— Нет, господин, я понял каждое ваше слово.
— И всё же спроси. Я настаиваю.
— Господин… Простите мою непонятливость, до меня просто не доходит: как — так проскакать через их лагерь, чтобы они при этом нам не помешали? Их много, и у них есть сильные воины. Да даже слабые могут нас остановить. Ущелье узкое, мы завязнем в них, если они встанут перед нами всей толпой. Между ними и их лагерем открытый участок, нас на нём заметят издалека и успеют приготовиться к встрече. Место неудобное, ширина ущелья там около сотни шагов, и у них больше тысячи солдат. Господин, даже тяжёлой коннице непросто в таких условиях прорывать строй, а у нас не такие доспехи, и не такие кони.
— Камай, они примут нас за своих. Даже если выстроятся всем составом, пропустят.
— Да, господин, я всё понял.
— Не надо притворяться, Камай. На самом деле ты ведь не понял, почему они должны принять нас за своих. Но не забивай голову тем, что от тебя не зависит, ведь это моя забота. Для них мы будем своими, не сомневайся.
⠀⠀
Если откровенно, я и сам не очень-то положительно воспринимал свой очередной великий план. Он казался мне чересчур авантюрным.
А ведь есть альтернатива, и выглядит она куда менее рискованной. Всего-то и надо — забраться в одиночку наверх. С моей ловкостью почти плёвая задача. Лишь неустойчивые массы породы смущают, могу сверзиться вместе с ними, если какой-нибудь важный камень потревожу.
Оказавшись наверху, доберусь до лагеря южан и сверху начну их угощать модернизированным Гневом грозовых небес. Два удара сразу, один за другим, без отката, устроят внизу локальный Армагеддон. Враги выбрали самое безопасное в округе место, но несколько уступов и там над стоянкой нависают. Надеюсь, грохот магии спровоцирует обвалы, что прибавит крови и пищи для паники. А если склоны устоят, так и продолжу бить всем своим арсеналом. При этом одно направление перекрою Воздушной стеной. Если захотят сбежать, пусть бегут в сторону Камая, где их встретят залпы лучников. При таком сценарии открытая местность на том направлении сыграет уже на нашей стороне.
Картинка, нарисованная мысленно, кажется великолепной, но обдумывая замысел, я нашёл в нём несколько критично-узких мест. Да взять хотя бы момент карабканья наверх по кручам, что в любую секунду могут обвалиться.
Предсказать их поведение невозможно, они могут и сто лет простоять, грозно нависая над путниками, а могут рухнуть прямо сейчас, без какого-либо повода.
Нет, такие лотереи не для меня. Вот и приходится заставлять себя не думать о привлекательной (на первый взгляд) альтернативе.
Никто не знал, что именно будет дальше, но бойцы привыкли мне доверять. И это касается не только шудр. После неожиданной для всех ошеломительной победы у Козьей скалы мой авторитет у мудавийцев вырос выше самой высокой горы этого мира.
А после трагических событий в столице и вовсе в космос улетел.
Люди, конечно, напряжены, но это правильное напряжение. Они знают, что их поведёт в бой тот, кто, несмотря на молодость, знает, как водить армию именно в бой, а не на убой.
Со мной они не проигрывают.
У меня огромный кредит доверия.
Я опустил забрало и провел по шлему окровавленной тряпкой. Такая у каждого бойца припасена, и все вслед за мной мажут себя, не жалея одежду и доспехи. Ради этого пришлось одну лошадь под нож пустить. Выдержав тяготы бегства через пожар, она уже здесь, в безопасности, улеглась на землю и отказалась подниматься.
Зеркала нет, но, полагаю, я похож на человека, который только что вырвался из лютой сечи. Крови немного, но она на видных местах, её непременно заметят. Доспех, доставшийся от Ната Менная, характерно-южный. Да, он отличается от одеяний, принятых в Тхате, но если не сильно приглядываться, за своего аристократа сойду.
А не сойду, так могут посчитать за союзника или наёмника. Нат Меннай не единственный чужак в их армии, всевозможных гостей с жаркого юга в отрядах Тхата хватает.
Так себе маскировка, ведь доспехи моих солдат непохожи ни на южные, ни хотя бы на мудавийские. «Игольные» пики с особым образом окованными древками тоже выдают наше северное происхождение, несмотря на то, что я приказал поснимать с них традиционные узкие флажки. Шлемы кое-как издали можно принять за аналогичные, что часто у своих встречаются, плащи, скрывающие лишние детали, тоже не забыли накинуть.
