Внутри закипела ярость. Мне захотелось прямо сейчас прибить этого гада, но перед этим заставить хорошенько помучиться. Я не заметила, как сильно сжала кулаки. Опомнилась, только когда поверх моих рук легла ладонь маркиза.

– Я могу попросить принести успокоительное, и мы перенесём разговор.

– Нет… В общем, герцог всё равно нагнал меня у обрыва. Там и нанёс удар, прежде чем Еленика спрыгнула в воду. Остальное вспоминается смутно. Но его довольную победоносную ухмылку я не забуду никогда! Этот гад… Он явно думал, что Еленика либо утонет, либо истечёт кровью. Поэтому её считают мёртвой. Но, видимо, она тогда успела надеть медальон, который и помог ей спастись. Очнулась она на корабле – её случайно заметили в воде и вытащили. Там она познакомилась со старостой из деревни Хута, где прожила больше года и с его помощью получила документы. Староста не знал, кем она была на самом деле – уже тогда на ней был тот медальон. Бедняжка пыталась усилить магию интуитов и пробудить другую, которая могла бы снять обвинения. Решила отправиться сюда, надеясь найти способ. Но во время путешествия узнала, что новый правитель Селении женился на дочери Флоуренсов. Смерть родных и близких, предательство возлюбленного, беспомощность… Всё это толкнуло её на последний, отчаянный шаг, благодаря которому её место заняла я. Можете не спрашивать как – об этом воспоминания стёрты, или кто-то поставил на них блок. Мне досталось только её послание. Она знала, что на её место придёт тот, кто сможет доказать невиновность её семьи и пробудить её магию. Это было её желание: очистить имя семьи и наказать истинного убийцу, забравшего столько невинных жизней!

– Но ты не обязана этого делать, – почему-то сказал он.

– Не обязана. Однако Еленика была права – я всё равно это сделаю.

– Почему? Разве не проще продолжить жить? Все считают Еленику погибшей.

– И отчасти они правы. Настоящая Еленика действительно умерла, отдав жизнь за справедливость. Но верно и то, что мы с ней стали едины. Её воспоминания теперь мои, её чувства – мои. Даже если бы не это, я не смогла бы отказаться, зная, что у меня есть силы. Я не могу позволить такому, как герцог Флоуренс, безнаказанно вести праздную жизнь и творить что вздумается! Я хочу, чтобы он понёс наказание! Хочу, чтобы все, кто предал Еленику, поверив в её вину, осознали, как они ошибались. Хочу, чтобы правда восторжествовала и уступила дорогу справедливости!

Маркиз какое-то время молча смотрел на меня, обдумывая, а потом усмехнулся.

– Почему-то я нисколько не удивлён. Но ты понимаешь, что этот змей, скорее всего, промыл твоему бывшему жениху мозги до такой степени, что тот не отличает белое от чёрного?

– Понимаю. Но мне плевать на этого бесхребетного. Если он с такой лёгкостью отвернулся от меня и от тех, кто был искренне предан, и поверил неизвестно кому… он не стоит моих переживаний. У меня есть неоспоримое доказательство.

– И что же это?

– А давайте я лучше покажу. – после восстановившихся воспоминаний я точно знала, как помочь этому двуликому. Встала, подошла к маркизу и медленно протянула руку. – Вы позволите?

– … Хорошо.

Коснувшись его груди, первое, что я ощутила, – даже сквозь ткань рубашки горячее тело и стальные мышцы. Уф… хорош мужчина. Но стоп, я не о том. Сосредоточилась на его силе – она бушевала, но это был не пик. Хотя для меня неважно, на эффект это не повлияет. Постепенно стала вливать магию целительства, позволяя ей втиснуться между двумя стихиями, словно подушка безопасности. Для начала достаточно, чтобы не вызвать резких перепадов и дать стихиям немного успокоиться.

– Вот так. Как вы себя чувствуете? – вопрос был излишним: все эмоции маркиза отражались на лице. Облегчение, неверие, радость, сомнение.

– … Как?

– Не спешите, это только первый шаг. Если сделать всё разом, вашему дракону может не понравиться – расценит как вторжение, и мы столкнёмся не с буйством стихий, а с буйством самого дракона. Он начнёт отторгать магию, и неизвестно, чем это кончится.

– Так значит, у тебя магия интуитов и целительства?

