Жадно вдыхаю прохладный воздух, ощущая ватными от перенапряжения ногами твердую землю. Адреналин больше не разгоняет кровь, дыхание становится медленнее и чувство легкости покидает тело.

В голову снова лезут настойчивые мысли. Ведь знал же, что так будет. Сам повторял себе это весь месяц, и все равно забылся в ежедневных вечерах, проведенных с Лерой, в ее смехе и шутках, и даже в ее боли.

— Черт, — выдыхаю сквозь зубы и с силой ударяю ногой по шине, не в силах больше контролировать собственную ярость. Я бью еще и еще, не обращая внимания на боль, может хотя бы она перебьет душащие меня чувства.

— Это не помогает.

Я обессиленно утыкаюсь руками в машину и опускаю голову.

— Ничего, уже не поможет, пора заканчивать с этим.

С этой мыслью я резко выпрямляюсь, неожиданно чувствуя облегчение. Раньше любые попытки отдалиться от Леры являлись своего рода пыткой и спустя пару дней я, как наркоман, бежал к своей дозе, снова упиваясь болезненным наслаждением от ее близости. Очевидно этот месяц стал последней каплей, с меня хватит. Раз так любят друг друга, то пусть остаются вместе, а я сваливаю, все равно мое отсутствие Лера переживет лучше, чем…

«Но ведь ты этого не знаешь, что если нет, что если ты недооцениваешь свое значение в ее жизни, а она просто запуталась и боится его упустить» — шепчут в голове давно подавленные демоны, отчаянно пытающиеся пробудиться при каждом контакте с Лерой.

Моя борьба с ними длится уже слишком долго, и, кажется, череда моих побед подошла к концу…

Музыка проходит сквозь тело, заставляя поддаться ритму и окончательно забыться, отдаваясь потоку, а алкоголь лишь добавляет эффект, напрочь отключая голову и стирая память, оставляя только самые низменные потребности. Я нетвердой походкой направляюсь к бару и делаю очередной, определенно лишний заказ. Свою меру я пересек еще часа четыре назад, а может это и вовсе было вчера. Дни столь быстро сменялись, что я напрочь позабыл, когда я возвращался в реальный мир больше, чем на пару часов для того, чтобы сходить в душ и решить дела по работе.

Я лениво откидываюсь на барную стойку в ожидании очередной порции алкоголя, и осматриваю толпу. Взгляд сам цепляется за шатенку в центре танцпола. Длинные волосы, приятные формы и полная самоотдача в каждом движении. В горле становится сухо, а воспоминания тут же переносят меня на пять лет назад, в похожий клуб с до боли похожей шатенкой.

Я стою на верхнем уровне и неотрывно наблюдаю за ходом работы своего нового заведения. персонал вроде справляется, любые конфликты решаются быстро, но вот какого хрена на одном из танцполов забыли детишки — непонятно. В центре этого детского сада энергично отплясывает девчушка, тоже мне, балерина, мать его.

С тихим рыком подзываю администратора.

— Кто пустил сюда несовершеннолетних? Ясно же дал понять, что проблемы сейчас не нужны.

— Они показали паспорта…

— Прямо все? — я не мигая смотрю на паренька напротив, разумеется я и так знаю ответ на свой вопрос.

Не давая ему открыть рта, цежу:

— Свободен, сам разберусь.

Я быстро спускаюсь по лестнице и бесцеремонно протискиваюсь сквозь толпу, слыша краем уха поощрительные свисты и пошловатые фразочки в адрес нашей новой звезды танцпола. Преодолев последний ряд людей, скрывающих ее от меня, я невольно замираю. Смотреть действительно есть на что. В небольшом кругу, созданном зрителями, полностью отдаваясь танцу, двигается совсем юная девушка.

Гибкое тело плавно изгибается, создавая некую иллюзию таинственности и притягивая к себе взгляды, но подчиняясь музыке, неторопливые и даже грациозные движения сменяются отрывистыми, обманчиво хаотичными и полными страсти. Эти движения манят, заставляя завороженно наблюдать и вместе с тем пробуждают далеко не невинные желания. Я моргаю несколько раз, скидывая морок, напоминая себе, что я здесь совершенно за другим. Я бегло осматриваю толпу, контингент определенно сменился, если еще минут пять назад тут находились совсем молодые лица, то сейчас к девчонке теснились довольно крепкие мужики, окидывающие ее тело похотливыми взглядами, впрочем, я и сам недалеко ушел. Пора заканчивать это представление. Проблемы мне здесь не нужны.

