– Оказывается, Нэйя знает много поговорок? Я от неё ни одной не слышала. Хотя, мы с ней мало общались… Как там? Лучшая защита города не стены, а люди? И что за древний народ так говорил? Где они жили – на островах или на материке?
– Кажется, их называли спартиатами. А жили они в другом мире. Их солнце очень далеко от нашего. Ты говоришь, Нэйя не владеет магией? Но Орден 3вёздных Магов всё же существует, и эти маги – её друзья. Добраться бы до них! Нэйя летала на их звёздных кораблях и видела много миров. И кое-что мне даже показывала. Она создавала картины на стене при помощи какого-то при6ора. Видимо, это один из тех магических предметов, которыми могут пользоваться люди, не обладающие магической силой. Таких предметов не так уж и мало. Тот же ключ от сокровищницы… Или все эти охладители, нагреватели, лампы, станки, которые режут металл, как бумагу. Изобретения Тайного Союза. Сколько лет мы всем этим пользуемся, а как они сделаны, не знаем. А кто пытался в этом разобраться, поплатился за свою любознательность. Кстати, люди недовольны, что эти приборы больше негде купить. Ещё одна проблема…
Тамран замолчал и нахмурился.
– Да, нам пора возвращаться, – сказала Ариэна, выбираясь из-под двух шерстяных одеял. – Хотя, честно говоря, мне совсем не хочется. Здесь так хорошо. Особенно сейчас, когда здесь нет этой банды.
– Зато весной здесь будут переселенцы, – пообещал Тамран. – Местные не против. Они же знают, что бандитов ты сюда не приведёшь.
– Но захотят ли диввины…
– Надо сделать так, чтобы захотели.
Ариэна была настроена не так оптимистично. Она предпочла бы ошибиться, но её опасения подтвердились. Желающих перебраться на острова оказалось немного. К тому же весна принесла столько новых тревог, что идею о заселении Ди-Милона пришлось отложить на неопределённое время.
Собравшись с силами, Дети Маттар снова двинулись в наступление. Всюду вспыхивали мятежи. Враги даже пытались травить поля и водоёмы. Если бы не пророческий дар царицы, к началу лета в стране была бы полная разруха.
Ариэна очень уставала. Ей приходилось почти каждый день вызывать видения. Да ещё делать картины-иллюзии с пейзажами разных уров – чтобы в любое время дня и ночи можно было попасть в нужное место и в случае необходимости пере6росить туда отряд. Аранхи выбирали наиболее удобные для перехода места – поближе к резиденции правителя и расположениям воинских частей, потом посылали Ариэне мысленные картины, которые она тут же переносила на полотна. Размер полотна-иллюзии особого значения не имел. Главное – чтобы рама позволяла человеку войти в картину. Один из молодых воинов, который долго боялся входить в иллюзию, признался Ариэне:
– У меня поначалу было такое чувство, будто я должен выпрыгнуть в окно, за которым находится карликовый мир… И сам я, попав туда, тоже стану карликом.
– В иллюзии размер и расстояние – понятия относительные.
– Да я уже сам это понял, – улыбнулся юноша. – Теперь мне даже нравится так путешествовать. Гораздо лучше, чем трястись по грязным дорогам. А главное – быстрее.
Ариэна очень жалела, что в других урах нет аранхин, с которыми она могла бы обмениваться информацией через аранх. Ей по-прежнему помогали только три паучихи – Дамея, Фиола и та, что присоединилась к ним перед битвой на Большой Равнине. Её звали Тамена. Все три аранхи дружно твердили, что кроме Ариэны не видят ни одной женщины, достойной стать избранницей.
Иногда возникала нео6ходимость срочно передать сообщение какому-нибудь отряду, который мог в этот момент находиться где угодно, а юная царица при всей своей магической силе была не в состоянии сделать магические двери на каждом квадратном мере своего царства. Почти все правители уров держали почтовых геранов, но весной владельцы этих пернатых посланцев не особенно-то на них надеялись. В это время года у геранов был брачный период, и они становились совершенно непредсказуемы. Так что в роли почтовой птицы иногда приходилось выступать Ариэне.
– Тебе и так забот хватает! – злился Тамран. – Не понимаю, почему другим нельзя летать на паучьих нитях?
