Вильям резко подскочил и навис надо мной. Взгляд блуждал по губам, шее, опускаясь к груди и снова возвращаясь к шее. Его рука потянулась к кулону, но всего в паре сантиметров зависла, так и не добравшись до цели.

— Вы с ним связаны?! — осенило его, и лицо сразу стало ещё более безумным. Блеск глаз стал настолько неестественным, демоническим, злым. — Ты связана с этим ящером. Нет. Это можно исправить. Я найду способ, и мы снова сможем быть вместе, как раньше. Только скажи мне «да». — и вот опять ласковый котёнок. Проклятье, мне действительно страшно находиться с ним.

— Вильям, куда мы едем? Нам лучше остановиться. — попробовала мягко улыбнуться, хотя у самой всё внутри тряслось. Да, у меня был с собой канцелярский нож, но я также понимала, что вряд ли смогу им ранить Вильяма.

— Нет. Мы не вернёмся назад. Я не отдам тебя им, а уж ему тем более. — взревел, как раненый зверь, бывший, хватаясь за голову.

— Это ничего уже не изменит.

Похоже, достучаться до его разума будет непросто. Я бы даже сказала, невозможно. Значит, надо найти другой способ отсюда слинять. Но думать не пришлось. Карету хорошенько тряхнуло, и она, сбавляя обороты, скоро вовсе встала.

— В чём дело? — нервно крикнул Вильям, но вместо кучера ему ответил до боли знакомый голос, от которого сердце внутри готово было выпрыгнуть наружу.

— Ваше Величество, выходите, всё кончено.

Голос Артура звучал грозно и одновременно обеспокоенно, а в голове я наконец услышала, как он зовёт меня: «Ника, с тобой всё хорошо?»

Мигом дёрнулась к дверце кареты, распахивая её и вырываясь наружу. Вильям хотел меня остановить, но сработал кулон, и попытка закончилась провалом, а я смогла беспрепятственно выбраться.

— Артур! — как же я была счастлива снова видеть это безумно красивое лицо, этот пронзительный взгляд его глаз, уверенную позу, хотя сейчас он явно растерял всю уверенность в переживаниях за меня.

— Ника. — увидев меня, он тоже обрадовался и было бросился мне навстречу, но между нами появилось странное тёмное пламя. Ну что опять?

— Еленика, остановись. — из кареты уже успел выбраться Вильям и сейчас шёл ко мне. — Прошу, не уходи. Дай нам шанс. Я люблю тебя.

— Вильям, я уже сказала: я не та Еленика, которую ты знал. Прошлого не вернуть.

— И то, что сделано, не воротишь, не так ли, Ваше Величество? Или как же мне вас называть? Убийца отца? Или, быть может, убийца семьи де Найт? — холодный тон Артура пробирал до костей. Он уже спокойно погасил то магическое пламя и встал рядом со мной, обнимая за талию и прижимая к себе.

— Убери от неё руки! — зло процедил Вильям, но я не обращала на это внимания. Что только что сказал мой двуликий?

— Что значит «убийца отца» и моей семьи? — озвучила я вопрос Артуру.

— И правда, что же это значит. Король Вильям, не хотите всё ей рассказать? Как же ваша хвалёная большая любовь? — издевательски и зло процедил двуликий.

Я непонимающе переводила взгляд с него на бывшего.

— Ваше Величество, король Вильям, просьба не сопротивляться и сдаться добровольно. — прозвучал ещё один голос, и только сейчас я заметила, что мы тут не одни, а в окружении королевских рыцарей.

— Я ваш король!

— Вы убийца! — произнёс Артур, словно констатировал факт. — Все улики и свидетельства против вас уже есть. Отпираться не имеет смысла. Не вы должны были занять трон. Но ваша жадность вас же и погубила.

— Замолчи! Что ты можешь знать! Мне плевать было на трон. Я не тронул бы никого, если бы…

Тут взгляд Вильяма остановился на мне. Меня сейчас стошнит. Это какой-то кошмар.

— Если с королём всё ясно, то в чём же провинилась семья Де Найт? Боялись, что они скажут о преемнике короля, что он есть?

— Да чхать я хотел на этого преемника. Они все хотели отнять у меня самое дорогое, что у меня было. То, что не давало уйти ко дну, вернее, ту, что не давала пропасть. Теперь понимаешь, дорогая Еленика, как сильно я тебя люблю? — задал он мне вопрос, от которого в жилах застыла кровь.

Где-то в глубине сердца образовалась пустота с ноющей болью по краям. Она отдавала привкусом горечи и предательства на губах. А ещё… солёным вкусом слёз. Та, что так его любила, была предана, растоптана и убита.

— Нет, Вильям, это не любовь. — севшим голосом ответила я, собирая силу в кулак, чтобы окончательно не разреветься прямо тут. Только горячие и сильные руки Артура не давали мне упасть. — Это болезнь и твой эгоизм. Ты погубил всех, и свою возлюбленную в том числе. Плохо, что ты этого так и не заметил, не смог различить.

Глаза Вильяма широко распахнулись от недоумения, но это уже не важно. Пусть думает что хочет. Я же хочу, чтобы этот кошмар закончился как можно скорее.

— Уведите! — скомандовал Артур, прижимая меня к себе ещё сильнее и укрывая в своих объятиях, будто хотел защитить от всего мира, от всех несчастий. — Мне жаль. — тихо прошептал он.

— Мне тоже. Возможно, так даже лучше, что она этого так и не узнает. — всё же всхлипнула я.

Чёрт, как же всё-таки больно. Я и не знала, что можно испытывать такую боль. Еленика, мне так жаль, но теперь виновник будет наказан, а имя твоей семьи полностью очищено, как ты того и хотела.

***

Я молчал, прижимая её к себе так сильно, будто боялся, что она снова испарится. Наверное, она чувствует, как дрожат мои руки, спрятанные в складках её плаща.

— Ты меня до седины доведёшь, — выдохнул ей в макушку. Голос был глухим, не таким, как при всех. Плевать. Она рядом.

Ника подняла голову и впервые посмотрела на меня так удивлённо. Да, я дракон. Но ещё я мужчина, который чуть не потерял самое сокровенное.

— Я же рядом. — она нежно коснулась ладонью моей щеки.

— Знаю. Но когда я понял, что он тебя увёз… — я не договорил, не смог. Только прижался губами к её виску и просто замер, наслаждаясь моментом.

Когда Ника выскочила из кареты, в тот момент меня будто ударило током. Кулон на её груди полыхнул, и на секунду мир перестал существовать — только она, её запах, её испуганное и счастливое лицо. Дракон внутри взревел от облегчения. «Наша» .

— Наша… — вторил я ему тихо, вдыхая её аромат и прижимая это хрупкое сокровище к своему телу. Никогда больше не отпущу.

***

Сегодня состоялась казнь преступников и изменников. Я не пошла. Не хотела это видеть. Вместо этого пришла на могилку семьи де Найт. Положила цветы, отдала дань уважения, снова пустила слезу.

— Не стоит грустить. — рядом, откуда ни возьмись, появился мужчина. Он показался смутно знакомым и в то же время нет. Знакомый прищур глаз, загадочная улыбка. Словно это что-то из забытой прошлой жизни. Моей жизни. Его сила была внушительной и вызывала какое-то странное чувство благоговения. Кто он?

— Кто вы? — озвучила я вопрос.

— Разве это так важно? Важнее то, кто теперь ты. Ты добилась справедливости, теперь это твоя жизнь. Новая, с множеством счастливых моментов впереди. Случайности не случайны. Ты молодец. Наслаждайся, Дарья. Или как лучше, всё-таки Еленика?