Она смотрит на мои губы, затем снова в глаза, выражение ее лица игривое, но напряженное.

- Держу пари, ты сможешь, - отвечает она низким и дразнящим голосом.

Эта девушка... она пылкая, и я не могу насытиться этим.

- Раз уж я здесь, может быть, ты покажешь мне, что тебе нужно, - говорю я, указывая на заднюю дверь.

- Что? - заикается она, явно взволнованная.

- Снаружи, - говорю я, подмигивая. - Гостиная на открытом воздухе, которую ты хочешь переделать. А ты о чем подумала?

Она смеется, качая головой, прежде чем жестом пригласить меня следовать за собой. Когда мы выходим на заднее крыльцо, я окидываю взглядом обширный двор и озеро, раскинувшееся за забором. Ее сад представляет собой потрясающую экспозицию белых роз, и там, должно быть, по меньшей мере дюжина цветущих нежными гроздьями, их лепестки сияют в угасающих лучах солнца. Это великолепное место — безмятежное, тихое, маленький кусочек рая.

Она указывает области, которые хочет отремонтировать, и я уже представляю улучшения в своей голове. Проект был бы достаточно простым.

- Я вижу, у тебя есть душ на открытом воздухе, - говорю я, кивая в сторону небольшого деревянного строения в углу двора. Стены из темного дуба и ступени, выложенные галькой, ведут ко входу, дополняя спокойствие помещения.

- Это была единственная вещь, которая мне была абсолютно необходима, - отвечает она с очевидным волнением. - После пробежки или купания в озере я люблю ополаскиваться, прежде чем зайти в дом.

Мы подходим поближе, чтобы взглянуть, и в этот момент она спотыкается о насадку для подачи воды.

Из насадки для душа вырывается ледяная вода, мгновенно окатывая нас обоих.

Она визжит, ее лицо краснеет, когда она пытается выключить насадку. - О боже, мне так жаль!

Смех вырывается из моей груди, первоначальный шок быстро проходит. Я смотрю на нее сверху вниз, и у меня перехватывает дыхание — белая майка облегает ее изгибы, почти прозрачная, кружево лифчика и твердые пики сосков безошибочно угадываются под промокшей тканью.

Переводя взгляд обратно на ее лицо, я обнаруживаю, что она пристально смотрит на меня, и теперь в выражении ее лица появилось что-то более мрачное. Ее губы слегка приоткрываются, воздух между нами сгущается.

Подхожу ближе, моя грудь прижимается к ее груди, жар ее тела проникает в мое.

Я не уверена, кто двигается первым, но внезапно наши губы соприкасаются, отчаянные и голодные. Ее рука скользит по моей шее, притягивая меня глубже, ее язык встречается с моим в лихорадочном ритме. Я провожу пальцами по ее щеке, вдоль линии подбородка, затем вниз по шее к ключице. Она на вкус как сахар и желание, и я не могу насытиться.

Она отрывает свой рот от моего и прерывисто дышит, глядя на меня с нерешительным выражением лица.

- Нам следует остановиться, - легко отвечаю я, делая небольшой шаг назад. Последнее, что я когда-либо сделал бы, - это подтолкнул бы ее к чему-то, к чему она не готова.

- Нет. Не останавливайся. Пожалуйста. Трахни меня, Элай.

Это вся поддержка, в которой я нуждаюсь. Я натягиваю ее мокрую майку на плечи и голову. Боже, она чертовски красива. Она хватает меня за рубашку и стаскивает ее, а затем ее руки оказываются повсюду одновременно. Осыпая легкими поцелуями ее шею и ключицу, я продолжаю двигаться ниже, пока не достигаю ее пышной груди, и беру в рот ее твердый сосок через бюстгальтер, сильно посасывая. Она стонет и трется об меня. Я касаюсь другого соска другой рукой и медленно провожу рукой вниз, в ее шорты, под кружевные стринги. Она насквозь мокрая для меня. Мой член такой твердый, что мне кажется, я вот-вот вылезу из шорт.

- Черт возьми, детка, - рычу я. - Такая чертовски мокрая.

- Это так приятно, - стонет она, когда я засовываю два пальца в ее тугую киску и потираю большим пальцем клитор.

- Я чувствую, насколько ты готовая.

- О, боже милостивый, Элай. Ты нужен мне.