– Не просто две, а очень сильные, – не без гордости ответила я.

– Не буду спорить. Мне пытались помочь несколько целителей, включая королевского.

– Дело не только в количестве силы. Возможно, сыграло роль, что они были мужчинами, я права? Ваш дракон бесился от их вмешательства?

– … Об этом и Деймон думал. Значит, он был прав.

– Сила женщины-целителя не такая агрессивная, она мягче и для драконов ощущается иначе. Одно дело – залечить рану, другое – пересечение магических сил. Мужчины сразу воспринимались вашим драконом как захватчики, враги. В таком состоянии, сдерживая две противоположные силы, он уже не разбирает – его задача удержать и защитить. Поэтому важно делиться силой постепенно, аккуратно, давая привыкнуть. Нам с вами потребуется время, чтобы привести силы в равновесие, не раздражая дракона.

– Значит, твоё доказательство – магия целительства? – поверх моей руки легла горячая ладонь маркиза. Тут я осознала, что до сих пор держу руку на его груди. Упс. Быстро высвободилась и убрала руку, чувствуя, как к лицу приливает жар.

– Да, – коротко ответила, стараясь смотреть на него как ни в чём не бывало.

– Неоспоримое доказательство. Твои враги явно такого не ожидают, как и того, что ты жива. У тебя преимущество.

– Значит, вы мне верите?

– Не могу сказать, что легко поверил во всё, но твой рассказ многое объясняет.

– Мне незачем врать. Я могла бы скрыть, что притянута из другого мира.

– Но не скрыла. Почему? – мужчина склонил голову набок – нехарактерный для него жест.

– Не знаю. Считайте, сработала магия интуитов.

– Правильно сработала. Пока никому не говори, даже дяде. Мы не знаем, что именно сделала Еленика, чтобы призвать тебя. Кстати… Как тебя звали в твоём мире?

– Меня звали… – и тут меня сковал страх, но причина была другой. Я не помнила своего имени. Более того, многие воспоминания стали расплываться, словно давний сон.

– Что-то не так? – заметил мою панику маркиз.

– … Я не помню своего имени. – голос дрогнул, руки затряслись. – Кажется, мои воспоминания обо мне самой стираются. Я забываю, кем была… Я полностью становлюсь Еленикой!

– Ожидаемо… – с сожалением произнёс он, подошёл и сел рядом на корточки. – Понимаю, тебе тяжело, и не буду просить успокоиться. Это сложно. Но это лишь подтверждает, что наш мир принял тебя. Теперь ты его часть, и всё, что могло тянуть назад, стирается. Для твоего же блага.

– А меня об этом кто-нибудь спросил? – вскочила я, не зная, что делать. Меня изначально никто не спрашивал, и даже сейчас лишают последнего – моей жизни, моих воспоминаний. – Хотите сказать, я должна полностью забыть, кто я, и стать кем-то другим? Стереть всё о себе?

Меня накрыло отчаяние и обида. Это были не эмоции Еленики – это была маленькая частичка настоящей меня, которая не хотела исчезать. Хотелось плакать и сопротивляться. Неожиданные тёплые, крепкие объятия привели в чувство.

– Ты не исчезнешь. Возможно, большая часть воспоминаний исчезнет, а может, и все, но это не повлияет на то, кем ты являешься на самом деле. У тебя сильная воля, ты слишком сильная, чтобы стать кем-то другим. Ты – это ты, и всегда ею будешь, несмотря ни на что. Иначе тебя бы не призвали… Остановимся на этом. Тебе нужно отдохнуть, восстановить силы. – Меня бережно подняли на руки и уложили обратно в кровать. Этот мужчина всё больше сбивает меня с толку, но я рада, что попала именно к нему.

– Спасибо. – уже успокоившись, прошептала я.

– Это тебе спасибо… Отдыхай.

Я хотела возразить, что не особо устала, но стоило его руке лечь мне на лоб, как веки налились свинцом, и как он выходил из комнаты, я уже не слышала.

***

– Артур, что-то случилось? Ника пришла в себя? – в кабинет к маркизу вошли его друзья Генри и Харви.

– Да. Она мне всё рассказала.

– Почему она скрывала свою личность и кто она? – тут же спросил Харви, в то время как Генри молча наблюдал за другом, явно заметив перемены в его настроении.