Но в целом маскарад правдоподобностью не страдает. И если надеяться на него всерьёз, план выглядит весьма наивно.
Однако я надеюсь на кое-что иное, а наш небрежно изменённый внешний вид не более чем мелкий штрих к картине.
Вперёд!
Не знаю, на каком окте я обычно ездил: самому Меннаю он принадлежал или одному из его подручных. Все три коня выглядели безупречно, но тот покрупнее остальных, посолиднее. Вот и выбрал его. Я не великий любитель лошадей, но к нему быстро привык. Иногда он будто мысли читает, причём наперёд. То есть часто начинает исполнять приказ ещё до того, как я его продумать успеваю.
Увы, умный конь нашёл проблемы на ровном месте. Ухитрился провалиться передними ногами в нору какого-то грызуна. Обошлось без переломов, однако даже с передовым лечением рекомендовалось день-два провести без нагрузок. Пришлось на сегодняшнее дело взять последний трофей. Тот самый, что достался при диверсии в большом лагере.
Удивительно, но к нему я тоже успел привыкнуть. Всего-то за один день будто родной стал. Мысли хозяина он читает даже лучше прежнего окта. Вот и сейчас разогнался чуть ли не с места, будто машина спортивная, но дальше пошёл ровно, лениво, дабы не отрываться от моих бойцов. И всё это без приказов.
Неужто действительно телепатией обладает?
Впереди показался завал. Насколько я понял из пояснений наблюдателей — тот самый. За ним протягивается злосчастное открытое пространство, что не даёт нам обрушиться на лагерь так внезапно, чтобы там никто до своих лошадей добежать не успел.
А до наших и подавно.
Бойцы завал тоже увидели и, помня указания, закричали на разные лады, тревожно, но бессвязно. В этой части мира языковые различия невелики, обычно друг дружку понять можно, но хватает и отличий, да и акцент выдаёт чужаков. Так что хоть мычите, хоть квакайте, главное — слова членораздельные не выдавайте.
Так их Камай проинструктировал.
Вылетев из-за завала, я на миг разглядел дозорных и тут же развернулся, вскидывая жезл. Увы, Чёрное солнце юга у меня абсолютно «нулевое». Открыть открыл, и на этом остановился. Даже на апгрейды тратиться не стал. А какой смысл делать это сейчас? В навык ни одной сущности не вложено, так что особых прибавок от модификаций не предвидится. Расходовать на начальном уровне бесценные особые очки глупо.
Они, конечно, не пропадут, но и быстрой выгоды не принесут.
А мне нужна быстрая.
Что сейчас видят южане? Они видят отряд непонятный, возглавляемый богато разодетым всадником. Тряпьё на нём, вроде как, южное, а конь — чистокровный окт, безо всяких «вроде как». Ещё недавно одно лишь обладание такой лошадью можно было использовать вместо удостоверения личности. Ведь каждому понятно — перед ним свой человек. Но теперь вся степь знает, что десница Гедар сумел расправиться с тремя сильными союзниками, и их дорогущие скакуны стали его трофеями.
Так что наличием окта доверие сходу не заслужишь.
Но всадник не просто скачет, он начинает разгонять Чёрное солнце. Навык настолько специфический, что его ни с чем иным не перепутаешь. Это, можно сказать, визитная карточка южных магов, такое умение у северян не встретишь.
Я точно свой, даже не сомневайтесь.
— Тревога! Тревога!
Себе я позволял высказываться словами, а не звуками непонятными. Точнее — одним словом.
Уж его-то я запросто без акцента произношу.
Проверено.
Маг, одетый по южной моде, кастует Чёрное солнце, собираясь направить удар его куда-то назад; кровь на одеждах и доспехах; изнурённые лошади в пыли и копоти. На мой взгляд, картина трактуется однозначно — небольшой союзный отряд, частью состоящий из коренных южан, частью из разнообразных наёмников, спасается бегством от неизвестного противника. Здесь, на степном тракте, постоянно новый народ появляется, всех запомнить невозможно. К тому же эти воины не могут не знать, что в степи развёрнута массовая облава с привлечением множества подразделений, и также знают, что где-то здесь рыскают злые северяне.