Тесса стягивает с меня шорты, и мой член выскакивает наружу. Она обхватывает руками мой ствол и накачивает его. Она трет пальцем преякулят на головке моего члена и ухмыляется, поднося палец ко рту и отсасывая его. Такой чертовски горячий. Так полон сюрпризов.

- Мне нужно сходить за презервативом.

- Я принимаю таблетки.

Я делаю паузу. - Меня проверили, и я чист, но ты уверена?

- Да. Пожалуйста, я не могу больше ждать. Мне нужно, чтобы ты заставил меня кончить, - умоляет она, ее серо-стальные глаза потемнели от желания.

К черту это. Я снимаю с нее шорты и трусики, приподнимаю ее бедра и тру основанием своего члена ее тугой влажный вход. Без дальнейших колебаний я прижимаю ее к стене душа и глубоко вхожу в нее, и мы оба стонем от облегчения. Она такая тугая, как будто ее сладкая щелка создана для меня. Я захватываю ее губы в свои и продолжаю жесткие, быстрые поглаживания.

- Правильно, Тесса. Кончай на этот член, черт возьми, как хорошая девочка, какой ты и являешься.

Через несколько секунд ее стоны удовольствия усиливаются, и она выкрикивает мое имя, ее киска сжимается вокруг моего члена. Мои яйца напрягаются, когда я чувствую приближающуюся кульминацию, и я толкаюсь глубже в нее, наполняя ее своим освобождением.

- О, черт, - стону я, позволяя эйфории захлестнуть меня. Мы оба хватаем ртом воздух, наши тела все еще сливаются. Я никогда в жизни так сильно не кончал.

Я прижимаюсь губами к ее губам, как раз в тот момент, когда громко сигналит клаксон грузовика.

- О, боже мой, - ее лицо заливает румянец, и я никогда в жизни не видел ничего прекраснее.

Я прижимаюсь своим лбом к ее. - Это, должно быть, Эд, - я натягиваю мокрую одежду обратно. - Подожди здесь. Я отвлеку его, пока ты одеваешься.

ТЕССА

Что, черт возьми, я только что сделала?

Это на меня не похоже. Я не действую импульсивно; я все тщательно планирую. Я осторожна, дотошна до безобразия. Последнее, что мне нужно, это заводить отношения с местным жителем. Я избегаю привязанностей и держусь подальше от отношений. Что бы это ни было, я должна пресечь это в зародыше, прежде чем дело зайдет дальше.

Но, черт возьми, от него будет трудно уйти. Он заставляет меня чувствовать то, чего я не должна чувствовать, и даже не рассказывает о том, что он только что сделал с моим телом. Сегодняшние события всколыхнули во мне прилив адреналина, и мой разум никак не может успокоиться.

Я хватаю с пола мокрую одежду, торопливо прикрываюсь, проскальзываю через заднюю дверь и бегу вверх по лестнице в свою ванную.

После самого быстрого душа в моей жизни я расчесываю спутанные волосы, натягиваю джинсы и старую концертную футболку Джейсона Олдина.

Слышно слабое жужжание дрели, когда я спускаюсь по лестнице, чтобы встретиться с парнем, меняющим мои замки. Глаза Элая — проницательные и яркие — встречаются с моими, когда я вхожу в фойе, и по моему лицу медленно ползет румянец. Он разговаривает с невысоким, коренастым мужчиной, предположительно Эдом, которому на вид под сорок или чуть за пятьдесят. Он делает вид, что не замечает нашего обмена репликами.

- Тесса, это Эд. Он лучший слесарь в округе.

Эд одаривает меня легкой, дружелюбной улыбкой. - Я единственный слесарь, которого ты найдешь в этом районе. Но он прав — я лучший.

- Спасибо, что пришли так быстро.

Элай кашляет, пытаясь сдержать смех, и я чуть не умираю, осознав двойной смысл, который случайно произнесла. Мгновенное унижение наполняет меня, когда я жажду, чтобы пол разверзся и поглотил меня целиком.

- Я уже собирался запереть все и отправиться домой, когда позвонил Элай. Невозможно отказать Хантингтону, - говорит мне Эд, совершенно не обращая внимания на нашу внутреннюю шутку.

Элай выглядит немного смущенным, но быстро отмахивается от этого. - Я уверен, что это не имеет никакого отношения к объему работы, которую я тебе поручаю, или к шести упаковкам пива, которые я обещал.