Старец тоже меня не побеспокоил, и это странно. Неужели ему неинтересно, что со мной сейчас происходит? Ведь должен видеть, что я всё дальше и дальше забираюсь на юг.

То есть делаю именно то, что он требовал.

Ждёт, когда ещё дальше заберусь, чтобы потом за все дни сразу отчёт получить?

Непонятно.

Нагрузил окта наскоро сделанными из мешков и шкур сумками, заполненными овсом и прочими припасами. Спину конскую не жалел, ведь кто знает, сколько нам придётся ещё пройти. Да и если что-то не так, лишнее всегда скинуть успею.

Продвигались мы сегодня значительно быстрее, чем вчера. Сказывалось то, что эту часть пещеры не заполняло бурными водами в дождливые сезоны, и потому не разрушались периодически результаты работы неведомых мастеров. Те самые результаты, что часто упрощали путь. Большие камни сдвинуты в стороны, сталактиты и сталагмиты сбиты до основания, над трещинами и провалами устроены надёжные мостики. Идти проще простого, разве что освещения не хватает. Почему-то здесь не встречались люминесцирующие мхи и лишайники, что любят расти под землёй.

Мы прошли несколько часов и за это время лишь два ответвления нарушили однообразность подземной дороги. Я не поленился оба проверить. Одно почти сразу закончилось тупиком, в другом через сотню шагов пол пошёл под уклон и ход сузился так сильно, что местами приходилось боком протискиваться. Убедившись, что на пещерной глине нет человеческих или звериных следов, я решил, что такие исследования мне неинтересны и отправился дальше.

Мы забирались всё глубже и глубже в загадочное подземелье, и из опасностей я здесь пока что видел лишь скуку. Одолевать начала. Гранитоеды давно пропали, они на дороге вообще не встречались, и если не считать одинокую мышку, других обителей пещер мы ни разу не встретили.

Да здесь даже насекомых не видно.

Должно быть вымерли от скуки…

Сколько можно так идти? Есть ли вообще конец у этой дороги?

Я уже почти убедил себя вернуться к завалу, что громоздился вначале, и попробовать пробиться через скалу. Припасы теперь есть, можно растянуть их на несколько недель. Не придётся торопиться, рискуя устроить новую катастрофу.

Но тут что-то изменилось.

Внезапно.

⠀⠀

Пещера резко начала сужаться и с каждым шагом всё больше и больше походила на рукотворную выработку, а не природную полость. Порода, что проглядывала из-под натёков, тоже стала иной, более тёмной и зернистой. Совсем не похоже на привычный ноздреватый известняк.

А дальше галерея уткнулась в стену. И это не та природная стена из породы, которой заканчивалось ущелье, это снова результат труда неведомых строителей. Кто-то вытесал из крепкого камня огромные, почти в рост человека, блоки, притащил их сюда, под землю, уложил один на другой, скрепил тонкими слоями раствора.

Я такой блок с места не сдвину, несмотря на все параметры. Вес внушает, нечасто с подобной гигантоманией сталкивался, а уж в такой ситуации и вовсе впервые. Нет, так-то доводилось видеть у аборигенов постройки и с куда более крупными элементами, но это на поверхности, а там и логистика куда проще, и работать легче.

К счастью ничего таскать или ломать не пришлось, вандализм здесь до меня устроили. Пользователи загадочной дороги варварски разбили несколько блоков, проделав в стене неровный проход, за которым уже не было пещеры, а было рукотворное сооружение. Пол из идеально подогнанных друг к дружке камней разной формы; стены, собранные по той же технологии; сводчатые потолки; узкие колонны там и сям стоят не для красоты, а для надёжности.

Не надо быть опытным археологом, чтобы оценить древность сооружения с первого взгляда. Тут не веками, тут тысячелетиями попахивает. При этом в поле зрения ни одного намёка ни на обвал, ни на хотя бы трещину. Лишь щели между блоками кое-где появились, но они несерьёзные, в самую широкую вряд ли ладонь получится просунуть.