– Дамея говорила, что нити подчиняются только избранницам. А мудрые пауки никогда не лгут…
– Зато любят темнить. Помнишь, ты рассказывала мне о6 одном своём видении? О том, как строилась крепость на месте твоего посёлка… Там же было много людей, которые переносили на нитях огромные каменные блоки. И женщины, и мужчины…
Заговорив об этом с Дамеей, Ариэна сразу почувствовала её смутное недовольство.
«Нити действительно подчиняются только избранницам, – сказала паучиха. – Ну и тем, кто их ткёт, разумеется. Но если избранница сама наденет нить на того, кто обладает хотя бы крупицей магической силы, если она захочет, чтобы нить служила этому человеку, то паутина сможет какое-то время носить его… Разумеется, если аранха, соткавшая эту паутину, не будет против».
«Ты мне никогда о6 этом не говорила…»
«Ты ни о чём таком и не спрашивала».
«Признайся, ты ведь не хочешь, чтобы кто-то ещё пользовался твоей нитью?»
«Да. Тебе я доверяю, но большинству людей доверять нельзя. Когда-то было много тех, кто пользовался нашей паутиной, и что вышло…»
«Дамея, люди не станут лучше от того, что вы откажете им в помощи. Ни ваша помощь, ни ваш отказ не сделают их ни хуже, ни лучше. Неужели мудрые науки не в состоянии это понять? Если ты не позволишь мне дать нити людям, которым мы с Тамраном доверяем, мне придётся пожалеть, что я не родилась птицей».
«Ты знаешь, чем меня взять, плутовка, – проворчала Дамея. – Ладно, распоряжайся моими нитями, как сочтёшь нужным. И нитями моих сестёр – я их уговорю. А тебя предупреждаю – не давай нити кому попало. Человек может не быть избранником, но обладать какой-нибудь иной магией. И он может использовать нить в дурных целях. В общем, создашь себе проблемы – пеняй на себя».
«Разумеется. Но послушай… Ты говоришь, нить будет служить только тем, у кого есть магическая сила. Неужели только им? Но ведь таких немного, а лично я знаю одну лишь Каэну».
«Ничтожная крупица силы есть у многих, – сказала аранха. – Даже самым обычным людям иногда снятся вещие сны, но это ещё не значит, что они обладают настоящим пророческим даром. Я говорю не о той силе, которая даёт возможность заниматься магией, а о той, что есть у многих. Это слишком маленькая искра, чтобы из неё разгорелся костёр, но даже она даёт человеку кое-какие преимущества перед теми, в ком нет и тени силы. Такого нить не поднимет».
«Но его может поднять в воздух тот, кто владеет нитью…»
«Да. Так же, как и каменную балку».
«Жаль, что большинство твоих сестёр не хотят помириться с людьми. Нам нужно столько паутины…»
Ариэна ещё зимой распорядилась оборудовать три зала под ткацкие и швейные мастерские, где изготовлялась одежда для воинов. Если туника была сшита из ткани, содержащей хотя бы две-три нити аранхи, она защищала не хуже металлической кольчуги. Готовую одежду Ариэна обрабатывала ариллиновым туманом, превращая её в ещё более прочную броню. Так что воинам Новой Аранхайи, чтобы чувствовать себя защищёнными, не надо было надевать тяжёлые доспехи.
Много нитей уходило на перевязочный материал. Бинты с паутиной заживляли раны быстро и чаще всего без следа.
Летающими посланниками стали двенадцать молодых воинов, которым Тамран полностью доверял. Сам он тоже оказался способен летать на паутине и радовался этому, как ре6ёнок. Когда выдавалось свободное время, он звал жену полетать по лесу или над морем. Ариэна заметила, что Тамрана всё больше и больше тянет к морю.
– Наверное, от тебя заразился, – шутил он.
Иногда они сбегали на Ди-Милон, где им были неизменно рады. Переход давался Ариэне всё легче и легче. Держать магическую дверь открытой больше четверти часа было действительно тяжело, но быстрый переход – в одиночку или вдвоём – уже не требовал от неё почти никаких усилий.
Ариэна и Тамран решили обследовать все три острова и даже занялись обустройством дома на холме. Местные охотно им помогали. Они уже давно считали Ариэну полноправной хозяйкой этого белого дома. Она очистила его от призраков, а значит она и есть его настоящая владелица, даже если не имеет никакого отношения к роду древних правителей Ди-Милона. Впрочем, большинство димилонцев были уверены, что Ариэна имеет к роду Нэрминара самое что ни на есть прямое отношение.
