Хорошо, я на него ни разу не напал, подзатыльник не считается.

— Вы во владениях графа Роу! Скоро здесь будет легион! Мы в столице, идиоты! — проорал голос из-за балкона поместья.

— Я архимаг Эткин Корн. Один из членов магической комиссии. У меня есть достоверные данные, что вы похитили свободного мага, кандидата в архимаги Данну Серус, и удерживаете её с помощью запретных свитков заклинаний! — проорал Эткин.

— Конечно! Может ты еще сам император!? — проорал в ответ визгливый голос.

И в Эткина полетели болты. Но балкон тут же взорвался громом и взвесью пыли! Как он это делает!? Я подошёл и просто распылил трехметровые ворота поместья. За ними стояли два стражника с копьями.

— Именем императора! Пошли вот отсюда! Пока я вас не порубил, как тварей с катакомб! — рыкнул Эткин.

Стражники переглянулись, тут же бросили копья и убежали мимо нас на выход.

— Ну что, друг мой. Мы с Яной тут все прочешем, а ты в подвалы, — указал он в правую сторону зала.

Я кивнул и быстрым шагом направился в коридор. В конце коридора, помимо всяких комнат, был спуск в подвал. Выбив тараном дверь, начал спускаться вниз. Одноэтажный уровень, да тут темница с камерами!

Зажег свет и начал проходить камеры, цельностальные двери с маленьким решётчатым окошком и в каждой находились окровавленные изнеможенные люди, прикованные цепями к стене! Женщины, подростки, дети! Вражины! Я всю вашу семейку вырежу! Во мне кипела лютая злоба.

Я взломал каждый замок и каждого освобождал от цепей. Если женщина или ребенок были без сознания, я выливал на них эликсир регенерации. Тем, кто были тяжело ранены, с ампутированными конечностями, выливал или давал пить по нескольку бутылей. Все без исключения были со сломленным взглядом безразличия.

Во чтобы то ни стало, эти твари пожалеют!

В предпоследней камере я увидел Данну, всю в крови и в какой-то хламиде. Выбив дверь, я увидел, что ей отрезали правую кисть! Твари! Сверху над головой был свиток, источавший тьму прямо на неё. Распылив петли, я подскочил к ней, откинул свиток и голой силой разорвал цепи и кандалы!

— Каспер! Экспресс анализ! — рыкнул я, держа девушку на руках.

— Уже, Админ! Множественные гематомы, порезы, отсутствует конечность. Требуются наниты и эликсир регенерации тройной дозы! — быстро проговорил волнующийся шарик.

Разорвав зубами себе ладонь, я тут же приставил к её рту, и начал экстренно закачивать нанитов, много нанитов! Параллельно с этим вылил бутылек эликсира ей на лицо и поочередно влил два бутылька в рот. Наниты первым делом начали латать все внешние повреждения и восстанавливать руку. Аккуратно схватив девушку, вытащил наверх в главный зал.

Там уже находились Эткин и Яна, хозяева поместья, стоя на коленях, закованные в гранитные оковы с кляпами во рту, что-то мычали. Ребята, видя состояние Данны, просто с лютой ненавистью сверлили их взглядом.

Я же, шатаясь, положил изувеченную девушку недалеко от них, на спальник. Медленно повернулся к ним. Здоровый усатый детина, детина поменьше, полноватая дама и девка с каштановыми волосами, возраста Данны.

Не говоря ни слова и не вынимая кляпы, я подошел к каждому и поделился с ними по миллиону нанитов. После того как получил сигнал, что все наниты на своих местах. Я вытащил кляп у Роу младшего.

— Тебе это так с рук не сойдет, тварь! — начал брызгать он слюной.

Я щелчком пальцев дал команду Касперу на генерацию максимальной боли. Но так, чтобы его сознание и нервная система функционировали всегда, чтобы импульсы боли не сломали разум. Даже во сне они будут получать порцию мук, эффекта ломающихся костей. И при этом наниты будут действовать абсолютно автономно, пока не закончится их энергия, а это более десяти дней.

Стак Роу забился в конвульсиях. Следующим на очереди отец Роу, граф и главнокомандующий. Даже имя его знать не хочу.

— Ты что себе позволяешь щено… — отец падает с такой же заложенной программной в нанитов.

