рядом, на маленьких тумбах, стояли пустые чашки вместе с раскрытой книгой, на страницах которой уже успел скопиться тонкий слой пыли.

— И-их нет. — Аня прошла вглубь комнаты, касаясь кончиками пальцев поверхности кроватей и заглянула внутрь соседнего помещения. — П-посмотри, вещи на месте. Одежда, сум-мки… Но пыль… много. Артем, их нет здесь м-минимум несколько дне-ей.

Артем почувствовал, как внутри него распространяется волна ярости, леденящая душу, и стремящаяся вырваться наружу, чтобы растерзать на кусочки любого попавшегося ей человека. Его сила отозвалась на бурю эмоций, от чего лампочка под потолком нервно заходила из стороны в сторону.

— Спокойно. Надо успокоиться. — выдавил он сквозь зубы. — Возможно… они на работах? Или просто пошли за покупками.

— Артем. — Аня обернулась к нему с глазами, полными тревоги. — Т-ты же знаешь Веронику Павловну. Она нико-огда не оставляет грязную посуду. Да и т-той очень много. — показала она рукой на несколько чашек.

Действительно, для двух человек чашек было как-то многовато. Что уже странно. Значит, к ним кто-то приходил. Да и их матушка, она правда никогда не оставляла грязную посуду, обожая порядок во всем.

В этот момент в коридоре послышались шаги. Дверь соседнего к ним жилого блока приоткрылась, и оттуда выглянула пожилая женщина в пуховом платке. Если ребята правильно помнили, все её звали тетей Люсей. Она жила вместе с сыном и невесткой, которые как раз работали в штабе у Маркова.

— Ой, а вы чего, вернулись что ли? — проскрипела она, сильно сощурив глаза. — А я слышу, зашел кто-то, да и свет внезапно включился. Заволновалась, испереживалась, думала что воришки какие пробрались, хотела уже патрульных звать!

Артем в три шага преодолел расстояние до двери.

— Тетя Люся! — его голос прозвучал слишком резко и громко, да так, что даже Аня, стоящая за его спиной, поморщилась. — Где наши, вышли что ли? Или на работу ушли?

Женщина отпрянула от такого внезапного напора, прижимая руки к своей груди.

— Да что ты орешь-то, Артемка? Ишь, какой дерганый стал в своих этих отрядах. Не видела я их. Дня два, может и три уже как не видела. Последний раз Алиска твоя, пришла с какой-то мелюзгой.

— Какой мелюзгой? — удивленно спросил Артем, совсем не понимая, о чем говорит их соседка.

— Да мне ж почем знать! — всплеснула руками собеседница. — Ребятня мелкая, мальчишка с девченкой, совсем дети.

— А в-вы не знаете, к-куда они могли уйти? — Аня подошла к молодому человеку, пытаясь говорить спокойно. — М-может, они что-то г-говорили вам?

— Да что они мне скажут? — Пожилая дама фыркнула, поправляя сползающий платок. — Вы ж вообще все нелюдимые стали, особенно как Вероника устроилась на фермы свои, так вообще пообщаться тут не с кем! — начала она причитать, забубнив себе под нос.

— Ясно, спасибо. — кивнул Артем, понимая, что ничего конкретного узнать не получится.

— Но вы это… — внезапно понизила голос до шепота тетя Люся. — Знаете, ходили тут… военные. Мои сказали, что ничего страшного не случилось, но кто его знает…

Артем не стал дожидаться продолжения, понимая, что это точно как-то связано с его семьей. Он лишь махнул рукой Ане, и подхватывая свои вещи, выбежал в коридор.

— Артём-м, стой! — Аня догнала его шагов через двадцать, сразу после того, как закрыла их блок. — Куда ты та-ак спешишь? Ты что-то п-понял?

— Ребятки, вы чего? — донеслось им в спину от женщины, но они её уже не слышали.

— Уверен, что это приходили за ними. — прошептал в ответ парень. — Сейчас надо сходить к бороде домой, не сомневаюсь, что если наши и убегали в спешке, то без его помощи не обошлось.