Да тут от ядерной войны можно прятаться — надёжно сделано.

Я, не колеблясь, шагнул на каменный пол. Возвращаться к концу ущелья резко перехотелось. Не знаю, что это за место, но оно, бесспорно, рукотворное. И вряд ли древние строители ходили к месту работы тем же путём, каким я сюда пришёл. Следовательно, поблизости просто обязан обнаружиться другой выход.

И если над ним поработали настолько же качественно, вряд ли он обвалился.

Здесь не пещера, здесь несколько направлений доступны. Однако куда бы я ни пробовал сунуть нос, везде обнаруживались лишь тупики. И ни намёка на интересные находки. Всё ценное либо вынесли за века или тысячелетия, или ценностей здесь никогда не было.

Так-то я обогатиться не планировал, просто хотелось узнать, что это за сооружение, кто его создал и зачем. Материальные следы много о чём могут поведать.

Высматривая старый навоз, я продолжал двигаться по следам людей, что завели меня в эту древность архитектурную. Лишь это направление везде оставалось свободным: ни тупиков, ни обвалов. Но и никаких свидетельств конца пути тоже нет. Не исключено, что теперь ещё пару дней придётся шагать по «подвалу великанов».

Не пришлось — дорогу перегородила стена знакомой конструкции. И дверь такая же, и замок-головоломка знакомый, лишь его «секрет» изменился.

Открыл я его с той же лёгкостью и, шагнув внутрь, вздохнул:

— Снег, ты точно уверен, что мы не сделали круг по подземелью? Очень уж похоже на место нашего прошлого ночлега.

Конь повёл головой в одну сторону, затем в другую, после чего покачал головой.

— Считаешь, что я ошибаюсь? Может ты и прав, а может и нет. Погляди, тут ведь всё одинаковое, мы такое уже видели: те же стеллажи, та же печка, тот же стол. Уверен, за теми шкурами найдутся те же топчаны. А вон за той дверью найдётся продолжение дороги. Не веришь? А, нет — киваешь. Значит, веришь, и спорить нам не о чем. Но за дверь я всё же загляну. Нам дальше куда-то идти надо, а это единственный вариант. Ты чего заволновался, Снег? Я бы на твоём месте расслабился. Не знаю, кому пришло в голову устроить под землёй такое строительство, но, похоже, это место вымерло. Полностью вымерло. Ты ведь заметил? Сколько идём, а на нас никто не нападает. Гранитоеды поначалу попадались, но уже не помню, когда последний раз видел их следы. Честно говоря, мне уже даже хочется, чтобы на нас кто-то напал. Не верю, что здесь всё прекрасно, а держаться настороже всё время и не видеть при этом угрозы… Не знаю, как тебе, а для меня это утомительно. Я, блин, на взводе, я должен набить хоть кому-нибудь морду, чтобы снять напряжение. До кровавой юшки разбить, до хруста, до костей, торчащих из рассечённого мяса. Бесит эта непонятность и тишина. Ещё и замок не поддаётся. Может ему врезать? Вдруг полегчает? А нет, поддался. Испугался, наверное.

Я толкнул створку.

Она распахнулась.

За дверью стояли скелеты. Голые и с остатками ссохшейся плоти, в лохмотьях и ржавых доспехах, безоружные и со старыми железяками в костлявых руках.

Десятки, если не сотни рослых скелетов.

Все до единого смотрели на меня, и в глазах их разгорались алые огоньки.

Я довольно осклабился:

— Ну наконец-то!

⠀⠀

С разного рода умертвиями я много дел имел и потому совершенно точно знал две вещи: говорить с ними не о чем; и если придётся их бить, то нужно брать что-то тяжёлое, с приличным дробящим действием.

Потому обошёлся без приветствий. Выхватил из Скрытого вместилища боевой молот и врезал наискось, сокрушив пару черепов и один хребет за один удар.

Кости от первых жертв ещё не успели осыпаться, а я уже бил второй раз, обратным движением. И снова несколько скелетов упокоились окончательно, не успев толком отреагировать на моё появление.