Амнита снова посмотрела на птицу, потом на Диннара. «Демоны не служат людям…» По спине её пробежал лёгкий озноб.

– Если даже Танхаронн не везде их пускает, то на ближайшую ангаму им ведь, наверное, нетрудно слетать? – спросила она.

Ей показалось, что Диннар насторожился.

– Не могли бы мы слетать на Каму?

– Нет! – ответ прозвучал так резко, что Диннар сам смутился.

– Они не могут это сделать, – пояснил он уже более мягким тоном. – Кама не подпускает к себе. И не только в наоме. Я пытался. Она не пускает. Сразу начинается бешеное излучение, от которого можно погибнуть. Клянусь тебе, я не лгу. Оставь эту затею. Она уничтожит тебя.

– Я должна вернуться на Эрсу.

– Забудь об этом, – сказал Диннар с улыбкой, от которой у неё снова по спине пробежал холодок. – И не волнуйся. Я уже сообщил Гинте всё, что нужно.

– Что именно?

– Что ты в безопасности. Рассказал о Суане и Талафе. Их уже ищут, а о тебе больше никто не беспокоится.

– Никто, кроме меня, – добавил он с нажимом.

– Не нуждаюсь в твоих заботах, – отрезала Амнита.

Она сосредоточилась и попыталась мысленно связаться с Араннумом. И сразу же поняла, что у неё ничего не получится. Её это удивило. Танхар находился недалеко от Эрсы, ненамного дальше, чем Санта, а оттуда Амните удавалось связываться с учителем. Диннар смотрел на неё насмешливо.

– Даже не пытайся. Я сделал щит. Наома вокруг Танхара закрыта. Тебе не пробиться, и сюда никто не пробьётся. Здесь мои владения. Я пускаю сюда и выпускаю отсюда, кого хочу.

– Ты не имеешь права так со мной обращаться! Может быть, кто-то хочет со мной поговорить! И срочно… Может, даже сама Айданга!

– Тебе не о чем говорить с этой полоумной...

– Я привыкла сама решать, с кем мне говорить, а с кем нет. Я должна вернуться на Эрсу и встретиться с Айдангой.

– Но она же не искала тебя.

– Ну так я сама её найду. Она должна знать о Каме больше, чем кто бы то ни было. И о Каме, и о той таинственной связи, которая существует между нами…

– Но она отвернулась от тебя. Пойми, Кама не подпустит тебя. А если будешь упорствовать, уничтожит! Что ты о себе возомнила? Хочешь одолеть Трёхликую? Кто ты такая?

– Женщина, которая возомнила, что способна сама решать и действовать, – усмехнулась Амнита, – вместо того, чтобы спрятаться за чью-то спину и благодарить за то, что дали спрятаться. Тебя бесит, что я не такая, какой, по твоему мнению, должна быть женщина? Не такая, как те, к которым ты привык? Притащил меня сюда, чтобы обломать? А ты не слишком самоуверен, мальчишка? Не забывай, я тебе в матери гожусь...

– Спасибо, – рассмеялся Диннар. – У меня уже была колдунья мать. Она была необыкновенная женщина, но её могущества хватило лишь на то, чтобы погубить себя…

– И родить тебя. Таким, какой ты сейчас есть. Повелитель камней и владыка Чёрной Звезды. Тот, кому служат танхи. Тёмный демон, готовый всё сокрушить на своём пути, лишь бы добиться желаемого. Ты очень гордишься своим могуществом? Но оно у тебя есть только потому, что тебя родила эта женщина.

– Я знаю. Когда-то я и не подозревал о своём могуществе. Я только видел, что у других детей есть матери, которые их любят… Впрочем, это неважно… Я не хочу, чтобы ты была такой, как все. Ты нужна мне такая, какая ты есть, и я пытаюсь не сломать тебя, а спасти.

– Спасти? От кого? От моих друзей?

– И от них тоже, если хочешь знать! Это ты-то мне в матери годишься? Не знаю, сколько тебе лет, но ты больше похожа на ребенка, который лезет в огонь! А они тебя подталкивают. Говорят: «Осторожно!», однако всё равно подталкивают…

– Что за глупости?