Мать, видимо, следующая.

— Пожалуйста, я не понимаю… — начала она судорожно молить.

— Каспер, анализ эмоций, — устало произнес я в слух.

— Страх и ненависть, Админ. К вам ко всем. Так же склонен…

Я прервал Каспера щелчком пальцев, и мать падает в конвульсиях.

Следующая девушка просто плакала.

— Я знала, что они делают… Но, что я могла, против семьи… Я сама была как в темнице… — рыдала она.

— Каспер? — приподнял я бровь, смотря на зубастый шарик.

— Она не врёт, Админ. Наниты улавливают страх и отчаяние за несправедливость. Чувство истинного горя, — сказал искин.

Прижал ей руку ко рту, выкачал всех нанитов и погрузил её в сон. Тут достаточно улик, чтобы лишить эту семейку любого дворянства. А невинную девушку я не могу калечить.

— Что делаем дальше? — устало спросил я архимага, не отводящего взгляда от, конвульсий троицы.

— Н-не знаю, стражу ждём. На такой случай, гварды из легиона, а потом и кто повыше, должны прийти. Так что их прихвосней не будет. Но, Рок, не слишком ли ты с ними? Можно было просто лишить жизни? — задал вопрос растерявшийся Эткин.

— Нет, друг мой… Там у них вся темница забита, девушками, подростками и детьми. Еще в худшем состоянии, чем Данна, — морщась сказал я.

— Великий Светлоликий! А еще сколько было до них… Понял Рок, я на твоей стороне! — твердо сказал он, глядя мне в глаза.

Яна в это время даже не обращала внимания на экзекуцию. Вытирала окровавленную Данну, держа её голову на коленях и придерживая её руку на груди.

— Тех, кто в темнице, я опоил эликсирами жизни, они выживут. Ты справишься без меня? — кивнул я на девушек.

— В данный момент да, — озадаченно сказал он. — Но завтра мне понадобятся свидетельские показания, — кивнул он.

— Наш адрес, северный жилой квартал, дом шестьдесят шесть, дробь три. Неделю мы точно там, — проговорил я ему, взяв девушку на руки, и мы вышли из поместья.

Оглянувшись в поисках транспорта, понял, что ожидать его не придется, ночь на дворе. Сказал Яне схватиться за мою шею сзади, но не сильно. Мы максимально ринулись в сторону дома. Долетел я уже на последнем издыхании сосуда. А в груди жалил холод, почти весь извел.

Зайдя в дом, уложил Данну на верхней спальне, запер все ставни и поставил сигнализацию. Девушку нужно раздеть и умыть, все это я доверил Яне, предварительно показал её комнату, рядом.

Поставил рядом с кроватью девушки, десять бутылей регенерации, закачал еще пять миллионов нанитов. С Каспером сделали установку нанитам, что приоритет ‒ восстановление руки. В таком темпе, с эликсирами, к утру она должна восстановиться. Но девушка сильно похудеет. Еще раз объяснил Яне, что нужно делать. Если что вдруг, пусть будит меня.

А сам отправился вниз, не разуваясь, в крови и грязи, упал на кровать нижней спальни, и постепенно погрузился в тревожный сон.

— Илья, но исследование еще не закончено!? — эмоционально говорил седовласый старик.

— Леонид Львович, я не отказываюсь от исследований. Я каждую неделю буду отправлять вам отчёт. К тому же, это даже поможет исследованиям, так как наниты будут проверяться в стрессовых и критических условиях, — сказал я ему, ожидая подписания электронного документа на планшете.

— Но у тебя не будет нужного оборудования для глубокого анализа… — хмыкнул он.

— Как вы и сказали, наниты сами будут проводить глубокий анализ. Они уже занимают половину объема наноботов. К тому же, минобороны рвет и мечет, требует результатов. Вот я и покажу им результаты, — улыбнувшись, возразил я.

— Ну что же… — потер седовласый переносицу и закрыл глаза. — Видимо я тебя не отговорю. Согласен, что смысл в такой проверке есть, в наше время. Но ты самый лучший исследуемый носитель, потерять тебя в очередной стычке с инопланетянами. Это будет удар для наших разработок. И человечества в целом, — сказал он.