Я делаю один большой шаг в центр круга и щелкаю пальцами прямо перед глазами балеруньи. От неожиданности она резко отшатывается и смотрит на меня широко распахнутыми карими глазами, пока я рассматриваю ее. Тонна штукатурки на лице, огромные серьги и вызывающая одежда. Хрен пойми, есть ли девчонке восемнадцать, но судя по недавно окружавшим ее малолеткам, вполне может не быть.

— Сворачивайся, за подобные концерты здесь не платят, — глаза шатенки тут же презрительно сужаются.

— Я танцую для себя.

— Неужели? — я вопросительно вскидываю бровь и, кивнув в сторону толпы жадно осматривающих девчонку, произношу: — А она в курсе?

— А ты? — не мешкая отвечает она, даже не растерявшись.

Девчонка-то с огоньком. Я невольно улыбаюсь, признавая ее правоту.

— А ты дерзкая, — медленно тяну я, — особенно для малолетки.

— Мне восемнадцать, — цедит она, прожигая меня гневным взглядом, — могу документы показать.

— Разве что наедине, — на автомате отвечаю я, скользя взглядом по ее фигуре.

Девчонка неожиданно приторно улыбается и, выхватив бокал из рук рядом стоящего парня, кошачьей походкой приближается ко мне.

— Обломишься, козел, — шипит и выплескивает содержимое мне в лицо.

Секундный шок и я, не сдерживаясь, начинаю смеяться, одновременно проводя языком по губам и слизывая сладкую жидкость.

— Вкусно, спасибо, — насмешливо произношу я, и шатенка несколько теряется от такой реакции, — но паспорт тебе все-таки придется показать, как и твоим дружкам, иначе нахрен вылетите из моего заведения.

Я намеренно делаю акцент на том, что клуб принадлежит мне, отчего глаза этой бестии округляются еще больше, а былая спесь меркнет.

— Я Игорь, кстати, а ты?

— Лера, — на выдохе произносит она.

Воспоминание прерывается, и я возвращаюсь в реальность, понимая, что все это время неотрывно смотрел на шатенку, чей пристальный взгляд теперь также направлен на меня. Я опрокидываю в себя несколько шотов и направляюсь к ней, улавливая явный интерес и одобрение в ее глазах.

Вблизи схожесть незнакомки с Лерой перестает быть столь явно, но я все равно позволяю себе затеряться в этой иллюзии, поверить, что это она сейчас касается моей шеи чувственным поцелуем, ведя короткую дорожку до самого воротника рубашки, призывно скользит короткими коготками по торсу, спускаясь ниже и недвусмысленно показывая свое желание, провоцируя тем самым мое возбуждение.

Я коротко касаюсь губами ее виска, вдыхая запах волос и слегка морщусь, понимая, что он не тот, но тормозить уже поздно. Хватаю совершенно несопротивляющуюся девушку за руку и тащу в ближайшее уединенное место. Зайдя в темную коморку, я тут же сжимаю девчонку в стену и с жаром целую тонкую шею, чувствую почти болезненную потребность в разрядке.

Я нетерпеливо трусь о девчонку бедрами и настойчиво пробираюсь под короткое платье, касаясь пальцами разгоряченной плоти. Ускоряю движения, но девчонка вцепляется мне в руку в попытке отстранить, а затем несильно толкает меня в плечо. Мы меняемся местами, впрочем, я не особо против, главное — не потерять равновесие.

Недавно выпитые пара рюмок, видимо, срабатывают, как спусковой крючок, так что даже мое изрядное возбуждение неспособно перебить подкатывающую к горлу тошноту, но стоит женской руке коснуться паха, как неприятные позывы отходят на второй план. Шатенка медленно опускается на колени и уже начинает расстегивать ширинку, как дверь внезапно распахивается и луч прожектора неприятно ударяет в лицо.