– Пусть сами решают свои проблемы…

– Свои?! Если ты знаешь, что грозит нашему миру…

– Я всё знаю. Я же говорил с чёрными тиумидами, а им известно не меньше, чем твоей Айданге. А почему я привёз тебя сюда, на Танхар… Эта ангама не погибнет. Будущее зависит от прошлого, прошлое от будущего… Настоящее влияет и на то, и на другое, хотя и не всегда понятно, каким образом. Я запутался в причинах и следствиях… Я знаю, что если Кама проникнет в прошлое, в этой части Энны изменится очень многое, но Танхар останется. Владыка тьмы неподвластен времени. Он так же вечен, как и время. Некоторые из его слуг даже умеют путешествовать во времени. Танхар – обитель танхов. Амнита, я знаю точно: Черная Звезда не погибнет. И те, кто на ней находится, тоже. Даже если тот мир, где родились они и их предки, погибнет в далёком прошлом.

– И ты предлагаешь нам вдвоём спастись?

– Не обязательно вдвоём. Амнита, я был бы рад спасти всё население Эрсы, но это невозможно. Но неужели ты думаешь, что я забыл об Эрлине, Гинте…

– Неужели ты думаешь, что Гинта сможет оставить своего деда? Это тебе наплевать на своего! Он же знал, что ты в Улламарне, целыми днями бродил по всей округе, надеясь тебя встретить... Он уже давно за всё расплатился и больше всего на свете боится умереть, так и не увидев тебя.

– Если хочешь, возьмём и его…

– Думаю, он сам не захочет. И Гинта не согласится спасаться вот так. Она слишком любит свою землю, на которой выращивает цветы и деревья! А ты делал только каменных истуканов, которые всё рушили на своём пути…

– Послушай, я всё понимаю… Говорю тебе, я бы с радостью спас всё население Эрсы вплоть до последнего ничтожества, но Танхар… Здесь выживут только люди с очень сильным анх. Большая часть суток – лютая зима, а когда тепло, на поверхности ангамы ещё опасней. Жить можно только в пещерах, но их здесь мало, потому что очень мало гор. Здесь ничего не растёт, а охотиться в сто раз опасней, чем в лесах Сантары. Зато здесь можно спастись от бедствия и попытаться найти какую-нибудь другую ангаму, более пригодную для жизни. Я ведь потому и летаю на вангах в поисках новых миров. Это не простое любопытство…

– Да, мы тут отсидимся, а потом слетаем на Эрсу. Посмотрим на царство каменных истуканов. Тебе понравится! Потому что ты сам бесчувственный истукан, и у тебя каменное сердце. Ты просто чудовище!

– Зачем же ты тогда меня искала? – тихо спросил Диннар.

– Хотела уговорить тебя вернуться к деду.

– И только?

– Может, и не только, но это уже не имеет значения.

– А ты у нас, оказывается, сама доброта. Так жалеешь стариков… И наверное, детей. Ты жалела их и тогда, когда питалась плотью младенцев, чтобы сохранить свою божественную красоту?

Амнита вскочила. Еще немного – и тяжёлое серебряное блюдо полетело бы прямо в Диннара. Он даже не шелохнулся.

– Ты не только бесчувственный, но ещё и подлый, – холодно сказала она, взяв себя в руки. – Тебе известно, что я не знала, из чего делают хармин.

– И не хотела это знать.

– Я никогда и не считала себя образцом высокой морали. Я никогда не лицемерила…

– Да неужели? Строишь из себя неприступную, а сама…

– И что же я сама?

– А зачем ты столько лет так упорно омолаживалась? Всех от себя отгоняла, однако и стареть не хотелось. Связь с богиней, исключительность, могущество! Всё это броня, которую ты создавала с самого детства, но которую совсем не трудно с тебя стащить. Не говори, что ты не хочешь быть счастливой женщиной…

– Я не буду счастливой, если спасусь таким образом.

– Амнита, ты спасёшься не за счёт других. Просто у тебя есть такая возможность. И ты не виновата в том, что у большинства её нет. Тебя считают одним из выдающихся учёных Валлондорна, вот и рассуди здраво: или не спасется никто, или хоть кто-то спасётся, причём, лучшие…

– Я не из лучших. Я лицемерная тварь и живодёрка, поедающая младенцев.

– Извини, я зря это сказал. Я знаю, что ты не виновата. Живодёрствовали абеллурги, и ты не обязана расплачиваться за их злодеяния. И тебе ни к чему приносить себя в жертву, чтобы искупить несуществующую вину. Перестань воевать с Трёхликой. Она уничтожит тебя. Ты не спасёшь других и погибнешь сама.

– Я не хочу спасаться так, как ты предлагаешь. И Гинта откажется, я уверена. Ей не нужны ни Танхар, ни любая другая ангама, если не будет Эрсы.