— Б-бороды? — замялась Аня. — Ты про ба-армена что ли? — уточнила девушка, пытаясь идти шаг в шаг с парнем. — Да с-сбавь же ты обороты!

— Сбавить обороты? — Артем остановился, взирая по сторонам с лихорадочным блеском в глубинах зрачков. — Аня, пойми же, их нет! Дома пусто. Мать исчезла вместе с Алисой. Да ещё и Алиса была с кем-то, приходили военные. Ты понимаешь, что это значит? Если это те самые люди, из-за которых и были все проблемы?

— И-именно поэтому нам необхо-одимо быть умнее! — она схватила его за рукав куртки, заставляя смотреть на себя. — У-учитель доверил к-командование мне. И д-действовать мы будем по пла-ану! Сначала инф-формация, потом уже все остальное. Идем в бар, но тихо, с-слышишь? Тихо.

Артем несколько секунд смотрел на собеседницу, которая года на три, а то и больше, была моложе его. Но вот головой, головой в тяжелых ситуациях она соображала явно лучше, чем он.

— Хорошо, веди.

Если раньше местный бар не имел названия, и был просто местом, где обитатели подземного убежища общались и отдыхали. А военные вместе с группами разведчиков обменивались информацией, то сейчас же над входом виднелась вывеска: «На кольцевой». И сюда стекались все, вплоть до высокого начальства.

Однако, многие, между собой, чаще говорили просто «У бороды». Потому что тот, кто открыл это заведение, имел внушительного размера растительность на лице.

По мере приближения к бару атмосфера становилась всё более оживленной. Здесь, в отличие от других мест, свет был приглушенным, а стены рядом были обклеены разными плакатами и старыми картами метро, найденными в закутках складов. А за десяток метров до входа можно виднелись люди, то тут, то там стоящие стайками, и о чем-то общающиеся друг с другом.

У самого же входа стояла пара охранников, выделенных командованием, чтобы следить за порядком и безопасностью. Обычные гражданские, в отличие от других посетителей, редко устраивали разборки. Но вот за вторыми… регулярно требовался глаз да глаз.

Эти рослые мужики с каменными лицами, вооруженные пистолетами, и какими-то короткими автоматами, разработанными специально для использования в замкнутой среде городской застройки.

Они проводили Артема и Аню тяжелыми взглядами, но препятствовать не стали. Все ж таки форма и знаки отличия, внушали определенный уровень доверия.

Внутри стоял густой туман от табачного дыма. Помещение было заполнено гулом голосов, звоном стаканов и приглушенными звуками гитары. Кто-то в углу пытался подобрать мелодию, но постоянно сбивался.

За стойкой возвышался сам Борода. Массивный мужчина с огромной окладистой бородой, в которой, казалось, можно было спрятать пару людей при желании. Он лениво протирал стаканы грязным полотенцем, наблюдая за залом маленькими, похожими на бусинки глазами.

— О, какие люди! — пробасил он. — Великие и ужасные одаренные! Чего вам?

— Борода, не паясничай. — тихо прошептал Артем. — У нас к тебе есть несколько вопросов.

Дрезина медленно вкатывалась под своды ответвления, которое местные использовали как техническое или ремонтное. По крайней мере, судя по людям, снующим между причудливыми машинами, и о чем-то громко ругающимся, впечатление складывалось именно такое.

И, если место нашей предыдущей стоянки напоминало собой растревоженный муравейник, то здесь же… Здесь царила атмосфера какого-то склепа, который зачем-то решили подсветить тусклыми, мигающими лампами.

Сами своды были несколько выше, чем в других зонах метро, из-за чего возникало ощущение, что мощные бетонные колонны уходили во тьму, теряясь где-то там, далеко, за пределами зрения.

Колесные пары в последний раз лязгнули на стыках, и наша шайтан-машина замерла, испустив куда-то в бок облачко вонючего дыма от перегретых тормозных колодок.

Ту тишину, сопровождающую нашу группу на финальном отрезке пути, сейчас можно было почувствовать физически. Настолько сильно, что она давила на барабанные перепонки, прерываясь лишь далеким, едва слышным капаньем воды и нашим собственным дыханием.